В двадцать лет она только-только училась на втором курсе.
К моменту окончания университета ей будет всего двадцать три года. Выходить замуж в двадцать три? У неё есть собственная карьера, она даже хочет продолжить учёбу, возможно, выберет стажировку за границей — всё это ещё не решённые вопросы. Получив жизнь в подарок, не наслаждаться вовсю юностью, а, имея опыт прошлой жизни, не попытаться достичь бóльших высот, а вместо этого рано выйти замуж и увязнуть в семейных хлопотах и обязательствах?
Ся Сяолань невольно вздрогнула; это была не та жизнь, которой она хотела.
Чжоу Чэн чувствовал себя совершенно сбитым с толку:
— Неужели ты не хочешь выйти за меня? Брак сделает наши отношения законными, ты станешь моей женой и сможешь оставаться в части! Это ничего не изменит, я по-прежнему буду к тебе добр, даже смогу относиться к тебе ещё лучше… Если ты боишься, что моя семья будет против, я обязательно всё улажу, не дам тебе ни капли повода для беспокойства и не позволю тебя обидеть!
Разве люди встречаются не ради того, чтобы пожениться?
После свадьбы он сможет открыто обнимать свою жену, целовать её, спать в одной постели, заботиться о ней, одевать её и расчёсывать ей волосы, сможет отдать ей все свои деньги. Чжоу Чэн действительно с нетерпением ждал брака с Ся Сяолань, он хотел ни на миг не разлучаться с ней, хотел, чтобы их имена стояли в одном свидетельстве о браке, а в старости лечь в одну могилу, на надгробии которой тоже будут два имени, неразлучные до самой смерти!
Ся Сяолань внимательно посмотрела на него.
Это лицо было по-настоящему молодым и красивым.
Что касается отношений между мужчиной и женщиной, сердце Чжоу Чэна было чистым и незапятнанным.
В его глазах была только Ся Сяолань, и всё его сердце принадлежало ей.
Любила ли Ся Сяолань Чжоу Чэна?
Любила!
Но она не ставила чувства на первое место. Она считала, что мир слишком велик и прекрасен, и хотела, пользуясь молодостью, изведать его и пробиться наверх! Их взгляды на свидания не были ошибочными, просто они не совпадали в темпе. Ся Сяолань не думала так быстро вступать в брак, тем более становиться женой военного — к роли жены офицера она была совершенно не готова.
В этом вопросе с Чжоу Чэном было трудно объясниться.
Нельзя сказать, что кто-то из них был неправ, просто у них были разные взгляды и индивидуальные различия. Ся Сяолань не могла грубо назвать мысли Чжоу Чэна ошибкой.
Подумав, она решила подробно всё ему объяснить:
— Чжоу Чэн, я, скорее всего, буду поступать на архитектурный факультет. Если бы я поехала учиться в Шанхай, я могла бы выбрать университет Тунцзи. Но ты в Пекине, поэтому я выберу пекинский вуз. Самый лучший — архитектурный факультет университета Хуацин. В Хуацин, конечно, поступить сложнее, чем в Тунцзи, и у меня нет полной уверенности. Однако, раз ты здесь, я готова попробовать… Но это не значит, что мы должны скоро пожениться. Любовь — это любовь, а брак — это брак, нельзя смешивать их в одно целое. Сейчас я хочу сначала окончить университет. Пусть наши чувства развиваются естественно, и в тот день, когда всё сложится само собой, мы подумаем о том, чтобы из влюблённых превратиться в супругов.
Ся Сяолань относилась к браку очень серьёзно. Брак — это не только любовь, он больше похож на контракт, подписанный мужчиной и женщиной после тщательного обдумывания. Нет, слово «контракт» слишком сухое, скорее, это священный союз. Если однажды подписать его, а потом передумать, это станет тяжёлым потрясением для обеих сторон.
Возможно, в этом и заключалось её отличие от Чжоу Чэна.
Происхождение и воспитание влияют на человека глубже, чем он сам предполагает. Родители Ся Сяолань рано умерли, она жила у чужих людей и никогда не знала здоровой, гармоничной семейной атмосферы. Она жаждала семьи, но в то же время боялась создавать её опрометчиво.
С Чжоу Чэном всё было иначе. У него была хорошая семья, и в процессе взросления он обрел исключительную внутреннюю опору.
Если любишь человека — женись; брак для Чжоу Чэна был делом простым, в этом была его уверенность… Он не боялся перемен в отношениях, не боялся возможной неудачи брака, потому что был уверен в себе и мог позволить себе проиграть!
Если думать так, то это казалось несправедливым по отношению к Чжоу Чэну, но Ся Сяолань всё же решила высказать свои истинные мысли.
Чжоу Чэн явно этого не ожидал.
Ему казалось, что Ся Сяолань всё слишком усложняет. Зачем превращать простое дело в нечто столь запутанное?
Другие могут пожениться после первой же встречи, а они с Сяо Лань познакомились не через сваху. Они любят друг друга, у него достаточно денег, чтобы содержать жену, чувства есть, материальный достаток — тоже, так почему нельзя пожениться?
Чжоу Чэн понимал, что не сможет в один миг изменить мнение Ся Сяолань, между ними возникли разногласия.
Разумеется, он был недоволен.
Но и ссориться им было нельзя — ссора только ухудшит ситуацию. Чжоу Чэн не был совсем бесхарактерным, но считал, что взрослому мужчине не стоит препираться с девушкой. Мысли Ся Сяолань его не убедили, он всё ещё хотел поскорее забрать жену домой.
Сегодняшний момент был крайне неподходящим: появление Чжоу И и Тунь Лили испортило этот прекрасный вечер.
Чжоу Чэн обнял Ся Сяолань:
— Я обдумаю твои слова. Это отличается от того, что я планировал, ты же должна дать мне время всё переварить? Милая, давай не будем ссориться. Скоро я попрошу Кан Вэя отвезти меня обратно в часть. Следующая наша встреча, скорее всего, будет уже после твоих экзаменов. Я снова свожу тебя куда-нибудь поесть, хорошо?
У Чжоу Чэна был высокий эмоциональный интеллект. Разве он не знал, что и в какой ситуации говорить?
Он знал это слишком хорошо!
Просто раньше он не тратил силы на других поклонниц, пока не встретил Ся Сяолань. Это была любимая женщина, и баловать её было ему в радость!
Кан Вэй и Шао Гуанжун стояли поодаль и не подходили. Сначала казалось, что те двое вот-вот разругаются, но пламя раздора угасло.
Кан Вэю было больно на это смотреть.
Не стоило обманываться мягким голосом Ся Сяолань — это лишь видимость. Кан Вэй нутром чуял, что уступил именно Чжоу Чэн. Подумать только, каким крутым был его Чэнцзы-гэ предыдущие двадцать лет: и родился в рубашке, и сам по себе был мощным, но как встретил Ся Сяолань — всё его хладнокровие и неприступность как ветром сдуло.
Отношения — это страшно, они меняют человека до неузнаваемости и заставляют забыть о всяких принципах.
Только Кан Вэй об этом подумал, как услышал, что спор, кажется, окончен. Чжоу Чэн повысил голос:
— Кан Цзы, гони сюда машину!
Те неприятные люди всё ещё оставались в Пекинской гостинице, поэтому Чжоу Чэн решил отвезти Ся Сяолань перекусить куда-нибудь в другое место. Неважно что есть, главное — подольше побыть с Ся Сяолань.
Шао Гуанжун, глядя на эту атмосферу, так и не решился заикнуться о своих планах.
Ели жареную печень и рубец. Хотя Чжоу Чэн всё время подкладывал еду Ся Сяолань, а та не дулась, атмосфера всё же оставалась натянутой.
В их взглядах возникли разногласия, и даже если о них не упоминать, это всё равно оставалось занозой в сердце.
После еды Кан Вэй повез Чжоу Чэна обратно в часть. Ся Сяолань уже решила завтра возвращаться в Шанду. У ворот части Чжоу Чэн крепко обнял её:
— Сяо Лань, ты мне нравишься, поэтому я хочу на тебе жениться. Этот вопрос мы можем обсуждать не спеша, но ты не должна из-за этого отстраняться от меня или переставать меня любить. Это будет слишком несправедливо по отношению ко мне.
Сердце Ся Сяолань смягчилось.
И правда, по отношению к Чжоу Чэну это было несправедливо. Он просто искренне любил её и хотел забрать в свой дом. Даже если это не совпадало с её планами, нельзя было сказать, что его желание — ошибка.
— Я не сержусь, и мои чувства к тебе не изменились. Ты работай хорошо, а я буду усердно учиться, мы оба должны стать лучше! Удачи, Чжоу Чэн!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
