Тан Хунэн первым дело всегда смотрел человеку в глаза.
Если взгляд у человека честный, то и сам он не может быть совсем уж плохим. Вот и этот Ху Юнцай: видать, за долгие годы работы в отделе закупок он поднабрался изворотливости, но сам был полноватым и с виду довольно добродушным.
Тан Хунэн кивнул:
— Товарищ Ху Юнцай, благодарю вас за ту заботу, что вы проявляли раньше к моей супруге и Сяолань. Позвольте мне поднять этот бокал чая за ваше здоровье.
Тан Хунэн встал, и Ху Юнцай от волнения не знал, куда деть руки.
Работая в гостевом доме горкома, он ежедневно принимал немало руководящих кадров, и большинство из них вели себя вежливо, но чтобы чиновник такого ранга, как Тан Хунэн, лично предложил ему тост… Пусть даже это был просто чай вместо вина, Ху Юнцай и во сне не мог такого представить!
Чжоу Чэн тоже помнил Ху Юнцая. Раз его будущий тесть поднялся, то и ему сидеть было не по чину.
К тому же, когда он встал, Ху Юнцай почувствовал себя чуть менее неловко.
— Брат Ху, вы ведь еще помните меня? Я тоже хочу выпить с вами и поблагодарить за доброту к Сяолань и тёте Лю!
— Батальонный командир Чжоу…
— Не стоит церемониться, зовите меня просто Чжоу Чэн.
Чжоу Чэн поправил его. Он не стал уточнять, что его вот-вот повысят до заместителя командира полка — какой в этом смысл, если Ху Юнцай от этого только сильнее занервничает?
Ху Юнцай уже имел дело с Чжоу Чэном прежде. Выпив предложенный ими чай, он вышел из банкетного зала, и весь лоб у него был в поту.
Официантка, заходившая вместе с ним, тоже боялась лишний раз вздохнуть, но, покинув зал, тут же оживилась:
— Директор Ху, надо же, каких важных руководителей вы знаете!
Лицо офиантки выражало крайнее изумление.
Внутри обедал целый мэр города, и хоть он был не из Шанду… все равно, у директора Ху действительно серьезные связи!
Да какие у Ху Юнцая, к черту, связи?
Ся Сяолань так торжественно его представила, что фактически силой создала ему внушительную репутацию.
Работники гостевого дома горкома не могли не узнать Ся Сяолань: в конце концов, она была настолько красива, что, увидев ее однажды, забыть было невозможно.
Но раньше Ся Сяолань приходила сюда, чтобы сдавать угрей.
А теперь она — дочь высокопоставленного руководителя. При такой разительной перемене кто посмеет поминать старое?
А вдруг она как раз стыдится своей былой бедности!
Впрочем, судя по тому, что он только что видел, Сяо Ся осталась всё такой же прямодушной и открытой.
Официантка льстила Ху Юнцаю, и тот на словах отмахивался, но в душе все же испытывал гордость, и походка его стала легкой, будто он парил. Он уже было раздумывал, не послать ли за стол Ся Сяолань еще пару блюд, но побоялся, что «лучшее — враг хорошего». Пока он пребывал в нерешительности, подбежала другая официантка:
— Директор Ху, там на улице вас спрашивают.
— Семья пришла?
— Нет, мы их не знаем.
Хотя Ху Юнцай ничего не понимал, он решил выйти и взглянуть.
Таков уж был его характер: «лишний друг — лишняя дорога», именно так он когда-то и познакомился с Ся Сяолань.
Выйдя к дверям гостевого дома, Ху Юнцай увидел мужчину и женщину. Женщиной была Сяо Фань, которая приходила к нему домой с подарками. Мужчину он не знал, на вид тот был значительно старше Сяо Фань — неужели это и была та причина, по которой его жена называла Сяо Фань «несчастной»? Потому что та вышла замуж за старика.
Ху Юнцай сразу всё понял: подарки принесли, и теперь пришли спрашивать о результате!
Поначалу он намеревался отказать решительно и сухо, но сегодняшняя встреча с Ся Сяолань и Лю Фэнь натолкнула его на мысли о милосердии.
У кого не бывает трудностей? Он и не надеялся встретить еще кого-то столь же способного, как Сяо Ся, но и творить добрые дела направо и налево тоже не считал ошибкой.
— Директор Ху… — Ся Дачжуну было крайне тяжело просить о помощи.
Он и без того был косноязычен, а то, что он все-таки заставил себя прийти и просить, было заслугой его службы у Ду Чжаохуэя, где он успел повидать мир.
Однако Ху Юнцай перебил его:
— Товарищ, вы, должно быть, муж Сяо Фань? Сяо Фань в прошлый раз оставила у меня дома подарки и сразу ушла. Я к тем вещам даже не прикасался и всё искал случая, чтобы вернуть их вам.
Фань Юй изменилась в лице, и в ее голосе зазвучали жалобные нотки:
— Директор Ху…
У Ху Юнцая разболелась голова:
— Подарков я не приму. Будет ли гостевой дом горкома набирать персонал — не мне одному решать. Если вы действительно ищете работу, я могу лишь попробовать… О наборе официанток я ничего не слышал, а вот на кухне люди нужны. Пойдете? Зарплата почти такая же.
Некоторые женщины любят мелькать перед начальством и потому рвутся в официантки — разносить чай да воду.
Другие же, наоборот, стараются избегать подобного, и кухня для них — отличное место: знай себе работай в поте лица, зарплата та же, да и на кухне всегда есть свои негласные «льготы».
Устроить Фань Юй на кухню гостевого дома горкома?
Это совсем не входило в планы Ся Дачжуна и его жены. Кого можно встретить на кухне? Даже если стать шеф-поваром, возможности целыми днями крутиться перед глазами высокого начальства не будет.
Фань Юй стиснула зубы.
Да плевать ей было на эту зарплату!
На кухне вечно чад и гарь, даже если туда засунуть небесную фею, она быстро превратится в замарашку.
— Директор Ху, я совсем не умею работать на кухне. Прошу вас, может, поищете другой выход? Я знаю, что доставляю вам хлопоты…
С этими словами Фань Юй достала конверт и попыталась всучить его Ху Юнцаю.
Обрадовался ли Ху Юнцай?
Черт возьми, он перепугался до смерти!
Это же вход в гостевой дом горкома! Хоть он и старался держаться ближе к стене, вокруг было множество глаз, а эта Сяо Фань посмела совать ему что-то, и если в конверте деньги… Ху Юнцай покрылся холодным потом, ему до боли захотелось отвесить себе оплеуху!
Уж не подослал ли эту Сяо Фань кто-то специально, чтобы погубить его?
Ху Юнцай вышел из себя:
— Сяо Фань, что ты творишь? Ты же толкаешь меня на нарушение дисциплины! Все должности одинаково важны и ценны. Не умеешь работать на кухне — так никто не рождается с кухонным ножом в руках. Забудь, считай, что я ничего не предлагал.
Она говорила и смотрела с видом обиженной сиротки.
Ху Юнцай окончательно убедился: запросы у этой Сяо Фань непомерные.
А его глупая баба дома, видать, наслушалась ее сладких речей, раз решила помогать с работой человеку, которого едва знает. Зачем вообще совать нос в чужие дела, не зная, что это за люди!
Старая истина подтвердилась: слишком красивых нельзя водить к начальству, а тех, кто себе на уме — и подавно.
Ху Юнцай развернулся, чтобы уйти, и Фань Юй подтолкнула Ся Дачжуна — ну что за чурбан, ни папиросу предложить не может, ни слов вежливых найти.
Ся Дачжун, густо покраснев, схватил Ху Юнцая за рукав, хотя в душе был крайне недоволен.
Говорят, с Владыкой Ямой встретиться легко, да мелкие бесы донимают — вот Ху Юнцай и был таким «мелким бесом». Тоже мне, невелик начальник в гостевом доме, а заимел кроху власти и сразу заважничал. Ся Дачжун и сам не хотел его просить — если эта дорога закрыта, можно найти другую. Лишь по просьбе Фань Юй он переступил через свою гордость.
Сила у него была большая, он крепко вцепился в рукав Ху Юнцая, так что бедный директор поначалу даже не мог вырваться.
Проклятье, привязались же, не отвяжешься!
Ху Юнцай уже открыл рот, чтобы обругать их, но тут Ся Дачжун и Фань Юй уставились на ворота с таким видом, будто увидели привидение.
Рука, державшая Ху Юнцая, невольно разжалась.
Ху Юнцай обернулся и увидел Ся Сяолань с остальными — они выходили, оживленно беседуя.
Ху Юнцай понизил голос:
— Видите сами, здесь в любую минуту может появиться руководство. Не переходите границы, и чтобы никаких этих ваших грязных приемчиков я не видел.
Если эти двое навредят его работе, Ху Юнцаю и собак спускать не придется — он сам их загрызет!
Но, вопреки опасениям Ху Юнцая, Ся Дачжун не просто «увидел руководство». Он узнал Тан Хунэна — того самого мэра Тана из Пэнчэна, с которым молодой господин Ду так мечтал наладить отношения!
Мэр Тан? Почему он в Шанду?
И почему мэр Тан идет рядом с Лю Фэнь и ее дочерью?..
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
