В ту ночь потомок Рагху покоился на берегу Ганги до самого рассвета. С первыми лучами зари он проснулся и так обратился к храброму Шатругне:
— Вставай, Шатругна, покинь ложе свое; отчего ты спишь, когда ночь уже миновала? Смотри, как солнце, гонитель тьмы, пробуждает своим светом каждый лотос. Вставай же, вставай, и первым делом призови владыку Шрингаверы, ибо он окажет нам дружескую помощь, чтобы переправить наше войско через поток.
Услышав этот призыв, Шатругна ответил:
— Я бодрствую, вспоминая о Раме.
Пока братья, наделенные львиным мужеством, вели этот разговор, пришел Гуха, царь нишадов, и обратился к ним с добрыми расспросами:
— В добром ли здравии провел ты ночь на берегу реки? — воскликнул он. — Как твои дела? Здоровы ли и спокойны ли твои воины?
Так вопрошал владыка нишадов мягкими словами, внушенными любовью, и Бхарата, верный слуга Рамы, так ответил царю:
— Ночь прошла сладостно, и ты, о царь, оказал нам высокую честь. Пусть же теперь твои слуги готовят лодки, чтобы переправить наше войско через поток.
Выслушав речь Бхараты, Гуха поспешил исполнить его просьбу. Государь отправился в город и сказал своим готовым к делу сородичам:
— Просыпайтесь, родичи, вставайте, друзья! Да пребудет с вами всякая радость. Соберите все лодки на берегу и переправьте всё войско.
Так сказал Гуха, и они не медлили, но, быстро встав, повиновались своему владыке. И вскоре, собранные отовсюду, пятьсот лодок стояли на привязи.
На некоторых были подняты священные знаки, 363 и в ряд висели могучие колокола. Прочной постройки, с яркими флагами, они были укомплектованы моряками у рулей и весел.
Одну из них выбрал царь Гуха — на ней сиял навес из прекрасной белой ткани, и искусные музыканты услаждали слух; он велел слугам подогнать её поближе.
Затем Бхарата быстро взошел на борт, а за ним и Шатругна, славный владыка, к которому вместе со многими царственными дамами присоединились Каушалья и Сумитра.
Первым шел домашний жрец, старейшины и род брахманов, а следом — царская свита из женщин, которых везли во множестве повозок.
Тогда к небесам вознеслись крики тех, кто поджигал хижины войска, 364 и тех, кто омывался у берега или подносил поклажу к лодкам.
Полные великой силы, лодки быстро неслись своим курсом, управляемые слугами царя Гухи, и легкий ветерок развевал знамена.
В одних лодках плыло множество дам, в других ржали благородные кони; одни везли колесницы и скот, другие — драгоценные богатства и золото.
Каждая лодка пересекала поток, высаживала там свой груз и, возвращаясь назад, весело сновала туда-сюда.
Затем показались плывущие слоны с высоко поднятыми развевающимися вымпелами. Когда погонщики гнали их через реку, они походили на крылатые горы.
Кто-то достиг берега на баржах, другие благополучно причалили на плотах; одни переплывали поток, держась за кувшины, другие полагались лишь на силу своих рук.
Так с помощью царя войско переправилось через чистые воды Ганги и в благоприятный час вступило в знаменитый лес Праяги.
Принц обратился с ободряющими словами к своим усталым людям и велел им отдыхать, где они пожелают; а сам, в сопровождении жреца и священнослужителя, отправился к жилищу Бхарадваджи, дабы повидать этого величайшего из святых.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
