— Осталось пятнадцать часов?
Что можно успеть за пятнадцать часов!
Но профессор Вэнь явно не шутил.
В руках Ся Сяолань держала книгу «Элементы конструкций» — труд профессора Маккарти. В Америке это было обычным делом: учебники стоили дорого, и авторские отчисления за их написание были соответствующими. Многие маститые ученые, работающие «на передовой» преподавания, с радостью систематизировали свои лекционные материалы и издавали их в виде специализированных пособий. И в самом деле, зачем им выбирать чужие труды для занятий, если есть свои?
Книга профессора Маккарти «Элементы конструкций» прошла проверку временем и практикой. Она служила основным учебником на архитектурном факультете Корнеллского университета, и многие другие американские вузы с тем же профилем также выбирали это издание… В книге было триста девяносто пять страниц, и профессор Вэнь велел Ся Сяолань ознакомиться с ней за пятнадцать часов!
Ся Сяолань предстояло освоить немалый объем материала. Другие студенты учились уже месяц, и ей нужно было наверстать упущенное.
Стоило ей открыть «Элементы конструкций», как у нее потемнело в глазах. Она считала свой уровень английского весьма достойным, но в учебнике встречалось огромное количество профессиональных терминов, с которыми Ся Сяолань еще не сталкивалась в Китае.
В книгах по специальности, которые она могла достать в библиотеке Хуацин, английских оригиналов пока не было!
Ху Ин, увидев ее бледное личико, заварила ей чашку кофе и пожурила профессора Вэня за то, что тот высказался слишком резко и напугал Ся Сяолань.
Профессор Вэнь, сидя в инвалидном кресле, проворчал:
— Это же Маккарти! Из всех моих коллег он тебе нравится меньше всего, но я ведь не соврал!
Ху Ин вспомнила единственный раз, когда Маккарти приходил к ним в гости, и на ее лице тоже появилось выражение неприязни.
— …С ним крайне тяжело ладить.
Если уж с коллегами он был невыносим, то о какой доброте к студентам могла идти речь?
Ся Сяолань впадала в еще большее отчаяние.
Поначалу она еще могла расспрашивать профессора Вэня. Хотя он и не вел этот курс, он все же был профессором архитектурного факультета, и специальные термины не могли поставить его в тупик — он помогал Ся Сяолань в подготовке.
В этом, пожалуй, и заключалось преимущество жизни в доме профессора; Ся Сяолань была глубоко признательна мастеру Мао за его мудрое решение.
Однако профессор Вэнь только оправлялся после тяжелой болезни, и его сил хватило лишь на час с небольшим. Было заметно, что он утомлен.
Ся Сяолань не была лишена чуткости и не могла позволить больному человеку не спать из-за нее всю ночь.
Она поспешила уговорить профессора Вэня лечь отдыхать, попросила Ху Ин сварить ей большой кофейник и осталась сражаться в одиночку.
Для человека, чей родной язык не английский, есть одна большая сложность: читая учебник, приходится сначала переводить содержимое в уме на китайский, а потом пытаться его осмыслить. Уровень английского Ся Сяолань всегда был хорошим, и раньше она сводила этот процесс к минимуму — читая газеты или журналы, она могла свободно думать на языке. Но в случае с профессиональным учебником она то и дело запиналась.
О сне в эту ночь не могло быть и речи.
Ей удалось вздремнуть от силы полчаса, за которые она успела «проглотить» первые несколько глав «Элементов конструкций».
На следующий день походка у нее стала нетвердой. Ху Ин, решив, что в таком состоянии Ся Сяолань не доедет даже на велосипеде, настояла на том, чтобы отвезти ее в университет на машине.
Пришлось оставить профессора Вэня дома одного.
Глядя на то, как Ся Сяолань то и дело зевает, Ху Ин сочувственно произнесла:
— Бедняжка, такова повседневная жизнь в Корнелле.
Жизнь в американских университетах, на первый взгляд, казалась более свободной, чем в китайских: она могла быть невероятно яркой и насыщенной, администрация не следила за тем, встречаются ли студенты и живут ли они в общежитии… Однако запас сил у всех людей примерно одинаков. Нет никаких причин, по которым белые должны быть умнее или выносливее азиатов. А чтобы жить ярко и при этом получать по всем предметам «А», никак не обойтись без бессонных ночей.
Чтобы выделиться среди толпы талантливых сокурсников, нужно трудиться усерднее остальных.
Ху Ин объяснила Ся Сяолань, что это норма, и та, изо всех сил хлопая себя по щекам, чтобы взбодриться, отправилась с книгами на поиски аудитории.
Полукруглая лекционная аудитория была огромной, в ней легко могли разместиться две или три сотни человек, но сейчас здесь было всего двадцать-тридцать студентов. Ся Сяолань пришла довольно поздно; Нин Сюэ и остальные уже были на месте.
Они сидели небольшими группами, в последний раз проверяя готовность своих заданий перед приходом профессора Маккарти.
Перед Нин Сюэ и другими студентами стояли разнообразные макеты — очевидно, домашнее задание, которое профессор Маккарти оставил в прошлый раз.
Ся Сяолань пришла с пустыми руками. Она никого не знала и просто села на свободное место.
Она была так красива, что вчера ее радушно приняли сокурсники с факультета гостиничного менеджмента, но в этой аудитории царило гнетущее напряжение. Все здесь были несчастными жертвами под гнетом тирании профессора Маккарти, и этим будущим архитекторам, с которыми она виделась впервые, было совсем не до красоты Ся Сяолань.
Красивое азиатское лицо… Ха, лишний взгляд на него казался преступлением, ведь в голове сразу всплывал образ профессора Маккарти!
Ся Сяолань редко сталкивалась с подобным холодным приемом.
Нин Сюэ, увидев, что та сидит в одиночестве, возможно, вспомнила свои первые дни после поступления. Вчера она проигнорировала Ся Сяолань, но сегодня все же заговорила:
— Ты подготовилась?
Нин Сюэ указала на учебник.
Лицо Ся Сяолань было серым от усталости.
— Пятнадцать часов… разве этого хватит?
Нин Сюэ покачала головой:
— На то, чтобы вдумчиво прочитать «Элементы конструкций» один раз, нужно как минимум неделя. Но ты, должно быть, только приехала в Америку и просто не успела… Что ж, удачи тебе.
Слова Нин Сюэ заставили Ся Сяолань почувствовать себя еще более неуверенно.
Послышались шаги, и в аудитории воцарилась гробовая тишина. Вошел невысокий белый профессор.
За один семестр он мог довести студентов до того, что те теряли половину волос, но его собственная шевелюра была густой и кудрявой. Он был одет в безупречный костюм, в руке держал портфель, а самой выдающейся чертой его лица был орлиный нос.
— Сегодня у нас прибавление.
Профессор Маккарти поставил портфель на кафедру.
— Что происходит в этом году? Столько студентов из Китая. Новичок, представься!
Ся Сяолань заставила себя улыбнуться и быстро представилась.
Имя можно было называть как угодно, но честь родного вуза ронять было нельзя.
— Университет Хуацин, — произнесла она с безупречным произношением.
Маккарти указал на Нин Сюэ, словно долго не мог вспомнить ее имя:
— Из того же заведения.
Раз уж зашла речь о Нин Сюэ, Маккарти просто подошел к ней и начал проверять задание.
Нин Сюэ, как-никак, была лучшей на архитектурном факультете Хуацин, бакалавром, способным публиковать научные статьи в Китае. И здесь она даже не заслужила того, чтобы профессор запомнил ее имя?
Ся Сяолань не чувствовала ни капли злорадства — это лишь доказывало, насколько страшен профессор Маккарти.
Ей казалось, что это уже верх едкости, но вскоре она увидела нечто еще более жестокое.
В представлении профессора Маккарти, по-видимому, не существовало слова «сойдет». Все работы делились только на «соответствующие» и «несоответствующие». В первых он выискивал всевозможные изъяны, а вторые просто сбрасывал на пол, не утруждая себя даже комментариями… В аудитории не у одного студента на глазах заблестели слезы.
Помимо нее и Нин Сюэ, здесь были уверенные в себе американские студенты, но даже они не выдерживали такого давления.
Хотя к работе группы Нин Сюэ и предъявили кучу претензий, по крайней мере, ее макет не оказался на полу.
Ся Сяолань было не до жалости к чужому самолюбию — безумие Маккарти вот-вот должно было обрушиться на нее саму. Это занятие определенно стало для нее кошмаром. Весь урок Маккарти вызывал ее, новую студентку по обмену, отвечать на вопросы.
С тех пор как Ся Сяолань переродилась, она сокрушала всех на своем пути, будь то боги или демоны, но впервые кто-то заставил ее отвечать, запинаясь, и подверг такой изощренной интеллектуальной экзекуции!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
