— Увидишь письмо — не беспокойся1, увидишь письмо — не беспокойся?
Бу Юнь долго, словно в оцепенении, повторяла эти слова. Руки ее дрожали все сильнее, нахлынули старые воспоминания, она смутно припомнила, что Ло Вэй когда-то давно написала ей это в одном из писем.
В то время Ло Вэй сопровождала императорскую семью в весенней поездке на юг и в письме рассказывала, какие модные ткани и способы вышивки она там увидела, а также просила Бу Юнь сшить ей одежду.
Всего одно письмо, лишь одно-единственное письмо.
Как оно попало в руки Лу Хэна? Зачем он так тщательно подделывал почерк Ло Вэй, что он замышлял?
Бу Юнь сползла по кровати на пол, обливаясь холодным потом.
Когда зима осталась позади, в один из сумрачных вечеров Бу Юнь пригласила Лу Хэна в Западный сад, где они прежде часто тайно встречались.
Он не опоздал. Вошел поспешным шагом, на ходу расстегивая наручи с изображением цилиня:
— А-Юнь, мы ведь только вчера виделись, почему ты снова решила встретиться здесь? Через несколько дней ты должна покинуть дворец, и тогда…
Бу Юнь обернулась и, глядя в это до боли знакомое лицо, дрожащим голосом спросила:
— Почему ты предал Его Высочество?
Все эти дни она терпеливо восстанавливала в памяти события прошлого, и сердце ее замирало от страха. Казалось, уже очень давно она мельком видела его перед покоями Сун Ланя. В его загородном доме она однажды заваривала Гучжу Цзысунь, который так любил первый министр Юй Цюши, а после дела об убийстве А-Тан он вместе со всей стражей Цзиньтяньвэй перешел под начало нового императора. Стража Цзиньтяньвэй три дня совершала обряд омовения мечей в знак скорби по погибшему государю, а он не пролил ни единой слезы.
Лу Хэн поначалу отпирался, но не смог ответить на множество ее вопросов. В конце концов он опустил глаза и внезапно спросил:
— Кому я верен и какому господину служу — какое это имеет отношение к нашему с тобой богатству и беззаботному счастью?
Бу Юнь, не веря своим ушам, отступила на шаг.
Но Лу Хэн не отпускал ее. Он наступал, решив высказать все, что было на душе:
— Бу Юнь, у меня нет ни отца, ни матери, я с малых лет рос в зале Чанфэн стражи Цзиньтяньвэй. Ты знаешь, через что мне пришлось пройти? Мечи и сабли не имеют глаз, я весь покрыт шрамами, но не смел расслабиться ни на миг, боясь, что меня выбросят, как ненужный хлам, и я стану лишь безвестным призраком!
Бу Юнь схватила его за руку и с горечью воскликнула:
— Его Высочество так доверял тебе, вкладывал силы в твое обучение! В будущем ты мог бы пойти в армию, стать генералом или главнокомандующим — это было лишь вопросом времени. Кому в этом мире не живется тяжко? Ты хоть раз задумывался о том, что если бы не Его Высочество и Ее Величество мы с тобой, возможно, давно бы стали призраками? О каком будущем тогда могла бы идти речь?
Лу Хэн усмехнулся:
— Да, Его Высочество был ко мне милостив, как гора. Но ты не знаешь, и он не знал, ни слава, ни богатство, ни звание полководца мне даром не нужны! Я страдал в детстве, а когда вырос, слишком сильно захотел жить в свое удовольствие, ни в чем себе не отказывая. Азартные игры, притоны, ростовщичество — я перепробовал все. Если бы нынешний император не помог мне скрыть это, твой добрый Его Высочество, пожалуй, давно бы лишил меня жизни! Чем дрожать от страха, живя в вечном ужасе перед тем, что он все узнает, лучше ударить первым, чтобы захватить преимущество2!
Начал накрапывать вечерний дождь. Сквозь пелену слез Бу Юнь увидела, как ее возлюбленный, ставший в одно мгновение совершенно чужим, медленно вытащил из-за пояса кинжал.
Многие годы они были парой, и на самом деле он не собирался ее убивать. Он даже смягчил тон:
— Бу Юнь, ты скоро уходишь из дворца. Жизнь, смерть, любовь и ненависть этих великих людей — какое нам до них дело? Я уже раскаялся и исправился, а о прошлом молчал лишь потому, что боялся напугать тебя. Сделай вид, будто ничего не знаешь, разве так не лучше?
Она посмотрела на него и невольно рассмеялась.
Он решил, что она одумалась, и хотел обнять ее, как прежде, но Бу Юнь мертвой хваткой вцепилась в его руки и бросилась на лезвие, которое он еще не успел убрать.
Клинок вошел в грудь наискось. Лу Хэн очень быстро отдернул руку, рана не была смертельной. Он подхватил ее за плечи и с ненавистью спросил:
— Зачем ты это сделала? Ради кого?!
Бу Юнь молчала, кровь смешивалась с дождевой водой, расплываясь пятном на земле Западного сада.
Он разжал руки, намереваясь найти лекаря, но, едва выйдя из сада, внезапно опомнился. Это место годами стояло запертым, сюда никто не заходил. Одним трупом больше — возможно, его обнаружат лишь через много лет.
Но если он приведет лекаря, станет ли его решительная возлюбленная молчать перед императрицей, чтобы сохранить ему жизнь?
Лу Хэн принял решение. Он долго стоял под дождем, а затем повернул обратно, желая взглянуть на нее в последний раз.
К его удивлению, в старых покоях никого не было. У квадратного устья колодца тянулся длинный кровавый след. Оказалось, после его ухода она в полном отчаянии сама бросилась в колодец.
Возможно, так даже лучше — ему не пришлось прикладывать к этому руку.
Ночной весенний дождь полностью смыл следы крови.
Он снова запер те покои, собрал все ключи — все выглядело так, будто ничего и не случилось.
Несколько дней Лу Хэн ходил как во сне.
Чжан Буюнь была дворцовой чиновницей, которую вот-вот должны были отпустить со службы. Ей не нужно было стоять на страже, распоряжений для нее не поступало, и никто ею не интересовался. Те немногие, с кем она дружила, решили, что она уже покинула дворец.
Неужели Ее Величество императрица, о которой она так пеклась, ни разу не спросила о ее исчезновении?
Лу Хэн с издевкой подумал об этом и отхлебнул чай, присланный из ведомства дворцовых слуг. Сегодня был праздник Шансы, должно было состояться собрание Дяньхун, и ведомство прислало новый чай, вкус которого немного отличался от того, что он пил раньше.
Неизвестно почему, выпив эту чашу, он почувствовал сильную усталость. А из-за тревоги, терзавшей его последние дни из-за убийства, он даже не успел среагировать, когда стоявший рядом слабосильный книжник выхватил меч.
Ло Вэй отыскала все девичьи платья, которые Бу Юнь когда-то сшила для нее, выстирала их и развесила одно за другим в саду, где только начали распускаться цветы хайтана.
Янь Ло, стоявшая подле нее, негромко произнесла:
— Ее Величество, чай для стража Лу я уже отправила через верных людей.
Ло Вэй подняла голову. Газовые ленты платья на легком ветру коснулись ее щеки.
Янь Ло продолжила:
— Ваше Величество, эта поездка была спешной, мы еще не выбрали человека, который «случайно» станет свидетелем. Если что-то пойдет не так…
Но Ло Вэй лишь ответила:
— Время почти пришло, сперва помоги мне переодеться.
Когда она закончила, за ней пришел личный слуга императора. Янь Ло, опустив голову, шла за паланкином императрицы и возле Западного сада увидела чиновника в зеленом одеянии.
— Ничтожный слуга приветствует Ее Величество императрицу. Прошу Ваше Величество простить мне мою дерзость.
Когда паланкин проехал мимо молодого чиновника, Янь Ло подняла голову и встретилась с многозначительным взглядом императрицы.
Похоже, человек был выбран.
— Кажется, погода портится. Вернись и вели слугам убрать платья из сада.
— Слушаюсь.
* * *
Вспоминая эти события, Янь Ло стояла на коленях в покоях на молитвенной циновке. Совершив три земных поклона, она увидела, как императрица достала личное послание, которое Чжан Буюнь передала ей через доверенного человека за несколько дней до собрания Дяньхун.
К посланию были приложены медный ключ и кольцо из зеленого нефрита — их Бу Юнь украла у Лу Хэна за день до того, как решилась на смерть.
В письме она изложила все, само послание, встречу, подозрения. Она без утайки описала свой замысел. Для нее предательство близкого человека и терзавшее ее день и ночь чувство вины стали ношей, которую она не могла больше нести.
Ло Вэй перечитала письмо, думая: «Рядом с нами обоими на подушках спали змеи и скорпионы. Будь ты хоть трижды мудр, за короткий срок подвох не почуешь. Именно потому, что это близкий человек, правда приносит такое отчаяние».
Но ты…
Добрые люди в этом мире живут недолго, чаще всего потому, что слишком твердо хранят в сердце верность долгу. И даже если этот долг растоптан в пыль злодеями, находятся те, кто идет по этому пути один за другим.
У нее были тысячи способов избавить Чжан Буюнь от смерти и при этом разделаться с Лу Хэном, но прежде чем она успела что-то предпринять, Чжан Буюнь сама сделала выбор ради нее.
«У меня на душе тяжкий груз вины, я отдаю жизнь и не раскаиваюсь. Этот добрый замысел я подношу Ее Величеству, надеясь, что эта жизнь позволит взыскать по старым долгам мести. Если нам суждено встретиться в следующей жизни, надеюсь на новую встречу. Пусть душа будет открытой, а чистое сердце — незапятнанным3».
«Предсмертное послание Бу Юнь, с почтением».
Бу Юнь — это бамбук, чья стойкость подобна лесу. Даже среди самых именитых цветов мира редко встретишь подобное благородство.
Янь Ло увидела на лежащей у окна бумаге для писем ответ, оставленный императрицей:
«…В разгаре весна, опадают юные цветы. Милость нельзя забыть, чувства невозможно отринуть, в мире царят восемь страданий4, и сердце полно печали».
Ло Вэй бросила письмо с подробным описанием всего, что видела Чжан Буюнь, и написанный ею ответ в курильницу, глядя, как они вместе превращаются в безмолвный пепел.
— Западный сад заброшен, к тому же там произошло убийство — это дурной знак. Передай мой указ: пусть садовники вырвут старую сухую траву и повсюду посадят зеленый бамбук.
***
___________________________
- Увидишь письмо — не беспокойся (见信勿念, jiàn xìn wù niàn) — традиционная вежливая фраза в переписке, означающая просьбу к получателю не тревожиться о благополучии отправителя. ↩︎
- Ударить первым, чтобы захватить преимущество (先下手为强, xiān xià shǒu wéi qiáng) — действовать на опережение, чтобы захватить инициативу и лишить противника возможности сопротивляться. ↩︎
- Открытая душа и чистые помыслы, не запятнанные мирской пылью (襟怀洒落，素心不染, jīnhuái sǎluò, sùxīn bù rǎn) — описание человека с возвышенным, свободным характером и чистым, незамутненным сердцем. ↩︎
- Восемь страданий (八苦, bā kǔ) — буддийское понятие, включающее страдания от рождения, старости, болезней, смерти, разлуки с любимым, встречи с неприятным, невозможности получить желаемое и от пяти совокупностей бытия. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
