Всё было так прекрасно, словно сон.
После окончания съёмок Лу Сисяо небрежно присел на траву спортплощадки, опершись на руки сзади; его глаза были слегка прищурены от солнца, а вид был беззаботным.
Чжоу Вань, досмотрев фотографии, подошла и присела рядом с ним.
— Устал? — спросила она.
Лу Сисяо покачал головой и зацепил пальцем её указательный палец.
Чжоу Вань, почувствовав его нежность, невольно улыбнулась:
— Что такое?
— Такое чувство, будто мне когда-то уже снилась эта сцена, точь-в-точь такая же.
Самая прекрасная картина, которую я только могла себе представить, — это именно эта.
Чжоу Вань посмотрела на стоящего перед ней Лу Сисяо, наклонилась и слегка коснулась его губ своими:
— Лу Сисяо, раньше я даже во сне не смела видеть подобные сны.
Для неё Лу Сисяо был слишком хорош.
Настолько хорош, что она не смела даже надеяться обладать его «навсегда».
Лу Сисяо же умел пользоваться моментом:
— Да, так что тебе стоит относиться ко мне получше.
— Угу.
— Всю жизнь относись ко мне хорошо.
— Угу, — Чжоу Вань улыбнулась. — Если будет следующая жизнь, я первой скажу, что ты мне нравишься.
Если бы всё повторилось снова, я бы обязательно использовала всё своё мужество, чтобы любить тебя.
*
Покинув школу, они вместе поужинали, а затем пошли обратно пешком.
Чжоу Вань всё ещё помнила, что в то время, когда умерла бабушка, вишни по обеим сторонам дороги ещё не цвели, а теперь они были в самом цвету — сплошное бело-розовое облако.
Казалось, всё становится только лучше.
Чжоу Вань держала Лу Сисяо за руку, размахивая ими взад-вперёд; настроение было необычайно хорошим.
Проходя мимо того старого жилого комплекса, Лу Сисяо остановился:
— Зайдём вместе посмотрим?
— Хорошо.
На них всё ещё была школьная форма, и поэтому они привлекали к себе много внимания на улице, выглядя как влюблённые школьники.
Чжоу Вань открыла замок и вошла в дверь, сняла школьную куртку, затем взяла куртку Лу Сисяо и подошла к стиральной машине.
Она не использовалась столько лет, но, на удивление, не сломалась; Чжоу Вань затолкала одежду внутрь и включила стирку.
…
За все эти годы Лу Сисяо заходил сюда несколько раз, но никогда толком не осматривал эту квартиру.
Комнаты были небольшими, но очень чистыми; хотя здесь никто не жил все эти годы, всё ещё было заметно, что раньше обстановка была очень уютной: ковры тёплых тонов и яркие скатерти.
Он толкнул дверь в спальню Чжоу Вань.
В воздухе поднялась пыль.
Лу Сисяо взмахнул рукой, разгоняя её, и вошёл внутрь.
Тогда Чжоу Вань уходила в спешке, совсем одна, с одним лишь чемоданом; многие вещи она не смогла забрать, включая те тяжелые учебники.
Лу Сисяо наугад вытащил один и открыл его.
Заметки в нём были сделаны крайне тщательно и серьезно, изящным почерком.
В прошлом он столько лет пропускал занятия, и всё держалось только на тех нескольких тетрадях с конспектами, которые Чжоу Вань оставляла в его парте.
Те конспекты не были чем-то, что она написала когда-то для себя и отдала ему, они были написаны специально для него; каждый пункт знаний был расписан очень подробно из страха, что он не поймет; неизвестно, сколько сил на это было потрачено.
Чжоу Вань всегда была такой.
Очевидно, делала так много, но ничего не говорила.
Лу Сисяо дёрнул уголком рта и вытащил ещё одну книгу.
Это был блокнот, очень старомодный, сбоку был трёхзначный кодовый замок — такие блокноты были популярны среди учеников в школьные годы.
Лу Сисяо слегка приподнял бровь: он не ожидал, что Чжоу Вань тоже купит такой блокнот.
Она всегда была равнодушна к таким слишком вычурным вещам.
Лу Сисяо набрал дату рождения Чжоу Вань в качестве трёхзначного кода — 325.
Не открылось.
Он вскинул брови и попробовал свою дату рождения — тоже не открылось.
На самом деле он не думал, что в этом блокноте действительно записано что-то важное; как и в большинстве таких блокнотов в школьные годы, там обычно лишь небрежно записывались мимолётные мысли, которые быстро забывались.
Ему просто было любопытно, какие цифры Чжоу Вань использовала в качестве пароля.
Однако после множества попыток подряд ничего не подходило.
Спустя некоторое время Лу Сисяо внезапно о чем-то подумал и снова повернул диски с цифрами.
— 666.
Раньше Чжоу Вань записала его в контактах как «6».
Даже в татуировке у её ключицы была цифра «6».
С щелчком замок открылся.
Пароль был связан с ним; Лу Сисяо тихо усмехнулся.
Затем он наугад открыл первую страницу, на самой верхней строчке было написано: «15.08.2013, ясно».
Лу Сисяо замер, и выражение его лица стало более серьезным.
…
15.08.2013, ясно.
Я встретила одного человека.
26.08.2013, ясно.
Он дал мне банку ледяной колы.
29.09.2013, гроза.
Первое совместное фото.
08.10.2013, пасмурно.
Я узнала его имя — Лу Сисяо.
31.12.2013, дождь.
Не могу не смотреть на тебя, даже если я ничего о тебе не знаю.
03.02.2014, ясно.
Хочу быть как ты: стать чистой, открытой и искренней, словно самый прохладный ветер в этом мире.
05.05.2014, дождь.
Можешь ли ты уделить мне хоть немного своего света?
…
15.09.2014, ясно.
Говорят, стоит лишь дважды встретиться с кем-то взглядом, и он тебя запомнит.
30.09.2014, ясно.
Я втайне протянула руку к тому прохладному ветру, разжав пальцы.
10.10.2014, дождь.
Я хочу исполнить свою мечту.
Мечту, о которой больше никто не узнает.
Мечту, которая, возможно, столь коротка, что исчезнет в одно мгновение.
18.11.2014, ясно.
Лу Сисяо, с днем рождения.
Надеюсь, ты всегда будешь смелым в любви и ненависти, и пусть во всём тебе сопутствует удача.
…
Это был дневник Чжоу Вань.
Возможно, это нельзя было назвать дневником.
Записи в нём были разрозненными, прерывистыми.
Часто лишь несколько слов, обрывки фраз.
Но, наконец, Лу Сисяо своими глазами увидел ту мечту Чжоу Вань, о которой никто не знал.
Та маленькая беспомощная девочка, тайно наблюдавшая за открытым, искренним, дерзким и сияющим юношей перед ней.
Девушка падала вниз, глубоко увязая в трясине.
Но в конце концов она всё же шаг за шагом шла к нему.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
