Ся Сяолань, услышав это, взглянула на нее.
Это было слишком проницательно; в общежитии 307 действительно скрывались таланты.
Отделка, конечно, создавала добавочную стоимость: одна и та же рубашка на столике уличного торговца стоит 20 юаней, и покупатели будут придираться, а в таком магазине не будет ничего странного, даже если продавать ее за 30 юаней.
Ян Юнхун этого не видела лишь потому, что сейчас ей не хватало кругозора; когда в будущем она повидает больше, с ее умом она обязательно все поймет.
Но Чэнь Ии оказалась слишком проницательной; эта девушка обычно вела себя тихо, и Ся Сяолань действительно не смела ее недооценивать.
У каждого есть свои секреты; когда Чэнь Ии представлялась, она лишь сказала, что отец работает, а мать — домохозяйка. Ся Сяолань чувствовала в ней воспитание благородной девицы; она не была такой порывистой, как сама Сяолань, была очень мягкой и обладала острой наблюдательностью.
Сейчас не было времени изучать соседок по комнате; только когда первая покупательница подтвердила, что берет товар, Ся Сяолань подошла к ней:
— Поздравляю вас, вы — первая покупательница с момента открытия нашего магазина. Помимо десятипроцентной скидки, мы дарим вам эти шелковые чулки, платить за них не нужно.
— А?!
Радость и удивление были написаны на лице покупательницы.
Если сказать, что чулки идут в подарок до того, как человек заплатил, он, возможно, еще и сочтет это за малый дар — такова человеческая психология.
А когда человек уже смирился с тем, что за чулки придется платить, и тут Ся Сяолань говорит, что дарит их первому покупателю, чувство восторга возрастает в разы.
Ян Юнхун все равно не очень понимала.
Разве это не потеря семи юаней и двух мао?
Но она промолчала: раз семья Сяолань смогла так развернуть бизнес, на то наверняка были причины.
Кан Вэй сидел в машине, развалившись самым неподобающим образом:
— Гляди, дело всего в нескольких юанях, а когда эта покупательница в следующий раз захочет купить одежду, первым делом она вспомнит про «Голубого феникса». Восхищаюсь я умом невестки. Хорошо, что тогда сбили меня, а если бы пострадала голова невестки Сяолань, вот это была бы огромная потеря!
Людей, способных так подшучивать над собой, немного, но Шао Гуанжун лишь с серьезным видом кивнул.
— Еще бы, у всех мозги разные. Если бы ты открыл тот магазин стройматериалов в одиночку, я бы и побоялся входить в долю.
Пока они болтали и хвастались в машине, благодаря первому удачному заказу стало ясно, что сегодня дела у «Голубого феникса» пойдут в гору.
Как только пробило десять утра, магазин «Голубой феникс» на Сидане наполнился толпами людей.
В магазине стало шумно и тесно, Ся Сяолань больше некогда было отвлекаться на Кан Вэя и Шао Гуанжуна. Ян Юнхун и две другие девушки тоже пошли в дело; не будь их помощи, две продавщицы в свой первый день «боевого крещения» в такой суматохе непременно допустили бы ошибки.
Ся Сяолань попросила Чэнь Ии помочь с расчетами, а сама присоединилась к рядам продавцов — хотя, по правде говоря, какая там продажа? Порой две покупательницы одновременно присматривали одну и ту же вещь. Если был запас, это полбеды, но если размер не подходил, Ся Сяолань должна была за кратчайшее время убедить одну из них выбрать другую модель, чтобы обе остались довольны и совершили покупку, а не ушли в гневе после проигранной борьбы.
Чжоу И пришла в самый разгар суматохи.
Шао Гуанжун дернул Кан Вэя за рукав:
— Невестка с золовкой помирились? Она и ее пригласила?
Вряд ли приглашала. Кан Вэй и слыхом не слыхивал, чтобы отношения Ся Сяолань и Чжоу И стали такими близкими.
— Может, совпадение… Давай пока помолчим.
Это действительно было совпадением.
Чжоу И и понятия не имела, что «Голубой феникс» открыла Ся Сяолань, а Гуань Хуэйэ ни за что бы ей об этом не сообщила.
Даже если бы ее никто не позвал, Чжоу И и сама собиралась погулять по Сиданю. У нее не было никаких карьерных амбиций, поэтому по выходным, кроме как напоминать о себе старикам семьи Чжоу, ей оставалось только ходить по магазинам.
— Ну и толпа, давайте подождем немного снаружи.
Чжоу И не хотелось лезть в давку. Торговля в этом только что открывшемся магазине шла на удивление бойко, в том числе и благодаря удачному расположению.
— Знала бы, пошла на улицу Сюшуй.
— Ну что ты, на Сюшуй не так весело, как на Сидане, да и магазин выглядит довольно солидно.
Посреди бела дня в магазине сияли огни, широкий вход и изысканные витрины выгодно отличали его от обычных лавок. Неизвестно, сколько листовок раздал владелец, раз пришло столько людей.
В такие магазины нужно приходить, когда покупателей мало, чтобы можно было не спеша выбирать и примерять.
Знала бы она, пришла бы не в эти дни с 17-го по 20-е число, когда идет акция в честь открытия. Когда скидок не будет, наверняка народу станет поменьше.
Чжоу И поначалу не знала, что Тун Лили придет; завидев ее, она тут же помрачнела:
— Отлично, вы сговорились обмануть меня? Я же сказала: либо она, либо я!
Лицо Тун Лили тут же изменилось:
— Чжоу И, хватит уже…
Если Чжоу И и Тун Лили окончательно рассорятся, их общая компания развалится, поэтому общие друзья принялись наперебой их уговаривать.
Шао Гуанжун и Кан Вэй тоже не ожидали такого поворота, и теперь им тем более не стоило выходить из машины.
— …Ну и шумное сегодня открытие.
Тун Лили еще не видела Ся Сяолань. Что будет, если она войдет внутрь и устроит сцену?
Оба, и Кан Вэй, и Шао Гуанжун, еще свежо помнили случай в Пекинской гостинице.
Шао Гуанжун подумал: неужели Тун Лили привела людей сорвать мероприятие?
Ся Сяолань позволила ему войти в долю, чтобы заработать, отдала свои конспекты для подготовки — Шао Гуанжун полностью признавал ее статус и не мог позволить Тун Лили все испортить. Он опустил стекло машины и притворился, что только что их заметил:
— Сестра Чжоу И, вы тоже здесь!
Это оказался мерзавец Шао Гуанжун.
Сначала хотела уйти Чжоу И, теперь же — Тун Лили.
Все знали, что сватовство Тун Лили и Шао Гуанжуна не увенчалось успехом. Официально заявлялось, что это Тун Лили не согласилась, но сама она прекрасно знала: это Шао Гуанжун на нее не позарился!
Мало кто об этом не знал, но Тун Лили щадили и не разоблачали.
Именно ради сохранения лица Тун Лили не могла уйти — неужели она не вправе появиться там, где находится Шао Гуанжун?
Шао Гуанжун сделал вид, что не замечает враждебного взглядя Тун Лили, и поздоровался со всеми по очереди, ведя себя так, будто никакого сватовства и в помине не было.
— Шао Гуанжун, ты привел девушку покупать одежду?
Чжоу И заглянула в машину, и внезапно появившееся лицо Кан Вэя напугало ее. Увидев Кан Вэя, Тун Лили вздохнула с облегчением. Если бы у Шао Гуанжуна сегодня была спутница, она сочла бы это за повторную пощечину.
— Сестра Чжоу И, мы приехали привезти корзины с цветами и пожелать магазину невестки Сяолань процветания в день открытия. Мы ведь не вы, девушки, которые могут поддержать бизнес покупками — женскую одежду мы носить не можем!
Кан Вэй высказался предельно ясно.
Нечего прикидываться дураками, чтобы потом, устроив скандал, заявлять, будто ничего не знали. Сейчас он четко дал понять: магазин принадлежит Ся Сяолань, так что любой, кто захочет выкинуть какой-нибудь фокус, пусть хорошенько подумает!
Чжоу И, глядя на переполненный магазин, не сразу сообразила… Этот магазин открыла Ся Сяолань?!
Тун Лили едва не стошнило кровью от злости.
Этот магазин открыла Ся Сяолань?
Глядя на масштаб и отделку, сколько же денег на это ушло!
— Семья Чжоу, это наверняка семья Чжоу. Семья Чжоу настолько любит Ся Сяолань, что даже дала денег на магазин? И не только на Сидане — в листовке написано, что есть еще один магазин на Сюшуй.
Тун Лили развернулась и пошла прочь: она ни за что на свете не позволит Ся Сяолань заработать на ней ни единого мао!
Разве на Сидане только один магазин одежды? Она принципиально пойдет поддерживать бизнес других торговцев!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
