Лу Сисяо проигнорировал его и спросил Чжоу Вань:
— Собралась?
— Да. — Чжоу Вань быстро сложила вещи в рюкзак.
— Тогда пошли.
Хуан Мао спросил:
— Реально уходите? Матч ведь еще не закончился?
— Кучка мусора, не на что смотреть.
— …
Разговаривать с ним было сущим мучением.
Непонятно даже, как его девушка это терпит.
Хуан Мао бросил на Чжоу Вань сочувственный взгляд.
*
По дороге назад мысли Чжоу Вань были заняты тем, что только что сказал Хуан Мао.
Хотя она не считала, что учеба — единственный путь, возможно, для нее это было истиной, но для такого человека, как Лу Сисяо, с его обеспеченной семьей, это было не так.
Но ей все равно казалось, что раз раньше он учился так хорошо, а теперь реальность шаг за шагом сломила его до такого состояния — это было слишком прискорбно.
Он должен был сиять.
— Лу Сисяо, — Чжоу Вань повернула голову и спросила, — ты придешь в школу в понедельник?
— А что?
— Ничего. — Чжоу Вань на мгновение замолкла. — Просто спрашиваю.
Он небрежно ответил:
— Посмотрим.
Чжоу Вань спросила:
— Тебе разве не нужно будет сдавать гаокао?
Он усмехнулся:
— Что, хочешь, чтобы я взялся за учебу?
— Да.
Лу Сисяо вскинул брови и с порочной усмешкой произнес:
— За учебу полагается награда, иначе мне неинтересно.
Чжоу Вань спросила:
— Какая награда?
В свете уличных фонарей зрачки Лу Сисяо отливали янтарным блеском. Он лениво усмехнулся, его тон был развязным:
— Ну, скажем, если я продвинусь на несколько мест в рейтинге, можно будет тебя поцеловать?
Чжоу Вань застыла всем телом.
Она никак не ожидала, что разговор об учебе может свестись к такому.
Ее лицо густо покраснело, она не выдержала и отвернулась, больше не в силах сдерживаться:
— Лу Сисяо!
А он рассмеялся.
Словно это была величайшая забава, он смеялся так, что плечи непроизвольно вздрагивали.
— Опять ругаешь меня втихаря?
Чжоу Вань промолчала.
Лу Сисяо поднял руку, обхватил Чжоу Вань за плечи, с силой притянул к себе и крепко обхватил ее шею рукой, заставляя поднять подбородок.
Он смотрел на нее сверху вниз в такой близости и вскинул бровь:
— Смелости прибавилось? Кажется, ты все еще во мне заблуждаешься. Неужели думала, что я святоша?
Лицо Чжоу Вань становилось все краснее, она неловко задергалась:
— Лу Сисяо, отпусти меня сначала.
— Моя девушка — что хочу, то и ворочу, — сказал он совсем как какой-то уличный хулиган.
Давление, исходившее от юноши, становилось все тяжелее.
Разница в силе между Чжоу Вань и ним была слишком велика, она никак не могла вырваться.
Даже если бы он сейчас действительно наклонился и поцеловал ее, Чжоу Вань не смогла бы увернуться.
— Лу Сисяо, — Чжоу Вань растерянно отвела взгляд, ее дыхание и голос дрожали, пока она пыталась воззвать к его разуму, — мы только начали встречаться, это слишком быстро.
— Раз мы вместе, значит, и целоваться нельзя?
На самом деле Лу Сисяо никогда не был любителем подобных нежностей, но, видя Чжоу Вань в таком состоянии, он не мог удержаться от желания подразнить ее.
— И сколько же времени должно пройти, чтобы не считалось «быстро»?
— Как минимум… как минимум… год, — Чжоу Вань наугад назвала безопасный срок.
Через год Лу Сисяо наверняка уже перестанет ее любить.
Он издал смешок, его тон был легкомысленным:
— За год и ребенка родить можно.
Чжоу Вань подумала, что ослышалась, и широко раскрыла глаза:
— Что?
Лу Сисяо взглянул на нее.
Девушка смотрела на него круглыми, как у олененка, глазами, полными недоумения и шока.
Опасаясь действительно ее разозлить, Лу Сисяо поджал губы и усмехнулся:
— Ничего.
Рука, сжимавшая ее шею, наконец разжалась. Чжоу Вань поспешно отошла на пару шагов в сторону, поправила воротник и пригладила растрепанные волосы.
Лу Сисяо некоторое время смотрел на нее и спросил:
— Что тебе тот Хуан Мао наговорил?
— …Ничего. — Чжоу Вань опустила голову. — Я просто думаю, что ты такой умный, и если будешь серьезно учиться, то обязательно поступишь в хороший университет.
— Что, хочешь, чтобы я поступил туда же, куда и ты?
— Не совсем так, — Чжоу Вань держалась на безопасном расстоянии и тихо проговорила: — Просто я считаю, что ты именно таким и должен быть.
Ленивая улыбка на лице Лу Сисяо немного погасла после ее слов. Он затянулся сигаретой и лениво произнес:
— Поступлю в университет, и что дальше?
— Тогда ты сможешь уехать отсюда.
Лу Сисяо опустил ресницы, его челюсть напряглась, он ничего не ответил.
— Я думаю, ты очень свободный человек, ты не должен быть заперт здесь прошлым и не должен идти по проторенной дорожке, которую тебе навязывают другие.
Успех и слава в общепринятом смысле казались Чжоу Вань неподходящими для Лу Сисяо, чем-то банальным.
Ему следовало быть дерзким, ему следовало пробивать свой путь, идти по дороге, у которой не видно ни края, ни конца.
Он молчал, и они продолжили путь по тихой улочке.
Подойдя к воротам жилого комплекса, Лу Сисяо остановился и безразлично усмехнулся:
— Забудь.
Чжоу Вань подняла голову и посмотрела на него.
Уголки его губ были приподняты, но в улыбке не было радости, а взгляд был мрачным.
Чжоу Вань не знала, как его убедить или утешить.
Те травмы были нанесены слишком давними ранами; даже если сейчас Чжоу Вань могла мельком их увидеть, исцелить их было не проще, чем соскрести яд с кости.
— Я пойду, — попрощалась с ним Чжоу Вань. — Спокойной ночи.
— Угу.
Она сделала несколько шагов вглубь, затем внезапно остановилась и обернулась.
Лу Сисяо только собирался спросить «в чем дело?», но не успел произнести ни слова, как Чжоу Вань вдруг подбежала к нему.
Порыв ветра очертил ее тонкую талию во время бега, мягкие черные волосы запрыгали, а уникальный цветочный аромат стирального порошка, исходивший от нее, нахлынул, словно волна.
В тот момент, когда Чжоу Вань бросилась в его объятия, в голове Лу Сисяо стало пусто, он лишь успел отвести сигарету подальше, чтобы не обжечь ее.
Спустя всего две секунды Чжоу Вань отпустила его и сделала шаг назад.
Она стояла, опустив голову, ее лицо покраснело до самой шеи.
— Лу Сисяо. — Она не смела поднять на него взгляд, продолжая смотреть в землю. — То, что ты сказал… то самое, я правда не смогу этого сделать. Можно ограничиться этим?
Лу Сисяо беззвучно стиснул зубы, чувствуя, будто сердце поцарапали маленьким коготком.
Голос Чжоу Вань был едва слышным:
— Если ты будешь хорошо учиться, я буду тебя обнимать, идет?
Лу Сисяо вскинул бровь, чувствуя зуд где-то в горле и на кончике сердца.
— Предыдущее объятие было слишком коротким, я ничего не почувствовал, — сказал он.
Ресницы Чжоу Вань задрожали. Все так же не поднимая головы, она сделала еще один шаг вперед и раскрыла руки.
На этот раз объятие длилось три секунды.
Лицо покраснело еще сильнее.
Лу Сисяо решил, что от такой температуры уже можно обжечь руки.
Он рассмеялся густым, низким голосом и произнес неторопливым и порочным тоном:
— И это все? Кажется, я все равно в убытке.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
