Чжоу Вань внезапно подняла на него глаза.
Взгляд Цзян Яня был спокойным; он обдумывал это всю ночь и весь день, и потрясение, которое он испытал в тот момент, когда впервые увидел Го Сянлин, давно прошло.
Чжоу Вань замолчала, затем тихо произнесла:
— Ты всё узнал.
— Значит, ты уже давно знала, что твоя мама сейчас с ним, — Цзян Янь в недоверии широко раскрыл глаза. — И всё же ты и Лу Сисяо до сих пор…
— Он не знает.
Чжоу Вань прервала Цзян Яня:
— Только я знаю. Я знала всё это и всё равно решила быть с Лу Сисяо.
— Почему?
Чжоу Вань опустила глаза.
— Почему, Чжоу Вань? — Цзян Янь нахмурился. — Ты ведь явно не такой человек.
— А каким человеком ты меня считал?
Все эти дни она в одиночку несла эту тайну, и в этот миг она наконец вырвалась наружу:
— Послушной, милой, безвольной? Значит, даже если Го Сянлин предала моего отца, бросила меня и оставила мою бабушку умирать, я должна просто смотреть на её счастливую жизнь и ничего не делать?
В этот момент Цзян Янь словно не узнавал стоящую перед ним Чжоу Вань:
— …Ты сделала это намеренно?
— Да.
Чжоу Вань крепко сжала корешок книги, так сильно, что костяшки пальцев побелели.
— Я просто не могу видеть её благополучия, поэтому намеренно сблизилась с Лу Сисяо, желая использовать это, чтобы семья Лу выставила её вон. Я именно такой человек, всегда им была.
— Но ты уже какое-то время встречаешься с Лу Сисяо, как же… — Цзян Янь замялся и не договорил.
— Потому что… — Чжоу Вань отвела взгляд и сказала: — Я не хочу причинять ему боль.
Потому что Лу Сисяо любил её сильнее, чем она предполагала.
Цзян Янь замер, а затем нахмурился:
— Тайное всегда становится явным, неужели ты этого не понимаешь? Ты не сможешь скрывать это от него вечно, настанет день, когда он обязательно всё узнает.
Сердце Чжоу Вань словно придавило огромным камнем, оно тонуло всё глубже и глубже, будто проваливаясь в бесконечную тьму.
Все эти дни она обманывала себя, убеждая, что обязательно найдется способ сделать так, чтобы Лу Сисяо ничего не узнал.
Но со стороны всегда виднее, и Цзян Янь самым прямолинейным образом указал ей на это.
— Цзян Янь, — Чжоу Вань посмотрела на темнеющее небо за окном. — Ты рассказал Лу Чжунъюэ?
— Конечно, нет, — он нахмурился. — Мне не нравится Лу Сисяо, и я прекрасно понимаю, что такая ситуация была бы мне на руку, но, Чжоу Вань, ты для меня очень важный друг.
— Спасибо. Что бы ни случилось дальше, я должна это принять.
Неважно, как сильно разозлится Лу Сисяо, неважно, как он поступит с ней.
Чжоу Вань собрала контрольные по физике, встала и тихо сказала:
— Пойдём, пора на урок.
*
Весь сегодняшний день она не связывалась с Лу Сисяо, и он тоже не приходил к ней. Когда подготовка к олимпиаде подходила к концу, Чжоу Вань отправила Лу Сисяо сообщение.
[Чжоу Вань: Ты ещё в школе?]
[6: Нет, есть дела.]
Чжоу Вань опустила взгляд, глядя на эти несколько слов, присланных Лу Сисяо, и в уголках её глаз невольно защипало.
Говорят же, что люди всегда ненасытны.
Подготовка закончилась, Чжоу Вань собрала рюкзак и ушла из школы. По дороге она позвонила бабушке, спросила, что та хочет поесть, купила еды и вернулась домой.
Но бабушка в итоге съела совсем немного и отложила палочки.
Так продолжалось уже несколько дней.
Сначала Чжоу Вань списывала это на отсутствие аппетита, но прошло уже столько времени, а бабушка почти ничего не ела, она осунулась, и лицо её становилось всё более бледным.
— Бабушка, давай после еды сходим в больницу, — сказала Чжоу Вань.
— Зачем в больницу?
— То, что ты совсем не можешь есть — не дело. С организмом точно что-то не так, давай проверимся.
В старости поездки в больницу становятся всё чаще.
Бабушка действительно не хотела обременять Чжоу Вань, тем более что той скоро ехать на соревнования.
— В старости всегда так, — с улыбкой сказала бабушка. — Никакое обследование не найдёт причину.
Но в конце концов она не смогла переспорить Чжоу Вань, и они вместе отправились в больницу.
*
Темный, мрачный переулок, над головой переплетаются провода.
Лу Сисяо наступил ногой на плечо Ло Хэ. Его взгляд был мрачным, он бесстрастно смотрел на него сверху вниз, всё его существо излучало яростную злобу.
Плечевая кость Ло Хэ была готова вот-вот раздробиться, он скорчился на земле, завывая от боли.
Лу Сисяо убрал ногу, схватил его за лицо и заставил поднять голову:
— Если посмеешь сказать о Чжоу Вань ещё хоть слово, я тебя не пощажу.
Рот Ло Хэ был полон крови, зубы окрасились в красный, выглядело это жутко. Он тоже был из тех, кто не дорожит жизнью; даже в этот момент он не пожелал сдаться. Сплюнув кровь, он прохрипел:
— Не думал, что однажды ты станешь таким чувствительным.
Лу Сисяо молча смотрел на него.
Ло Хэ почти безумно расхохотался:
— И чем же она тебя так зацепила? Тем, что хороша в постели? Что ж, отлично, в следующий раз я тоже попробую.
Едва слова сорвались с его губ, как Лу Сисяо взорвался гневом. Он набросился на него и начал наносить удар за ударом по лицу Ло Хэ.
Его глаза потемнели, он не думал о последствиях, лицо Ло Хэ было залито кровью.
Видя, что дело может закончиться убийством, Цзян Фань подбежал и обхватил Лу Сисяо за талию. Приложив все свои силы, он наконец смог оттащить его.
— Ло Хэ, — ледяным голосом в ярости произнес Лу Сисяо. — Если посмеешь к ней сунуться, я тебя точно прикончу.
Только что они пили в баре.
Лу Сисяо уже давно не участвовал в подобных посиделках, и Цзян Фань удивился его приходу, заметив лишь, что тот не в духе.
Он предположил, что, возможно, произошла ссора.
Как назло, Ло Хэ сидел за соседним столиком.
Несколько парней беспардонно болтали, а затем разговор перешел на Чжоу Вань. Слова, которые они произносили, любому нормальному человеку показались бы невыносимыми.
Лу Сисяо просто взял бутылку и подошел к ним.
Без лишних слов он разбил бутылку о голову Ло Хэ, а затем выволок его из бара.
…
Потасовка закончилась.
Цзян Фань закурил и протянул сигарету Лу Сисяо:
— А где Чжоу Вань?
Лу Сисяо усмехнулся:
— Не знаю.
«…»
Точно, поссорились.
Ссорятся, и в то же время он ради неё жизнью рискует.
Лу Сисяо посмотрел на руку другого парня, кровь капала с кончиков его пальцев:
— Что такое?
Парень выругался и сплюнул:
— Тот прихвостень рядом с Ло Хэ действовал исподтишка, полоснул ножом, несерьезно.
У самого Лу Сисяо тоже было много ран разной величины; хоть крови и не было видно, но если снять одежду, там наверняка были огромные синяки, на которые больно смотреть.
Ему самому было плевать, но друзья в итоге пострадали из-за него.
— Сходите в больницу, — Лу Сисяо поднялся, закусив сигарету. — Рана глубокая.
Они сели в такси. Водитель, увидев их, опешил: сразу было видно, что это банда после драки, на одежде пятна крови. Он хотел было отказать, но Лу Сисяо достал бумажник и молча вытащил более десятка купюр.
Водитель поджал губы:
— Садитесь. Куда?
— В больницу.
Лу Сисяо сидел на переднем сиденье. Он опустил окно, порывы ветра растрепали его волосы, кровавый след на лице запекся.
В голове была неразбериха.
Мысли путались, словно клубок ниток, и единственное, что из этого выходило — Чжоу Вань.
Вещи, о которых он раньше не задумывался и на которые не обращал внимания, будучи выставленными напоказ, больше не могли быть проигнорированы.
Он безучастно смотрел на ночной пейзаж за окном, его взгляд был расфокусирован.
Через некоторое время он с крайним раздражением достал телефон и набрал номер Чжоу Вань.
Чжоу Вань быстро ответила:
— Лу Сисяо.
Голос был очень тихим, но чудесным образом немного унял его раздражение.
— Мгм, — он опустил глаза и негромко спросил: — Что делаешь?
Бабушка только что закончила осмотр, показатели были в норме, просто за последнее время она мало ела, организм ослаб, и ей нужно было поставить питательную инъекцию.
Чжоу Вань стояла у аптечного пункта. Обследование завершилось, и она не хотела зря беспокоить Лу Сисяо, поэтому с улыбкой сказала:
— Ничего особенного. Ты на улице?
Как раз в этот момент такси остановилось у больницы. Водитель сказал:
— Приехали.
Лу Сисяо вышел и закрыл дверцу:
— Да.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
