Приглашение Ся Сяолань оказалось для Е Сяоциун полной неожиданностью.
— Я думала, твоя учеба в Америке…
— У меня есть личные дела, которые нужно уладить на родине, поэтому я взяла в Америке несколько дней отпуска.
Ся Сяолань окончательно сбила Е Сяоциун с толку.
Ся Сяолань пригласила ее поехать в Пэнчэн вместе. Поедет ли она? В глубине души Е Сяоциун еще колебалась, но тело оказалось честнее:
— Поеду. Я и так должна была выступить авангардом для второго молодого господина, просто сделаю это на несколько дней раньше. У меня есть и служебные дела, возможно, мне придется сначала заскочить в Таиланд. Мы сможем встретиться уже в Пэнчэне?
Ся Сяолань было все равно. Поедет ли Е Сяоциун в Пэнчэн вместе с ней или нет, не имело значения, важно было само решение.
Если еще и Юань Ханя отправить в Пэнчэн, там станет по-настоящему весело.
Способ, придуманный Е Сяоциун, заставил даже Ся Сяолань проникнуться уважением. Это было не просто желание заставить Чжоу И познать боль; самым страдающим определенно окажется Юань Хань в будущем. Тщательно выстроенный план по обольщению «богатой наследницы из Гонконга», которая на деле окажется проституткой… Нет-нет, если думать об этом дальше, Ся Сяолань саму начнет тошнить.
Пань Баохуа тоже не хотел этого слушать.
Но что поделать, если у него отличный слух — он слышал всё отчетливо.
Как только Е Сяоциун ушла, Пань Баохуа цокнул языком:
— У женщин такие сложные мысли. Зачем усложнять простые вещи? Самим не утомительно?
Разве с негодяем-изменником нельзя разобраться проще? Для Пань Баохуа ничего не представляло проблемы.
Ся Сяолань на мгновение задумалась:
— Дело не в том, что у женщин сложные мысли. Просто если не усложнить простое дело, не получится выплеснуть накопившуюся в сердце обиду. Думаю, людей, способных великодушно забыть вражду, очень мало. Говорят: «брось нож и тут же станешь Буддой», да только в этом мире не так много тех, кто стал Буддой.
Что на это мог сказать Пань Баохуа?
Сложные мысли бывают не только у женщин. В свое время Цзянь У тоже ненавидел его до смерти и преследовал как бешеная собака!
Человек за всю свою жизнь так и не может вырваться из круга четырех слов: «признательность, обида, любовь и ненависть».
Ся Сяолань снова отправилась в Нью-Йорк по делам реконструкции театра.
В этот раз она случайно столкнулась с миссис Уилсон.
Сказать «случайно» было бы не совсем верно. Такая знатная дама, как миссис Уилсон, не стала бы без причины появляться на стройплощадке. В недостроенном театре повсюду царил хаос и летала пыль — миссис Уилсон ни за что бы туда не пошла.
Она специально ждала Ся Сяолань здесь.
В семье ее подруги Цуй Ижу произошло крупное событие, которое было связано с Ся Сяолань, и миссис Уилсон определенно должна была проявить внимание.
— Ся, мы можем поговорить наедине?
Ся Сяолань хотела бы сказать «нет», но миссис Уилсон при встрече сразу схватила ее за руку, явно не давая возможности отказаться.
Сотрудники GMP наблюдали со стороны; все решили, что у нее с миссис Уилсон прекрасные отношения, ведь это был клиент, который лично потребовал, чтобы именно Ся Сяолань занималась реконструкцией театра.
— Пожалуйста, говорите, мадам.
Миссис Уилсон указала на выход и вышла вместе с Ся Сяолань.
— Тина в последнее время искала тебя?
Ся Сяолань покачала головой:
— Я уже давно не видела Тину. Она ведь даже не пришла на тот бал!
Лучше бы не вспоминать о том бале.
Все началось именно в тот вечер, и события сошли с рельсов. Будь то расспросы Цуй Ижу к Харолду или драка между Фаэнем и Харолдом — всё это не соответствовало их характерам и шло вразрез с целями, ради которых миссис Уилсон устраивала бал.
Настоящий кошмар, а не бал.
— О, Боже, тот бал действительно был самым провальным из всех, что я устраивала, это была ошибка. Но я говорю о другом — о том, что ты рассказала Цуй.
Ся Сяолань моргнула:
— Вы имеете в виду, что мне не следовало говорить ей, что родная бабушка Фаэня и Тины всё это время не прекращала их поисков? Что пожилая женщина ждет их в Китае, чтобы воссоединиться? Мадам, вы так считаете? То, что я принесла им вести, было ошибкой?
Миссис Уилсон осеклась.
Конечно, Ся Сяолань не совершала ничего дурного. Супруги Уилсон за последние пару дней узнали всю предысторию и, услышав, что Чжан Цзядун намерен сопровождать Цуй Ижу в Китай, сочли Чжан Цзядуна излишне импульсивным.
У миссис Уилсон сложилось не самое лучшее впечатление о Китае. Когда она вместе со стариком Иваном присутствовала в Китае на свадьбе собственного сына, всё прошло просто ужасно.
Дикая, отсталая страна, находящаяся под властью сильных мира сего!
Миссис Уилсон сделала вдох, стараясь сохранить изящество:
— Я имею в виду, что ты могла бы быть более деликатной, дать им время на адаптацию, а не заявляться вот так внезапно. Это внесло огромный разлад в семью Цуй. Взять хотя бы Тину — она совершенно не может принять этот факт, сейчас она избегает родных и никого не хочет видеть… Как ты думаешь, в таком состоянии она готова ехать в Китай на встречу с родственниками?
Ся Сяолань слегка кивнула:
— Действительно, не готова. Но, мадам, я всего лишь человек, ответственный за поиск людей и передачу писем. Как вы знаете, я учусь на архитектора и не сильна в психологическом консультировании. Я никак не могу повлиять на эмоции Тины.
По сравнению с дружбой с Чжан Цзядуном, значимость Ся Сяолань была невелика, и миссис Уилсон сбросила маску радушия и доброты, принявшись отчитывать Ся Сяолань. Она обвиняла ее в том, что та спровоцировала внутренний конфликт в семье Чжан. Ся Сяолань не собиралась потакать миссис Уилсон и вежливо, но твердо отпарировала ее нападки.
В самом деле, примет это Тина или нет — какое отношение это имеет к Ся Сяолань?
Не Ся Сяолань с самого начала скрывала происхождение Тины. Неужели она должна отвечать еще и за плохое настроение «маленькой принцессы»!
Миссис Уилсон была поражена:
— Ся, как ты можешь так говорить? Я думала, мы друзья! И я думала, что вы с Тиной тоже подруги!
— Нет, мадам, вы кое в чем ошиблись. Мы не друзья. Вы — клиент GMP, вы наняли меня через бюро GMP, и в этом заключаются наши истинные отношения. Отношения найма никогда не бывают равными.
Миссис Уилсон лишилась дара речи:
— Если бы не дружеские чувства, с чего бы мне настаивать на том, чтобы именно ты отвечала за реконструкцию театра? Ты ведь всего лишь стажер в GMP!
Ся Сяолань ничуть не испугалась:
— Работу, которую мне поручили, я выполнила добросовестно. Вы сами утвердили мой проект… Я подошла к этому заказу очень серьезно и могу с уверенностью сказать, что отработала ваш гонорар. Бюро GMP также сохранило свой привычный уровень сервиса. Если у вас есть какие-либо претензии по поводу реконструкции театра, вы можете направить жалобу в бюро GMP, ведь именно вы являетесь плательщиком.
Ся Сяолань никогда не обманывала клиентов, кем бы они ни были и по какой бы причине ни выбрали ее проект. Как только контракт был подписан, она полностью отдавалась работе.
Реконструкция театра не была исключением.
Взяла деньги — делай дело, добросовестно и ответственно. Миссис Уилсон одобрила проект, а теперь припоминает это, пытаясь выставить как личное одолжение и средство давления… Что ж, миссис Уилсон сильно недооценила характер Ся Сяолань.
— Ты… ты действительно очень груба! — рассерженно бросила миссис Уилсон.
Ся Сяолань пожала плечами и развела руками:
— Прошу прощения, я лишь сказала чистую правду. Возможно, вы слишком долго живете в высшем свете и не привыкли слышать правду от простых людей.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
