Тан Хунэн подошел перекинуться парой слов о делах житейских, но все остальные восприняли это превратно.
Представители «Хуацзянь» и других организаций смотрели на них с такой яростью, что их взгляды, казалось, могли прошить Ся Сяолань и Лю Юна насквозь и пригвоздить к месту.
Перед лицом выгоды влияние красоты Ся Сяолань упало почти до нуля. Проект с прибылью в миллионы невозможно было уладить лишь из снисхождения к прекрасной даме. Эти организации привыкли полагаться на связи, и взаимовыручка была для них нормой. Теперь же, в Пэнчэне, им приходилось подстраиваться под условия конкуренции, что само по себе было непривычно. А тут еще и компания «Юаньхуэй», явно зашедшая через «черный ход», — вся ненависть конкурентов обрушилась на них.
Пока Тан Хунэн беседовал с Ся Сяолань, Лю Тяньцюань мысленно наклеил на нее ярлык «человека со связями».
Жаль — будь она протеже мэра Тана, на нее нельзя было бы строить никаких планов, как бы хороша она ни была. Хотя Тан Хунэн перевелся в Специальный район всего несколько месяцев назад и выглядел мягким и интеллигентным, на деле он был человеком жестким и несговорчивым. Когда Лю Тяньцюань пытался получить новые земельные участки, Тан Хунэн отклонял все его планы застройки. И поделать с этим ничего было нельзя: Тан Хунэн лично курировал экономику.
Цветок был прекрасен, но над ним сиял ореол мэра Тана. Успокоившись, Лю Тяньцюань заново оценил Ся Сяолань. Вспоминая их недавний разговор, он понял, что все это время безвольно шел на поводу у этой красавицы.
По мнению Лю Тяньцюаня, большинство женщин в мире были не слишком умны: целыми днями только и думали, что о любви да страданиях — разве способны они на великие дела?
Но некоторые женщины были на редкость проницательны.
Красота и мудрость редко уживаются вместе, но если уж это случается, то рождается нечто исключительной ценности.
Лю Тяньцюань расплылся в улыбке. Неважно, кто настоящий хозяин «Юаньхуэй» — Ся Сяолань или Лю Юн, он твердо решил сотрудничать с ними. Судя по сегодняшнему отношению мэра Тана, если отстранить «Юаньхуэй», «Тяньчэнь» никогда не получит контракт на отель «Наньхай». К счастью, казна Специального района была небогата, и правительство не планировало нанимать зарубежные команды для отделки отеля, иначе конкуренция была бы еще более ожесточенной.
Квалификации «Юаньхуэй» не хватало, а «Тяньчэнь» Лю Тяньцюаня существовал всего год. Ему крайне важно было заполучить такой знаковый объект, чтобы сделать имя в отрасли. Лю Тяньцюань рассудил, что отель «Наньхай» станет первым пятизвездочным отелем для иностранцев в Пэнчэне, но далеко не последним. К тому же в марте этого года Китай подтвердил дальнейшее открытие четырнадцати прибрежных городов с юга на север… Шаги по открытию страны стали шире, приток иностранного капитала ускорился, и потребность в пятизвездочных отелях для иностранцев будет только расти.
Он считал, что если успешно отделать отель «Наньхай», то специализация на подобных проектах станет очень перспективной — в ближайшие годы без работы сидеть не придется.
Ся Сяолань и Лю Юн весь вечер слушали рассуждения о бизнесе от гонконгского босса.
Лишь когда подали еду, Ся Сяолань удалось отделаться от чрезмерно навязчивого Лю Лаобаня.
Лю Фэнь снаружи вошла в зал и присела рядом с дочерью.
Интерьер ресторана в точности соответствовал чертежам. На маленьких столиках стояли вазы с цветами и подсвечники. Для китайской кухни это выглядело немного нелепо, но соотечественникам такой стиль пришелся по вкусу. В то время эстетические чувства людей находились в смятении: после долгого периода подавления все равнялись на заграницу. Если бы ресторан при гостевом доме был открыт для всех, отбоя от посетителей бы не было! Будь на то воля Ся Сяолань, она оформила бы гостевой дом в чисто китайском стиле — вот это по-настоящему впечатлило бы иностранных гостей.
— Ну как, обошла весь гостевой дом?
В делах, которые обсуждали Ся Сяолань и Лю Юн, Лю Фэнь ничего не смыслила, поэтому Сяо Лань просто отправила мать прогуляться.
Проект гостевого дома «создала» Ся Сяолань, а воплощал его Лю Юн. Лю Фэнь тоже хотелось на всё посмотреть. Официально заведение еще не открылось, сегодня здесь были единственные гости, так что Лю Фэнь могла заходить куда угодно — никто бы ее не остановил.
Лю Фэнь сделала успехи: обстановка гостевого дома не была настолько пафосной, чтобы она побоялась там ходить, так что она действительно сама всё осмотрела.
Издалека она заметила человека, похожего на «господина Тана». О чем ей, простой женщине, говорить с таким большим начальником? Лю Фэнь малодушно скрылась с глаз. Входя в зал, она всё еще нервничала — оказалось, ей не померещилось, Тан Хунэн действительно пришел. Не заметил ли большой руководитель, как она пряталась? Не опозорила ли она дочь и брата? Эти мысли не давали ей покоя.
Как назло, сегодня какой-то начальник из гостевого дома решил блеснуть перед руководством, и в меню значилась западная кухня.
Лю Юн и Лю Фэнь — эти два кровных «деревенщины» — тут же почувствовали себя не в своей тарелке. Как пользоваться ножом и вилкой? Почему в тарелке лежат такие огромные куски мяса?
Брат и сестра растерянно переглянулись. Ся Сяолань готова была схватиться за голову: это была её вина — она не успела провести обучение для мамы и дяди. Они привыкли к государственным столовым, пробовали изысканные морепродукты, но с западной кухней еще не сталкивались.
Ся Сяолань начала показывать на собственном примере, непринужденно объясняя:
— Обычно нож держат в правой руке, а вилку — в левой. Вот так, отрезаем маленький кусочек говядины… Да-да, только не давите слишком сильно. Если нож будет скрежетать по тарелке, на нас станут оборачиваться…
Это и впрямь было непривычно: люди привыкли держать палочки правой рукой, а в западной кухне всё наоборот — нужно подносить еду ко рту левой рукой с вилкой. Лю Фэнь никак не могла приноровиться, поэтому Ся Сяолань просто пододвинула её тарелку к себе и сама нарезала мясо на мелкие кусочки.
— Ешьте так, как вам удобно.
К чему эти правила? Здесь собрались люди с черными волосами и желтой кожей. Этикет за столом не шел ни в какое сравнение с тем, чтобы матери было комфортно!
Этот жест Ся Сяолань заставил многих облегченно выдохнуть. Отрезав стейк с характерным поскрипыванием, гораздо удобнее было переложить вилку в правую руку. Тан Хунэн, сидевший за другим столом, невольно улыбнулся, глядя на это. Почему-то он вспомнил, как Ся Сяолань водила мать на утренний чай в Янчэне.
Тогда она тоже заказала целый стол закусок и ела, не обращая ни на кого внимания, словно выскочка-богачка, при этом подробно разъясняя маме особенности каждого блюда. Пожилые посетители вокруг наверняка были крайне недовольны.
Тан Хунэн был готов помогать Ся Сяолань в том числе и потому, что, при всей своей хватке, в вопросах сыновней почтительности к ней было не придраться.
Будь его собственный ребенок рядом с ним, стал бы он похожим на Ся Сяолань?
Во время этого обеда многие подходили к Тан Хунэну с тостами.
Когда пришло время покидать гостевой дом, он уже был слегка навеселе, в желудке началась ноющая боль. На ногах он держался твердо, но чувствовал себя очень скверно.
Ся Сяолань, разумеется, подошла попрощаться с дядей Таном. Секретарь Пэн знал лишь о том, что руководитель много выпил, и еще не заметил боли в желудке. Но Лю Фэнь, увидев, как Тан Хунэн невольно нахмурился и слегка ссутулился, не удержалась и тихо спросила:
— Господин Тан, вам плохо с желудком?
Тан Хунэн бросил на нее взгляд, и у Лю Фэнь подкосились ноги: не стоило называть его «господином Таном», ведь остальные величали его «мэром Таном».
— Начальник, у вас снова разболелся желудок?
Тан Хунэн не стал отрицать, и секретарь Пэн всё понял. Осознав, что посторонний человек заметил недомогание руководителя раньше него, секретарь Пэн укорил себя за неисполнительность и вознамерился отвезти Тан Хунэна в больницу.
— Не нужно, отвези меня домой.
Секретарь Пэн заволновался:
— Но как же так? Сегодня у вашей домработницы выходной, вы будете дома один…
Если Ся Сяолань сейчас промолчит, её эмоциональный интеллект можно будет считать отрицательным. С чего это здоровье дяди Тана вдруг стало таким хрупким? В прошлый раз промок под дождем и слег с лихорадкой, а сегодня выпил — и сразу боли в желудке?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
