Оказывается, это Цзи Я его пригласила.
Пригласить бывшего мужа на свадебный банкет — подобное было просто немыслимо.
Бедный американский жених, стоя рядом с Цзи Я, всё ещё улыбался, хотя казалось, что над его головой уже пробивается едва заметный зеленоватый отблеск.
Однако мэр Тан был не из тех, кто поддерживает двусмысленные связи с прошлым.
Мэр Тан привел с собой нынешнюю спутницу!
О сегодняшней свадьбе можно будет сплетничать не только всю оставшуюся жизнь, но и в следующей еще останется что обсудить.
— Я же говорил, разве Тан Хунэна так легко обидеть?
Такой подход как раз соответствовал образу господина мэра.
Тан Хунэн всего в нескольких фразах прояснил причину и суть происходящего. Дело было не в том, что он не умел держать дистанцию, а в том, что Цзи Я сама пригласила его и даже подчеркнула, чтобы он пришел с семьей… Удачно вышедшая замуж бывшая жена хотела похвастаться, и Тан Хунэн действительно привел члена семьи.
А ведь все в городской администрации думали, что Тан Хунэн холост!
Родные и друзья семьи Цзи тоже были крайне удивлены. Ходили слухи, что Цзи Я обладает невероятным обаянием и сама подала на развод с Тан Хунэном; прошло десять лет, а Тан Хунэн всё никак не мог её забыть — его должность становилась всё выше, но он неизменно оставался один.
Те, кто был близок к семье Цзи, знали, что Тан Хунэн каждый год присылал праздничные подношения в их дом.
К сожалению, старик Цзи был человеком старой закалки и принципиально не принимал знаков внимания Тан Хунэна.
Отношения Тан Хунэна с семьей Цзи со стороны казались крайне запутанными; в прошлом году случилась какая-то неприятная история, но в итоге всё сошло на нет.
Честно говоря, немало людей верило, что Тан Хунэн и Цзи Я в итоге воссоединятся.
Получив приглашение от семьи Цзи и увидев, что банкет устраивают в Пэнчэне, многие решили, что их догадки подтвердились.
Но затем увидели, что жених — американец.
Когда же Тан Хунэн появился с Лю Фэнь и во всеуслышание произнес те слова, всем стало ясно: между ним и Цзи Я всё окончательно кончено. И кто только пустил слух, что Тан Хунэн хранит верность Цзи Я и десять лет не смотрит на других женщин?
Ведь он нашел себе пару и привел её сюда.
На такие мероприятия не приглашают случайных женщин для массовки, поэтому гости невольно принялись пристально разглядывать стоящую рядом с Тан Хунэном Лю Фэнь.
Она была полной противоположностью Цзи Я.
Цзи Я была высокой, а Лю Фэнь — миниатюрной и изящной.
Цзи Я никогда бы не надела такую одежду, считая её простоватой.
Наряд Лю Фэнь не был модным, но он идеально подходил её характеру и выглядел очень гармонично; от неё веяло спокойствием добродетельной жены и заботливой матери.
Для любого наблюдателя Лю Фэнь и Цзи Я были двумя совершенно разными типами женщин.
И не могло возникнуть никаких двусмысленных подозрений, будто Тан Хунэн, тоскуя по Цзи Я, нашел себе похожую замену.
В молодости Цзи Я была жемчужиной семьи Цзи, за которой юноши бегали толпами. Даже когда её сыну исполнилось двадцать, она сумела выйти замуж за богатого американца — её обаяние определенно было велико.
Сегодняшняя Цзи Я при полном параде выглядела элегантно и величественно.
Но Лю Фэнь, стоявшая подле Тан Хунэна, ничуть ей не уступала, просто они были красивы по-разному… При этой мысли гости снова невольно взглянули на Цзи Я, но из-за яркого солнца или большого расстояния было трудно разобрать выражение её лица.
Поддерживая Цзи Я под руку, Цяо Чжи почувствовал, что она дрожит.
В душе Цяо Чжи тоже шевельнулось странное чувство.
Он знал, зачем Цзи Я пригласила Тан Хунэна — она хотела возвыситься в его глазах, и Цяо Чжи охотно ей подыгрывал.
Несколько сотен тысяч долларов даже для Цяо Чжи были суммой внушительной. В 1985 году покупательная способность доллара была поразительной: это были огромные деньги не только в Китае, но и во всем мире. В конце концов, Цяо Чжи не был Харолдом, который распоряжался инвестициями семьи Уилсон на сотни миллионов долларов; для него лично сотни тысяч долларов — это действительно много.
Он был готов поддержать престиж Цзи Я и подарить ей незабываемую свадьбу.
К приходу Тан Хунэна они с Цзи Я готовились заранее, так почему же она так реагирует?
— Тебе плохо?
Голос Цзи Я дрожал:
— Плохо? Как мне может быть хорошо?! Разве ты не видишь? Он притащил эту женщину на мою свадьбу! Он совершенно не заботится о чести семьи Цзи!
Цяо Чжи не совсем понимал логику Цзи Я.
То, что Тан Хунэн привел кого-то на банкет, не было чем-то из ряда вон выходящим; в прошлый раз в ресторане Тан Хунэн тоже был с ней.
Но он не знал, что Цзи Я из тех людей, кто не верит в очевидное, пока не столкнется с реальностью лицом к лицу.
Она была свято уверена, что у Тан Хунэна мягкий характер и что ради Цзи Цзяньюаня он проглотит эту обиду.
Но она не задумывалась о том, что отношения отца и сына и так были натянутыми. Тан Хунэн в одиночку пытался их наладить, но время шло, а результата было мало. Тан Хунэн тоже человек, и он тоже может устать.
Это не значило, что ему не было жаль сына.
Просто каждому хочется пожить и для себя. Нельзя бесконечно думать только о других, принося себя в жертву и терпя обиды.
Цзи Цзяньюань отделил свои финансы от средств Цзи Я, демонстрируя стремление к независимости, и Тан Хунэн был рад за него.
То, что Цзи Цзяньюань нашел подработку, связанную с семейным бизнесом Цяо Чжи, неизбежно привело к потеплению отношений с Цзи Я, и Тан Хунэн мог это понять.
Рассудком Тан Хунэн понимал всё.
А чувства?
В чувствах Тан Хунэн тоже не был святым!
С одной стороны был родной сын, который отдалился от него, а с другой — Ся Сяолань, которая всегда помнила о нем и готова была прислать весточку или лакомство по любому поводу.
Близость между людьми порой совершенно не зависит от кровного родства.
Рядом с Ся Сяолань Тан Хунэн гораздо больше чувствовал себя отцом, чем рядом с Цзи Цзяньюанем.
Он не мог ради Цзи Цзяньюаня вечно позволять Цзи Я творить что вздумается, давать ей торжествовать и тешить её иллюзией, что она может безнаказанно унижать людей… Он также не мог ради сына помыкать Лю Фэнь и Ся Сяоланью.
Обо всех этих мыслях Тан Хунэна Цзи Я ничего не знала. Она всё еще считала его тем же человеком, что и десять лет назад, не понимая, что Тан Хунэн изменился, пройдя через многие испытания.
Раньше она могла убеждать себя, что Тан Хунэн сошелся с Лю Фэнь только ради того, чтобы позлить её, но теперь он привел её на свадебный банкет. На глазах у двух-трех сотен гостей Тан Хунэн во всеуслышание заявил, что пришел со своей семьей… Цзи Я больше не могла обманывать себя: Тан Хунэн и Лю Фэнь — это не просто интрижка. Раз уж эти слова были произнесены, Цзи Я даже заподозрила, что они уже успели расписаться!
Итак, Тан Хунэн действительно женился на деревенщине.
Если не считать лица, на которое еще можно было смотреть, в чем Лю Фэнь могла сравниться с ней?
Грубая, невежественная, ограниченная и темная — она никак не могла помочь Тан Хунэну в делах. Напротив, её брат и дочь бессовестно использовали связи Тан Хунэна, чтобы загребать деньги в Пэнчэне! Такая женщина только потянет его на дно!
В сердце Цзи Я бушевало яростное пламя.
Она знала, что сегодня её свадьба, и ей нужно сохранять самообладание, чтобы не стать посмешищем для Тан Хунэна.
Но глядя на то, как гости заискивают перед Тан Хунэном, а Лю Фэнь стоит рядом с ним и улыбается, она не могла сдержать жгучую обиду и гнев.
Нет, с какой стати Лю Фэнь заслуживает лести этих людей?
Это она, Цзи Я, в свое время разглядела в Тан Хунэне талант, вышла за него, когда он был никем, и поехала за ним к новому месту службы.
Это она, Цзи Я, терпела лишения в Америке, чтобы вырастить сына Тан Хунэна.
И что теперь? Тан Хунэн, как и ожидалось, взлетел высоко, но место рядом с ним, где принимают почести, заняла женщина, которую она презирала. Где же в мире справедливость? Цзи Я вырвалась из рук Цяо Чжи и, подхватив подол платья, решительно направилась к ним.
Тётя Цзи внимательно следила за золовкой и тут же подтолкнула Чжэнь Вэньсю:
— Быстрее, быстрее, останови её! Какой сегодня день, нельзя допустить, чтобы она устроила скандал!
Если Цзи Я «сорвется» прямо на свадьбе, тётя Цзи чувствовала, что до конца жизни не сможет показаться в обществе!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
