Столь бойкая на язык, столь дерзкая и своенравная — разве есть в ней хоть капля грации и достоинства девицы из знатного рода?
Пятый господин Фу дрожал от гнева всем телом.
— Хорошо, хорошо, хорошо! Вот, значит, какую прекрасную дочь взрастила госпожа Цзе! — Он ткнул пальцем в сторону ворот и прорычал: — Пошла вон! Убирайся из моего дома!
Отношение отца заставило кончики пальцев Фу Тинъюнь похолодеть.
— Не беспокойтесь, увижу матушку — и сама уйду, — произнесла она, отдергивая полог в левый покой.
Именно оттуда только что вышла молодая госпожа Фу.
Это оказалась спальня: кровать с балдахином, покрытая черным лаком, подушки из ханчжоуского шелка с ярко-красным узором из медальонов, а на кане лежала погремушка-барабанчик и резная деревянная птичка. Это была спальня невестки!
Разве в комнатах подле главной залы не должны жить старшие?
Фу Тинъюнь замерла от изумления.
Молодая госпожа Фу поняла её намерение и в испуге поднялась с места.
Господин Фу тоже осознал происходящее и грозно крикнул:
— Что ты задумала?! — и бросился наперерез Фу Тинъюнь.
Но она, не обращая на него внимания, выбежала из залы во двор и громко закричала:
— Матушка! Это Цюаньхуэй! Я пришла навестить вас!
Господин Фу, с лицом мрачнее тучи, выскочил вслед за ней. Увидев своего слугу, ошеломленно стоявшего посреди двора, он закричал в бешенстве:
— Недотепа, что ты застыл?! Пошел прочь и вытолкай её за ворота!
Слуга встрепенулся и кинулся к Фу Тинъюнь, но Юйвэй обхватила его за талию:
— Пятый господин, молю вас, позвольте госпоже увидеться с родительницей! Госпожа плачет всякий раз, когда вспоминает о ней…
Ничтожная служанка смеет перечить ему!
Господин Фу в беспамятстве от ярости сделал несколько быстрых шагов и сам схватил Фу Тинъюнь, уже протянувшую руку к занавесу соседнего покоя:
— Пошла вон! Убирайся! — рычал он, с силой волоча её к выходу.
Сердце Фу Тинъюнь заледенело.
В доме поднялся такой шум, а матушка так и не показалась.
Неужели и она не хочет видеть её?
Нет, не может быть… Если матушка не желала встречи, почему жена Сючжу расспрашивала о ней, когда Цзинь Юаньбао передал серебряный браслет?
При этой мысли к ней снова вернулась решимость.
— Я увижу матушку и сама уйду! — вырывалась Фу Тинъюнь. — Не вам мне указывать!
— Это мой дом и моя усадьба! — господин Фу с силой тащил её к выходу. — Не тебе распоряжаться здесь!
Во дворе поднялся невообразимый шум: крики, плач, проклятия и ругань сплелись воедино.
Молодая госпожа Фу, выросшая в чиновном семействе, никогда в жизни не видела подобного бесчинства и лишилась дара речи от потрясения. Лишь когда её кормилица Дунгу, опасаясь за хозяйку, подошла поддержать её, та пришла в себя.
Разве могла Фу Тинъюнь тягаться силой с господином Фу, а Юйвэй — совладать с крепким слугой? Вскоре госпожу и служанку одну за другой выставили за ворота усадьбы Фу.
Фу Тинъюнь упорно пыталась прорваться внутрь:
— Повидаю матушку и уеду!
Господин Фу с позеленевшим от злобы лицом преградил путь у ворот. Вскинув взгляд, он увидел, что у соседнего дома господина Чжоу, старшего чиновника Палаты налогов, стоит чиновничий паланкин. Носильщики и слуги господина Чжоу, вытянув шеи, с любопытством смотрели на происходящее.
Как раз закончилась служба в управе… Как он мог забыть об этом!
Господин Фу распалился еще пуще и процедил сквозь зубы:
— Если не боишься позора — продолжай устраивать представление!
Фу Тинъюнь тоже заметила зевак и с насмешкой ответила:
— Вы живете в таком месте и не боитесь позора, так чего же страшиться мне?!
— Ты… — Господин Фу вонзил в нее свирепый взгляд, будто готов был разорвать её на части.
Молодая госпожа Фу, опасаясь, что скандал зайдет слишком далеко и приведет к дурным последствиям, поспешно подошла и схватила Фу Тинъюнь за руку:
— Не надо! Вы ведь отец и дочь, такой раздор принесет лишь новые страдания свекрови!
Фу Тинъюнь поджала губы.
Господин Фу холодно хмыкнул, но его пыл заметно угас.
Молодая госпожа Фу вздохнула с облегчением и тихонько шепнула Фу Тинъюнь:
— Возвращайся пока. Обо всем остальном поговорим позже!
Видя, как сноха заискивает перед ней, господин Фу снова вспыхнул:
— Позже? Какое еще «позже»?! Если у нее хватит духу, пусть отныне и ноги её не будет в моем доме!
Фу Тинъюнь готова была ответить резкой колкостью, но молодая госпожа Фу больно сжала её руку и прошептала:
— Дай мне замолвить слово перед свекровью…
Её голос звучал тихо и торопливо, а во взгляде читалась нескрываемая мольба.
Фу Тинъюнь замолчала. Спустя мгновение она ответила легким пожатием руки, давая понять, чтобы невестка помнила о своем обещании, после чего окликнула служанку:
— Юйвэй, идем!
Юйвэй поспешно отозвалась и бросилась поддерживать госпожу.
Но Фу Тинъюнь мягко отстранила её руку, выпрямила спину и, не оборачиваясь, пошла к выходу из переулка.
Юйвэй замешкалась, переводя взгляд с ворот усадьбы Фу на удаляющуюся госпожу, а затем поспешила вслед за ней.
Господин Фу смотрел вслед уходящей дочери, и в глубине его глаз мелькнуло странное выражение.
До ушей донеслось шептание слуг господина Чжоу.
Он решительно повернулся и велел невестке:
— Запри ворота!
Молодая госпожа Фу торопливо ответила «слушаюсь» и лично закрыла тяжелые створки.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
