Эти слова звучали нелепо, и Сун Лань не поверил им до конца, но он решил использовать имущество рода Линь, чтобы покрыть недостачу, поэтому дело могло быть закрыто только так. В свое время он велел людям из управления Чжуцюэ-си подвергнуть того укротителя коней суровому допросу, но, ничего не добившись, притворно отправил его в ссылку. Если бы это выманило истинного виновника для спасения, можно было бы докопаться до сути, а если бы никто не явился, человека следовало убить в пути.
Это был план «убить двух птиц одним камнем»1.
Е Тинъянь нашел для этого покушения свидетелей и вещественные доказательства, и сам должен был стать объектом подозрений Сун Ланя, но в итоге он тоже оказался вовлечен в судебное разбирательство и попал в тюрьму. Это лишь заставило Сун Ланя думать, что доказательства, найденные обоими — от Е Тинъяня до Чан Чжао, — возможно, также были подстроены.
Но кто мог спланировать столь масштабное дело и при этом попытаться утянуть за собой Е Тинъяня?
Во время обысков и изъятия имущества у рода Линь на свет всплыли и убийство, совершенное Линь Чжао в пьяном угаре, и всевозможные деяния Линь Куйшаня, который прежде ради личной выгоды ни во что не ставил человеческие жизни. Большую часть этого беспорядка разгребал Юй Цюши.
Только дойдя в мыслях до этого момента, Ло Вэй окончательно поняла замысел Е Тинъяня.
Нелепое покушение на стрельбище Мучунь не имело целью погубить одну лишь семью Линь. Больше всего он хотел, чтобы Сун Лань сам «догадался», чья рука тайно мутит воду.
Юй Цюши на всем пути помогал ему возвыситься, а у Юй Суйюнь сейчас не было сыновей-принцев, так что ни по логике, ни по здравому смыслу он не мог на самом деле покушаться на императора.
Но что, если под прикрытием покушения он решил незаметно избавиться от семьи Линь, за которую ему приходилось постоянно нести ответственность, и от политического противника, с которым он враждовал?
Сун Лань, хотя и не был ранен, не мог чувствовать себя спокойно, став пешкой в руках Юй Цюши, когда при этом невозможно найти ни единой улики.
Как и следовало ожидать, Сун Лань, обнимая её, долго молчал, а затем внезапно произнес:
— Линь Чжао в тюрьме изменил свои показания.
Ло Вэй вздрогнула:
— А?
Сун Лань разжал руки, коснулся её щеки, и на его губах заиграла легкая, полная иронии усмешка:
— Он говорит, что все это было подстроено Юй Цюши.
Ло Вэй притворно изумилась:
— Как же так?
Сун Лань ответил:
— Я тоже не верю, поэтому велел отравить его сырым лаком, чтобы он онемел.
Не дожидаясь ответа Ло Вэй, Сун Лань продолжил:
— Я издал указ о переносе срока казни рода Линь на осень.
Эти несколько фраз были сказаны туманно, и Сун Лань не собирался объяснять дальше. Однако Ло Вэй, выслушав его, мысленно дорисовала последнюю главу плана Е Тинъяня.
Показания уже даны, и то, что Линь Чжао решил изменить их сейчас, находясь в тюрьме, не могло стать доказательством вины первого министра. Скорее это сочли бы за попытку «загнанной собаки прыгнуть через стену»2.
Однако в сердце Сун Ланя это засядет как мысль о том, что Линь Чжао наконец пришел в себя, понял, кто именно его подставил, и решил погибнуть вместе с врагом.
Он изменил срок казни, желая увидеть реакцию Юй Цюши. Стоит Юй Цюши задать хоть один вопрос по этому делу, и это масштабное преступление без начала и конца окончательно превратится в сердце Сун Ланя в величайшее подозрение против него.
Великолепное искусство казни сердца3.
Даже она, спросив себя глубоко внутри, пожалуй, не смогла бы так тщательно продумать столь ядовитую и беспощадную стратегию, при которой «ни один лист не прилипнет к телу»4.
Скрывая улыбку, Ло Вэй сменила тему и сказала Сун Ланю:
— Скоро наступит лето.
Морщинка между бровей Сун Ланя слегка разгладилась, и он ответил:
— Да.
Он взглянул в окно:
— Я помню, если идти от дворца Цюнхуа на восток, будет озеро Хуэйлин. За дворцом Цюнхуа есть небольшой пруд, в который отведена вода из озера Хуэйлин, он весь засажен лотосами. В прошлые годы мы с тобой были так заняты государственными делами, что ни разу не любовались ими вместе. Этим летом в твоем дворце обязательно нужно устроить несколько прохладных пиров, было бы хорошо собрать листья лотоса и сделать из них зеленые тарелки.
Ло Вэй кратко отозвалась:
— Прекрасно.
Сун Лань приклонил голову к её коленям и закрыл глаза, словно предаваясь воспоминаниям:
— Я еще помню… когда старшая сестра была во дворце, вы вместе с Шу Кан плавали на лодке по озеру Хуэйлин, собирали целую лодку лотосов и семенных коробочек. Когда вы возвращались на закате, твои длинные волосы были без украшений. Я смотрел на тебя с берега и думал, как же ты прекрасна, о, как прекрасна.
Он почувствовал сильную усталость и вскоре уснул. Ло Вэй уложила его голову на нефритовую подушку, а сама окончательно потеряла сон.
Накинув одежду, она встала и подошла к окну. Стояла пора поздней весны и раннего лета, и сквозь шум мелкого дождя она слышала прерывистое стрекотание цикад.
Сцену, описанную Сун Ланем, она тоже помнила.
Только вот помнила она вьющиеся цветы в вечернем ветре подле Сун Ланя. В тот миг закат казался бесконечным, «пока небо не опустеет, а земля не состарится»5. Она прижимала к себе огромный бутон лотоса, и в её глазах мог отразиться лишь один человек.
Точно так же, как и он мог видеть только её.
* * *
К началу лета в Цзяннани наконец пошли дожди. Весенняя засуха длилась слишком долго, и нынешние дожди уже не могли исправить бедствия, случившиеся весной, однако в Бяньду все равно праздновали этот далекий, запоздалый дождь. Чиновники подавали доклады, восхваляя искренность императора, а некоторые предлагали императору и императрице снова отправиться в Храм Предков, чтобы совершить молебен и поблагодарить предков за ниспосланную благодать.
Сун Лань с радостью согласился и велел Министерству обрядов выбрать благоприятный день.
Однако прежде чем они успели отправиться в путь, некая песня разлетелась по всему Бяньду. Дети на улицах и в переулках знали её наизусть, и вскоре она достигла ушей сановников.
Все старались это скрыть, никто не смел докладывать, притворяясь дураками по негласному уговору. В конце концов, кроме образованных людей, никто не понимал истинного смысла этой песни.
Юй Цюши долго вел тайное расследование и узнал лишь, что вначале некий иногородний купец приехал в Бяньду продавать кубки из чистого золота. Узоры на проданной им утвари были красивы, а цена — низкой, поэтому они мгновенно вошли в моду.
Кто бы мог подумать, что вскоре люди, купившие золотые кубки, станут один за другим приходить к нему и обвинять в продаже подделок. Эти вещи вовсе не были из чистого золота. После недолгого использования позолота осыпалась пятнами, обнажая суть — кубки были сделаны из красной меди и лишь покрыты золотой фольгой.
Купец не признавал вины, и тогда люди стали бить по кубкам камнями, призывая прохожих различить подделку по звуку и рассудить их по справедливости.
Так и родилась эта песня.
Когда Сун Лань услышал её, шел день накануне запланированного визита в Храм Предков.
Молодой император сидел в сумрачном зале Цяньфандянь, а Ло Вэй находилась за ширмой в передней части зала. Она слышала, как Е Тинъянь слово за словом пересказал ему ту песню. Едва дослушав, Сун Лань пришел в ярость и смахнул со стола беспорядочно сваленные свитки докладов.
Ло Вэй переглянулась с Янь Ло и слегка приподняла бровь.
Мягкий голос молодого чиновника, казалось, все еще эхом отдавался в зале, тихо повторяя:
— Фальшивый рев дракона, фальшивый рев дракона, ветер поднимается, облака плывут, а дождя всё нет. В воде лежит золото, когтей не найти. Мох изначально не был изумрудным, как же из этого сделать бамбук Юньдан6? Лотос покинул родину тысячу лет назад, а после дождя пахнет кровью с привкусом железа!
- Убить двух птиц одним камнем (一石二鸟, yī shí èr niǎo) — добиться двух целей одним действием. ↩︎
- Загнанная собака прыгает через стену (狗急跳墙, gǒu jí tiào qiáng) — человек в отчаянном положении решается на безрассудный поступок. ↩︎
- Искусство казни сердца (诛心术, zhū xīn shù) — разоблачение тайных, дурных намерений человека. ↩︎
- Ни один лист не прилипнет к телу (片叶不沾身, piàn yè bù zhān shēn) — умение выходить сухим из воды, не оставляя следов причастности к делу. ↩︎
- До тех пор, пока небо не опустеет, а земля не состарится (天荒地老, tiān huāng dì lǎo) — бесконечно долго, целую вечность. ↩︎
- Бамбук Юньдан (筼筜, yúndāng) — сорт крупного бамбука. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
