Ся Сяолань раньше скрывала это от Лю Фэнь, потому что не хотела, чтобы та волновалась.
К тому же Лю Фэнь не смогла бы вынести такой груз.
Сегодня Лю Фэнь по собственной инициативе пришла в полицейский участок к начальнику Ма, что стало для Ся Сяолань неожиданностью. Они были матерью и дочерью, и им изначально не следовало ничего скрывать друг от друга.
Тем более что Чжан Цуй уже начала слежку. Ся Сяолань опасалась, что если мать не будет ясно осознавать всю подлость и коварство семьи Ся Цзыюй, то ей не хватит бдительности.
Ся Дацзюнь и остальные были назойливы, как жужжащие мухи: они вызывали отвращение, но не представляли смертельной угрозы.
А вот семья Ся Цзыюй из трех человек была подобна затаившимся в тени ядовитым змеям — стоило лишь немного потерять бдительность, как они могли выпустить свой яд!
Лю Фэнь уже не была той прежней простодушной и косноязычной женщиной. Переезд в город и занятие торговлей расширили ее кругозор, и Ся Сяолань решила, что теперь, если она расскажет правду, мать сможет это выдержать.
Лю Фэнь и вправду не знала, что ее дочь находится в такой опасности.
Она крепко сжала руку Ся Сяолань:
— …Мама тебя выслушает. Как скажешь, так и поступим, я во всем тебя поддержу!
— Мам, не думайте ни о чем дурном. У меня впереди прекрасное будущее, и я не стану преступать закон. Те, кто совершает зло, неизбежно будут наказаны по закону.
Ся Сяолань говорила это, и глазом не моргнув, ведь не она сама ломала кому-то руку.
Вернувшись домой, Ся Сяолань позвонила в Пэнчэн.
Помимо обычных разговоров с дядей о делах домашних, ей нужен был Гэ Цзянь:
— Съезди в Шанду. То, что случилось прошлым летом, не должно просто так сойти им с рук.
Ся Сяолань поначалу хотела сказать, что пришло время взорвать заложенную в прошлом году бомбу, но она не была уверена, не прослушиваются ли телефоны в 1985 году. Слово «бомба» звучало слишком серьезно.
Услышав про «события прошлого лета», Гэ Цзянь сразу всё понял.
Это дело было тайной между ним и госпожой Ся, даже его старший соученик Ли Дунлян не знал всех подробностей. Госпожа Ся проявила к нему и его брату по оружию редкое доверие, и хотя Гэ Цзянь получал высокое жалованье, он чувствовал, что не справился со своей обязанностью защищать Ся Сяолань. Это ложилось тяжелым камнем ему на сердце.
Теперь пришло время окончательно с этим разобраться, и Гэ Цзянь давно ждал этого дня.
Если бы улики были переданы в прошлом году, когда кампания по «жесткому удару» по преступности еще не закончилась, наказание для Ся Чанчжэна могло бы быть куда более суровым.
Разумеется, Гэ Цзянь не понимал всех замыслов госпожи Ся и просто действовал согласно ее поручениям.
— Госпожа Ся, я всё понял.
Чжан Цуй была задержана полицией, а Ся Сяолань узнала, где находится Ся Чанчжэн — он вернулся на родину в Юйнань, что было очень на руку Гэ Цзяню.
— Он у себя на родине в Юйнани. Действуй осторожно и обязательно береги себя. Если случится что-то непредвиденное, иди к офицеру Чжо Вэйпин. Даже если она не сможет тебе помочь, то, по крайней мере, не причинит вреда.
На словах Гэ Цзянь согласился, но про себя решил: если дело провалится, он возьмет всю вину на себя. Он ни за что не впутает госпожу Ся и уж точно не пойдет к офицеру Чжо.
…… Спустя два дня.
Полицейский участок Южного района города Шанду принял странное дело: мелкий бандит явился с повинной. Он признался, что прошлым летом по чьему-то указанию намеренно сломал правую руку одной ученице, чтобы помешать ей сдать государственные экзамены 1984 года. Этой ученицей была Ся Сяолань — лучшая выпускница провинции Юйнань по естественно-научному профилю на экзаменах 84-го года!
Бандит рыдал в полицейском участке, сокрушаясь о муках совести:
— Я виноват! Я не знал, что она — настоящая «звезда учености», гордость нашей Юйнани! Это Ся Чанчжэн, тот самый Ся Чанчжэн, что торгует закусками с лотка, это он велел мне сломать руку Ся Сяолань!
У бандита на самом деле не было никаких мук совести, но он искренне ненавидел Ся Чанчжэна.
Всего за тысячу юаней тот втянул его в такие неприятности.
За явку с повинной его определенно ждала тюрьма, но он не смел не прийти. По сравнению с жизнью свобода ничего не стоила! К тому же признание смягчает вину, а главным организатором был Ся Чанчжэн, так что бандит собирался свалить большую часть ответственности на него.
Теперь, когда кампания по борьбе с преступностью закончилась, по словам Гэ Цзяня, ему не дадут большой срок.
Дело годичной давности — и кто-то явился с повинной из-за укоров совести?
В полицейском участке это тоже сочли крайне странным.
Тем не менее, им пришлось отнестись к этому со всей серьезностью.
Ся Сяолань была не только лучшей выпускницей провинции Юйнань 84-го года; по телевидению уже вышло шесть выпусков финала конкурса по английскому языку. Хотя кадры с устным выступлением Ся Сяолань под номером 17 еще не появились в эфире, она уже была невероятно популярна.
В каждом выпуске показывали выступления только двух-трех участников, а в неделю выходило всего две серии по выходным. Чтобы показ не затягивался и зрители не забывали тех, кто уже выступил, в начале каждой программы шел дайджест со всеми участниками. Ся Сяолань еще не дебютировала в основном эфире, но ее лицо постоянно мелькало в этих заставках наравне с остальными.
Пока директор Сунь и ему подобные буквально светились от гордости, обычные зрители в провинции Юйнань тоже начали узнавать Ся Сяолань.
Как-никак, лучшая выпускница прошлого года, у нее даже областное телевидение брало интервью.
Оказывается, и в университете лучшие выпускники остаются такими же выдающимися!
Ся Сяолань стала настоящим воплощением «положительного примера», внимание к ней в провинции было огромным, а выход телепередачи освежил память жителей Юйнани.
В том числе и в образовательных кругах провинции Юйнань.
Деятели образования, разумеется, гордились тем, что Юйнань взрастила такую ученицу.
Трудно сказать, какой вклад Ся Сяолань уже внесла в развитие Китая, но как студентка она добилась блестящих успехов и не прекращала самосовершенствоваться. Такие люди, окончив учебу, несомненно становятся передовиками социалистического строительства!
Но этот «образец для подражания» в прошлом году чуть не пропустил экзамены? Ся Сяолань сдавала их в гипсе, и областное телевидение в прошлом году подробно освещало этот момент.
Полицейские не посмели скрыть явку с повинной и доложили об этом вышестоящему руководству. Заместитель начальника городского управления общественной безопасности Ян был в ярости:
— Государственные экзамены — дело государственной важности! Студентка Ся Сяолань на тот момент уже заняла первое место на предварительных испытаниях. То, что кто-то пытался сломать ей руку — это удар по всей системе образования Юйнани!
Слова бандита было легко проверить.
Частные торговцы из закусочных у ворот первой уездной школы могли это подтвердить.
Учительница той же школы Сунь Тянь видела всё своими глазами.
А врачи из народной больницы уезда Аньцин сохранили медицинскую карту Ся Сяолань.
Директор Сунь и остальные были глубоко возмущены:
— Студентка Ся Сяолань сдавала экзамены в гипсе, глотая обезболивающее. Если всё это было подстроено, то семья Ся просто чудовищна! Общий балл Ся Сяолань был третьим по стране, она отстала от первого места всего на четыре очка!
Значит, это предумышленное преступление лишило Ся Сяолань звания лучшей выпускницы всей страны?
Всего четыре балла — и в прошлом году в провинции Юйнань появился бы лучший выпускник общенационального масштаба?!
Руководители, курирующие сферу образования, тоже были в гневе.
— Нужно как можно быстрее арестовать подозреваемого Ся Чанчжэна. Нельзя допустить, чтобы это дело раздули, вызвав негативный общественный резонанс.
Если не разобраться с этим должным образом, среди учащихся начнется паника. Любое злодеяние, направленное против студентов — дело нешуточное. Если молодежь не сможет спокойно учиться, что станет с будущим страны?
С того момента, как бандит явился с повинной, до задержания Ся Чанчжэна в гостевом доме уезда Аньцин прошло менее тридцати шести часов!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
