Царственные победители врагов провели ночь в безмятежном покое. Затем, с почтением склонившись перед отшельником, они отправились в путь. Бхарадваджа явил им великую благосклонность и благословил их, готовых к дороге.
С такой нежностью во взоре, с какой отец провожает своих сыновей перед их уходом, осиянный славой святой промолвил Раме, чье могущество не знает равных:
— Сначала, владыки людей, направьте стопы туда, где встречаются Ямуна и Ганга; затем идите к быстротечной Калинди, чьи текущие на запад волны впадают в Гангу. Когда ты увидишь ее прекрасный берег, истоптанный ногами тех, кто спешит переправиться, тогда, о потомок Рагху, приготовь плот и пересеки там реку, рожденную Солнцем. На ее дальнем берегу, подле переправы, ты увидишь древо, благословенный источник щедрых даров, — там возносит свои зеленые ветви фикус, дерево, где обитают бесчисленные птицы, повсюду известное под именем Шьяма. Почти, Сита, его священную тень и вознеси там молитвы о благословении. Оттуда пройдите еще лигу, и вашему взору предстанет темный лес, где высятся бамбуки, растут акации и зизифус. Не раз хаживал я к Читракуте по этой тропе, столь гладкой и мягкой, где лесные пожары не пугают путника, и всё вокруг отрадно, зелено и прекрасно.
Когда гости узнали свою дорогу, отшельник вернулся в свою хижину, а Рама, Лакшмана и Сита почтительно поблагодарили его за учтивость и помощь. Так сказал Рама Лакшмане, когда святой покинул владык людей:
— Воистину великое блаженство ниспослано нам, на кого отшельник изливает свою любовь.
Мудро беседуя друг с другом, львы-владыки шли к лесистому берегу Калинди, и нежная Сита ступала впереди. Они достигли потока, чьи воды стремительно убегают к морю; на время предавшись раздумьям, они совещались, как пересечь волны. Наконец, сложив бревна, братья построили могучий плот. Поперек привязали сухие бамбуковые стебли и укрыли их сверху травой. Великий герой Лакшмана принес ветви тростника и розовой яблони и, аккуратно их подрезав, устроил удобное сиденье для Ситы. Рама усадил туда свою супругу, которая на мгновение смутилась; в своем ослепительном облике она была подобна самой богине Удачи, чье величие превосходит всякую мысль. Затем Рама поспешил разложить по местам шкуры и луки, а подле прекрасной дочери Видехи положил одежды, украшения и заступ. Когда Сита взошла на борт и весь их скарб был должным образом уложен, герои мощными руками оттолкнули плот и покинули берег.
Когда плот прошел полпути, Сита воззвала к Калинди:
— О богиня, чьи воды я ныне пересекаю, даруй моему супругу исполнить его обет. Тебе будут принесены в жертву тысячи коров, из сотен кувшинов прольется вино, когда Рама вновь увидит город, где правят дети древнего Икшваку.
Так молила она Калинди, сложив руки в смиренном почтении. Затем государыня, исполненная усердия в своей молитве, ступила на берег. Они оставили плот, переправивший их, и густой лес, укрывавший берег, и направились к фикусу Шьяма, стоявшему в прохладной густой тени. Сита взглянула на это благородное дерево и почтительно промолвила:
— Славься, славься, о могучее древо! Дозволь моему супругу исполнить его обет; молю тебя, дай нам по возвращении встретить Каушалью и Сумитру.
Затем, сложив руки, она совершила положенный обход вокруг дерева. Когда Рама увидел свою безупречную супругу, нежно любимую им, склонившейся в мольбе под священными ветвями, он так сказал Лакшмане:
— Брат, ты веди нас, пусть Сита идет следом за тобой; я же, лучший из мужей, возьму свой лук и пойду последним. Какие бы плоды ни приглянулись ей, какие бы цветы ни скрывались в чаще, не забудь сорвать их для дочери Джанаки.
Так они шли дальше. Нежная госпожа дорогою спрашивала Раму о названиях каждого цветущего кустарника, вьюнка и дерева, невиданных ею прежде; и Лакшмана по просьбе Ситы приносил ветви каждого дерева с прекрасными гроздьями. Дочь Джанаки радовалась, глядя на реку с водой цвета песка, где слышались радостные крики множества птиц — сарасов и лебедей. Лигу прошли братья по лесу и добыли благородную дичь; под деревьями они приготовили пищу и сели, чтобы поесть и отдохнуть. Некоторое время провели они в той чудесной тени, где бродили бесчисленные слоны, кричали павлины и резвились обезьяны,
Они бродили в полном восторге.
Затем на берегу реки они нашли
Уютный, ровный уголок,
Где всё вокруг было гладко и красиво, —
Свой ночлег на эту ночь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
