Лев среди мужей с воздетыми руками был провожаем взорами, полными нежной любви. Но вот покои дам огласились рыданиями и стенаниями:
— Куда уходит он ныне, наш господин, надежный защитник бедных и одиноких, в ком слабые и несчастные привыкли искать спасения и помощи?
Любые слова гнева он обращал в ничто и никогда не отвечал яростью на проклятия.
Он разделял горести своего народа и усмирял смятенные сердца, охваченные злобой.
Наш предводитель, устремленный к высоким помыслам, превосходящий всех своей славой: на каждого из нас взирал он так, словно видел перед собой родную мать.
Куда он уходит? По воле отца, принужденного коварством царицы Кайкейи, изгнан в леса тот, кто был защитой всему миру.
О, безрассудный царь, отринувший надежду людей, их стража и опору, изгнавший в далекие дебри Раму, столь благочестивого, верного и доброго!
Так скорбели знатные дамы, подобно коровам, лишившимся телят.
Государь слышал их вопли, и, палимый огнем скорби по милому сыну, он склонил голову, и чувства, и память оставили его.
Тогда перестали поддерживать священные огни, и густая тьма затмила солнце.
Коровы не подпускали к себе жаждущих телят, а слоны отбрасывали пищу.
Тришанку,
315
Юпитер взирал грозно, и Меркурий с багряным Марсом сошлись в зловещем противостоянии, посягнув на величие луны. Лунные звезды утаили свой свет, планеты более не сияли; лишь метеоры своим ужасающим блеском и зловещие Вишакхи
316
озаряли воздух.
Подобно тому как вздымается и неистовствует встревоженный Океан, когда неистовый вихрь Погибели проносится над волнами, — так содрогнулась и склонилась вся Айодхья, когда Рама ушел в лес.
И леденящая скорбь, и темное отчаяние внезапно пали на всех живущих там. Все позабыли о привычных забавах, не помышляли о пище или не прикасались к ней.
На царской улице виднелись толпы со слезящимися глазами и смятенным обликом: не стало более народа веселого и ликующего, каждая голова и каждое сердце изнывали от печали. Больше не веял мягко прохладный ветер, луна более не была прекрасна взору, и солнце своим благотворным сиянием более не лелеяло мир, погруженный в горе.
Сыновья, братья, мужья и венчанные жены забыли узы, соединявшие их жизни; ни мысли не уделяли они родным и близким, ибо все пеклись лишь о Раме. И друзья Рамы, любившие его более всех, чьи умы были расстроены и измучены тяжким бременем их бед, не находили ни сна, ни покоя.
Словно Земля со всеми ее холмами, лишенная направляющей заботы Индры, Айодхья, оставленная в своей скорби им, великодушным наследником, склонилась под властью страха и печали и содрогалась во многих муках, в то время как воины, слоны и кони испускали вопль беды.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
