Но Равана, чья ярость пылала, обратил свой взор на юного Акшу, который порывисто поднялся под этим взглядом и громогласно потребовал свой лук и копье. Он восседал на великолепной колеснице, далеко разбрасывавшей сияние самоцветов. Его знамя развевалось среди сверкающего золота, а колеса, усыпанные драгоценными камнями, ярко блестели в движении. Обретенная долгим и суровым подвижничеством, эта колесница была величественна, как само солнце. В ней хранились ряды разнообразного оружия, а быстрые, как мысль, кони несли своего господина, мчась по земле или взмывая высоко в облака, когда бы он того ни пожелал.
Тогда разразилась яростная и страшная битва между ванаром и демоном. Боги и асуры замерли в изумлении, взирая на этот чудесный поединок. С земли поднялся долгий и пронзительный крик, ветер утих, и солнце остыло. Гром гремел в небесах, и встревоженный океан отозвался ревом. Трижды Акша натягивал свой грозный лук, трижды его стрела поражала врага, и из трех ран на голове ванары обильно потекла алая кровь.
Тогда Хануман поднялся в воздух, чтобы уклониться от стрел, выдержать которые не могло ни одно живое существо. Но Акша преследовал его на своей колеснице и возобновил бой в вышине, осыпая противника градом стрел, подобным тому, что обрушивают на холм разгневанные тучи. Не желая терпеть этот стрельный ливень, вождь ванаров проявил свою мощь, вновь вознесся над колесницей и нанес череду ударов. Ужасен был каждый смертоносный взмах: Хануман сломал ему грудь, шею, руку и спину. Акша рухнул на землю и лежал, и жизнь его полностью иссякла вместе с вытекшей кровью.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
