Она сказала, что это звучит знакомо.
Дагуаньюань строили не только для съемок «Сна в красном тереме»; как и усадьба князя Гуна или Летний дворец Ихэюань, этот сад был обязательным пунктом программы для многих туристов, приезжающих в Пекин.
Ся Сяолань знала о существовании такого места, даже как-то обедала неподалеку, но никогда не заходила внутрь.
Раньше она презирала подобные искусственные достопримечательности и, не обладая особой тягой к литературе, не стала бы посещать Дагуаньюань под влиянием классических романов или сериалов. Телевизор она, конечно, смотрела, но все её внимание было приковано к актерам и персонажам, а на Дагуаньюань, служивший лишь фоном для съемок, она не обращала внимания.
— Сегодня наша задача — помогать моему дедушке в качестве ассистенток. Сюда также приехали хуннологи, эксперты в области древней архитектуры, ландшафтные ученые с юга, исследователи истории династии Цин… Раньше здесь были императорские огороды.
Нин Сюэ быстро вводила Ся Сяолань в курс дела.
Если бы Нин Сюэ сказала ей раньше, что они едут в Дагуаньюань, Ся Сяолань могла бы в спешке подготовиться и хотя бы пролистать оригинал «Сна в красном тереме» дома.
Раз уж приехали даже специалисты по роману, Дагуаньюань определенно собирались строить в строгом соответствии с книжным описанием. Сверяясь с первоисточником, Ся Сяолань смогла бы прочувствовать все более детально, а теперь её практически поставили перед фактом, застав врасплох.
У «богини учебы» Нин тоже был свой характер. Ся Сяолань подозревала, что Нин Сюэ было неприятно из-за её бесстыдного поведения — сначала отказаться, а потом передумать и прийти за помощью, но в то же время ей казалось, что Нин Сюэ не станет заниматься такой ерундой.
Или же Нин Сюэ и в голову не могло прийти, что Ся Сяолань — «стальная и прямолинейная» девушка, совершенно не питающая чувств к классической литературе.
Императорские огороды, как и следует из названия, были местом, где выращивали овощи для императорской семьи. В эпоху Мин здесь было учреждено Управление Цзяшу, и нынешний Дагуаньюань перестраивался именно на его месте.
Вопрос о том, как использовать первоначальный ландшафт Управления Цзяшу и с минимальными затратами воссоздать сад Дагуаньюань из «Сна в красном тереме», стоял перед всеми участниками.
Что касается того, ценно ли время экспертов?
Специалисты по «Сну в красном тереме», пожалуй, готовы были рваться сюда даже без зарплаты. В этой области существовало несколько школ, и каждая считала себя единственно верной.
Какой смысл в словесных баталиях на страницах газет и журналов, если никто никому не уступал?
Если же тебя пригласили строить Дагуаньюань, это было равносильно официальному признанию, что давало весомый аргумент в спорах: «Ты такой умный? Раз ты такой умный, почему же тебя не позвали строить Дагуаньюань?»
В этом и заключался авторитет.
Что же касается других историков Цин, ландшафтных дизайнеров и таких мастеров архитектуры, как Нин Яньфань — их просто пригласили, и они пришли. В 1985 году человеческий труд стоил дешевле всего. Одно дело, если бы у Нин Яньфаня была своя студия, но раньше, когда он работал в государственном учреждении, его ежемесячная зарплата была невелика.
Даже если собрать всех экспертов и мастеров вместе, они не стоили столько, сколько материалы для строительства сада.
Часть Дагуаньюаня на самом деле уже была построена. Ся Сяолань лучше всего помнила два места: одно — «Павильон Сяосян», другое — «Дворик Ихун». Там жили главные герои романа, поэтому эти названия врезались ей в память.
Легкой трусцой она последовала за Нин Сюэ, чтобы воссоединиться с основной группой.
Две молодые девушки в толпе стариков и мужчин среднего возраста смотрелись весьма заметно.
Ся Сяолань просто хотела молча поработать помощницей, чтобы прочувствовать атмосферу работы рядом с мастером, но стоило Нин-старшему повернуть голову, как остальные проследили за взглядом Нин Яньфаня.
— Студентка Ся?!
В толпе мелькнуло знакомое лицо — это оказался экскурсовод Ван Линьшу, которого она раньше видела в доме главного редактора Цуя.
Режиссер Ван растолкал стоявших впереди людей.
— Студентка Ся, вы передумали? Если не хотите играть Цинвэнь, есть и другие роли. Мы можем все хорошенько обдумать, всегда найдется что-то подходящее для вас…
Режиссер Ван был весьма своенравен.
Остальные были крайне недовольны.
Что за вздор? Нынешние девицы совсем стыд потеряли — так хотят сниматься в кино, что даже в Дагуаньюань пробрались? Редкий случай, когда сегодня здесь собралось столько ученых и экспертов, нельзя позволить какой-то актрисе сбивать всех с ритма!
Энтузиазм режиссера Вана был искренним, но и неловкость Ся Сяолань была не притворной:
— Режиссер Ван, вы ошиблись. Я не знала, что вы здесь. Я пришла сегодня в качестве ассистентки.
Нин Яньфань усмехнулся:
— Студентку Ся пригласил я в качестве помощницы. Режиссер Ван, вы часом ничего не перепутали?
Зачем архитектору играть в кино? Тех, кто может сниматься, по всей стране полно, а у многих ли хватит ума поступить в университет Цинхуа?
Если бы Нин Яньфань вовремя не вмешался, а Ван Линьшу продолжил бы её завлекать, молодая девушка с неокрепшей волей могла бы и вправду бросить архитектуру ради экрана. Тогда Нин Яньфань чувствовал бы, что ему трудно будет оправдаться перед бабушкой Юй.
Ван Линьшу хлопнул себя по лбу:
— Опять я забыл! Вы же студентка архитектурного факультета. Молодежь нынче пошла выдающаяся — в таком юном возрасте помогать самому мастеру Нину.
Но винить Ван Линьшу было нельзя. Все как раз стояли во «Дворике Ихун», и когда Ван Линьшу внезапно увидел Ся Сяолань, ему показалось, что перед ним явилась его «Цинвэнь», отчего он и потерял самообладание.
Да что там Ван Линьшу — двое присутствовавших хуннологов, едва завидев Ся Сяолань, тоже подумали, что её внешность безупречна. Раз режиссер Ван искал «Цинвэнь», то вот же она, живое воплощение персонажа. Единственная неловкость заключалась в том, что если сделать Ся Сяолань «Цинвэнь», она могла оказаться красивее актрисы, играющей Линь Дайюй.
Однако переживания экспертов были беспочвенными. Раз Ся Сяолань была приглашена Нин Яньфанем в качестве помощницы, любые другие мысли им пришлось оставить при себе.
Ся Сяолань послушно последовала за Нин Яньфанем. На лице Нин Сюэ читалось любопытство, и Ся Сяолань прошептала:
— Позже расскажу.
Этот эпизод не прервал дискуссию. Режиссер Ван взглянул на Ся Сяолань и указал на пустой двор:
— Здесь нужно посадить несколько кустов банана, а с другой стороны — яблоню сибирскую. «Зелень пышная, а цветы увядают» — так писал сам господин Цао…
Режиссер Ван говорил о композиции кадра. Как режиссер, он думал о том, как вид будет смотреться в объективе.
Но Нин Яньфань не был ландшафтным дизайнером. Что ему, строителю домов, обсуждать с толпой исследователей «Сна в красном тереме»? Он позвал Ся Сяолань и Нин Сюэ в помощницы не для того, чтобы они слушали лекции о романе.
— Пойдемте, я вам кое-что покажу.
Ся Сяолань последовала за Нин Яньфанем. Старик отвел её и Нин Сюэ к ближайшему пустому участку. Там стоял навес из водонепроницаемой ткани, а на земле была свалена всякая всячина: выщербленные каменные основания колонн, почерневшие оконные рамы, а также цельные балки и столбы, привезенные издалека. Несколько мастеров рубанками очищали древесину, а другие с помощью долот приводили в порядок разбитые каменные блоки.
— Проекты вроде Дагуаньюаня мы называем стилизацией под старину. Материалы здесь наполовину подлинные, наполовину новодельные. Используя современные технологии, мы воссоздаем древнюю архитектуру…
Ся Сяолань крепче сжала свой блокнот.
Разве это было похоже на работу помощницы? Это была настоящая частная лекция от мастера, да еще и с практикой на месте!
Курс «Анализ древней архитектуры» читался на архитектурном факультете и в прошлом семестре. Но сколько бы преподаватель ни рассыпался мелким бисером на лекциях, это не шло ни в какое сравнение с живым и увлекательным обучением на строительной площадке. Нин Яньфань воспользовался строительством Дагуаньюаня, чтобы дать своей внучке Нин Сюэ дополнительные уроки, и при этом взял с собой Ся Сяолань — неудивительно, что Су Цзин была готова лопнуть от зависти.
Нин Яньфань немного пообъяснял, а затем вручил Ся Сяолань и Нин Сюэ по маленькой щетке, чтобы они сами очистили от пыли резьбу на оконных рамах. Ся Сяолань присела на корточки и принялась тереть щеткой. Какая там Цинвэнь, какие съемки в кино — ей было совершенно не до этого. Главное — это возможность послушать наставления Нин Яньфаня!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
