— Проваливай, я его не приму, скажи ему катиться подобру-поздорову, и чтобы впредь никто по фамилии Ся и на глаза мне не смел показываться!
Неужели?
А Хуа был весьма скептичен: а если придет Ся Сяолань, примет ли он эту «по фамилии Ся» или нет?
А Хуа не стал разоблачать молодого господина и сам отправился разбираться с делом Ся Дачжуна. Ся Дачжун на самом деле не то чтобы очень хотел видеть Ду Чжаохуэя — перед молодым господином он испытывал сильное давление, так что поговорить с А Хуа было вполне достаточно. Услышав от Ся Дачжуна, что Кэ Исюн выгнал троих членов семьи Ся и прямо заявил, что это из-за Ся Сяолань, А Хуа втайне удивился: неужели Кэ Исюн тоже узнал об отношениях Ся Сяолань с мэром Тан Хунэном?
Нет, не может быть. Если бы Кэ Исюн знал, то, увольняя троицу Ся Дачжуна, он ни за что не стал бы упоминать имя Ся Сяолань. Это вовсе не походило на дружескую услугу Ся Сяолань, скорее это было намеренным привлечением к ней неприятностей!
А Хуа невозмутимо произнес:
— Похоже, ты просто плохо проявил себя на стройке босса Кэ? Тебя отправили туда инспектором, а ты не справился с работой? Дачжун, ты ставишь молодого господина в неловкое положение. Ты ничего не делаешь в компании, но получаешь высокую зарплату. Коллеги из офиса в Пэнчэне крайне недовольны тобой. Неизвестно, кто донес о тебе в головной офис, заявив, что молодой господин продвигает бездарностей из-за личных симпатий. Другие люди ухватились за этот повод, и теперь молодому господину трудно объясняться перед Ду Дуном. Именно поэтому он решил перевести тебя на стройку босса Кэ в качестве инспектора, надеясь, что ты хотя бы научишься чему-то стоящему… За это время чему именно ты научился?
А Хуа умел быть хорошим телохранителем и справляться с мелкими поручениями, поэтому он становился всё более доверенным лицом при Ду Чжаохуэе.
Ся Дачжуну просто повезло, что именно он в свое время на собственной спине спасал жизнь Ду Чжаохуэю.
Прошло столько времени, а он научился только водить машину.
Он не знал ни кантонского диалекта, ни английского языка, не умел работать с документами, а при плохой образовательной базе еще и не прикладывал усилий к учебе. Когда А Хуа спросил его, чему тот научился на должности инспектора, выяснилось, что Ся Дачжун превратил работу «инспектора» в «слежку» — каждый день он только и делал, что пялился на Кэ Исюна. Теперь, когда А Хуа спросил его об успехах, Ся Дачжун долго пыхтел, но так и не смог вымолвить ничего вразумительного.
— Я не понимаю те чертежи, но я умею работать каменщиком…
А Хуа молча посмотрел на него:
— Ты думаешь, молодому господину не хватает каменщиков?
Каменщик? Человека, на чьей одежде была хоть капля грязи, Ду Чжаохуэй бы и близко не подпустил, так что каменщик ему был совершенно ни к чему. Ся Дачжун побледнел от слов А Хуа:
— Я могу водить машину.
— Сейчас машину молодого господина водит младший брат его прежнего водителя. Тот человек отдал жизнь за молодого господина, и только поэтому его брат получил эту работу. Ты считаешь правильным забрать у него это место?
Это, разумеется, было исключено. Ся Дачжун издал почти животный рык из самой глубины груди:
— Я могу защищать молодого господина!
Не успел он докричать, как А Хуа сделал выпад, которого тот даже не заметил, и Ся Дачжун тяжело рухнул на землю.
А Хуа наступил ему ногой на грудь и посмотрел сверху вниз. Чтобы свалить его, он приложил лишь треть своей силы.
— Ты до сих пор не понял? Ты совершенно не годишься в телохранители. Кроме грубой силы, у тебя нет никакой профессиональной подготовки, ты не владеешь боевыми искусствами и не умеешь обращаться с оружием. При внезапном нападении врага ты даже не сможешь оценить обстановку! Ся Дачжун, молодой господин давал тебе множество шансов, но ты лишь пребывал в прострации и не смог ими воспользоваться. Теперь ты больше не нужен молодому господину. Работа на стройке Кэ Исюна была твоим последним шансом, но и его ты провалил. Как тебе не стыдно просить молодого господина и дальше содержать такого бесполезного человека!
Уверенность Ся Дачжуна, взращенная высокими доходами во время службы у Ду Чжаохуэя, рушилась дюйм за дюймом.
Слова А Хуа были обидными, но Ся Дачжуну нечего было возразить.
Охлаждение Ду Чжаохуэя к нему наметилось давно, Ся Дачжун просто не хотел об этом задумываться.
Теперь, когда А Хуа сорвал завесу, Ся Дачжун почувствовал себя опустошенным.
— Меня уволили?
А Хуа убрал ногу, но не ответил на вопрос.
А стоило ли вообще отвечать?
Его не заботило, больно ли Ся Дачжуну. А Хуа не выдумывал — если человек живет в прекрасных условиях с огромной зарплатой и за столько времени не научился ничему полезному, то такой «пустой балласт» не заслуживает ни капли сочувствия!
Разобравшись с Ся Дачжуном, А Хуа вернулся, но сам тему не поднимал.
В итоге Ду Чжаохуэй не выдержал.
А Хуа пересказал версию Ся Дачжуна. Ду Чжаохуэй подавил странное чувство в сердце:
— Разве в последнее время она и Кэ Исюн не были близки? Кэ Исюн даже поставлял песок и щебень на стройплощадку Цзиньшачи, с чего бы им снова ссориться?
А Хуа действительно этого не знал.
Он только что вернулся из Гонконга в Пэнчэн, с какой стати ему было разузнавать про дела Кэ Исюна?
Но раз уж у молодого господина проснулось любопытство, А Хуа знал, что делать.
Стоило А Хуа отлучиться и вернуться, как Ду Чжаохуэй восстановил картину событий процентов на семьдесят-восемьдесят:
— А она всегда была храброй!
Узнав, что люди Кэ Исюна ранили Бай Чжэньчжу, Ду Чжаохуэй был готов аплодировать от радости — он до сих пор помнил, как Бай Чжэньчжу выбила ему зуб.
Однако Ся Сяолань вступилась за Бай Чжэньчжу, заявила в полицию, и людей Кэ Исюна схватили, что принесло тому немалые убытки.
— Этому Кэ, скорее всего, конец, в будущем держись от него подальше и больше не давай ему никакой работы.
На этот раз Кэ Исюну не поможет даже то, что кто-то взял вину на себя. Кэ Исюн, вероятно, не предполагал, что его имя уже на счету у мэра. На материке очень остро реагируют на организованную преступность, и Ду Чжаохуэй считал, что тот рано или поздно «спекется»!
Настоящий неудачник. Даже сам Ду Чжаохуэй, приехав инвестировать на материк, вел себя тише воды, ниже травы, а Кэ Исюн обнаглел больше него. Разве не заслуженно он идет ко дну?
Ду Чжаохуэй расхаживал по комнате, бормоча под нос:
— Я очень доволен тем, что этот бандит Кэ Исюн вышвырнул семейку Ся вон, но не стоило говорить, что это сделано ради Ся Сяолань. Когда Ся придут искать её в Цзиньшачи, не запишут ли они этот должок на мой счет?
А Хуа не уловил этой логики.
Но раз молодой господин так сказал, значит, так и есть.
— Что вы имеете в виду?
— Нужно все-таки заранее пойти и предупредить её.
А Хуа подумал про себя: Ся Сяолань ненавидит Кэ Исюна, да и к молодому господину она никогда не проявляла симпатии. Молодой господин каждый раз натыкается на стену, но продолжает наступать снова и снова. Симптомы настолько очевидны, что не нужно вызывать врачей из Гонконга для постановки диагноза.
К сожалению, молодой господин этого не признавал, а А Хуа не осмеливался сказать вслух.
Ду Чжаохуэй приехал в Цзиньшачи и обнаружил, что несносный Тан Юаньюэ тоже здесь.
Тан Юаньюэ пришел заискивать, но подготовился он куда лучше Ду Чжаохуэя и обсуждал темы, интересные Ся Сяолань. Заметив появление Ду Чжаохуэя, он незаметно вырыл тому яму:
— …В общем, дела обстоят примерно так. А что касается того, почему Ван Минмин пошла на попятную, я не слишком хорошо знаком с этими кинозвездами. Как раз прибыл Чжаохуэй, почему бы тебе не спросить его? У Чжаохуэя много знакомых в гонконгском шоу-бизнесе.
Ся Сяолань подняла на него глаза, и лицо Ду Чжаохуэя застыло.
Что значит «знакомые в шоу-бизнесе»?
Тан Юаньюэ намекал на то, что раньше он встречался со многими актрисами. При их первой встрече он даже советовал Ся Сяолань поехать в Гонконг сниматься в кино. Такое неудачное начало сделало его отношения с Ся Сяолань натянутыми до сих пор, а Тан Юаньюэ нарочно бередил старые раны!
Стоило ему увидеть Ся Сяолань, как «неизлечимая болезнь» Ду Чжаохуэя обострилась. Он отвел взгляд, опасаясь ловушки, подстроенной Тан Юаньюэ:
— Зачем госпоже Ся понадобилась Ван Минмин? Только если вы расскажете, в чем дело, я пойму, смогу ли помочь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
