За долгие годы совместной жизни господин У насквозь видел мысли супруги.
Видя её состояние, господин У произнес:
— Какому еще дому ты помогаешь в хлопотах?
Госпожа У смущенно улыбнулась и, подумав, подробно рассказала господину У о просьбе семьи Чжао выступить посредником перед Чжао Лином.
Выслушав её, господин У изменился в лице, а затем с глубоким недовольством тихо выговорил:
— До чего же ты глупа! Как ты могла впутаться в это дело, даже не посоветовавшись со мной!
На душе у госпожи У и без того было неспокойно, а услышав слова мужа, она пременилась в лице и с тревогой спросила:
— Что случилось? Разве тут есть что-то недоброе?
Господин У сурово произнес:
— Подумай сама, что такое торговый дом «Датун»? Управляющий Е пережил столько взлетов и падений, каков же он человек? Если бы он мог оговориться во хмелю, разве хозяева торгового дома «Датун» доверили бы ему управление столичным отделением? Да еще так удачно именно о делах Чжао Лина…
Не успел он договорить, как лицо госпожи У стало белым как бумага.
— Господин, — она крепко ухватилась за рукав господина У, — вы хотите сказать… всё это устроил сам управляющий Е? — На её лбу пролегли глубокие морщины: — Но… какая выгода управляющему Е поступать так?
— Глупая! — не удержался господин У. — Без указания Чжао Лина разве посмел бы управляющий Е поведать об этом семье Чжао? Нынче семья Чжао узнала о положении Чжао Лина, и, как ты сама видела, испугалась его мести и готова платить серебром, лишь бы загладить былую вину. Чжао Лин без лишнего шума заставил семью Чжао вернуть всё захваченное ранее имущество, да еще и с огромной прибылью… Даже честному судье трудно разобраться в семейных распрях, но даже через суд он не получил бы такого исхода — и выгоду обрел, и доброе имя сохранил!
Госпожа У остолбенела:
— И… что же мне теперь делать?
— А что тут сделаешь? — господин У тоже досадовал. — Я давно говорил тебе не вмешиваться в эти темные дела, ты не слушала, а нынче Чжао Лин держит нас за кадык… — При мысли о том, как Чжао Лин без единого звука заманил семью Чжао в ловушку, ему стало холодно на душе. — Нет, мне нужно пойти к господину Циню… — Он резко поднялся и велел жене:
— Помоги мне переодеться! — В его облике проскользнула редкая растерянность.
Госпожа У испугалась, почувствовав, как руки и ноги перестают слушаться. Она судорожно позвала служанок помочь мужу одеться, а сама с тревогой кружила возле него: — Но ведь нас это не должно касаться? Я лишь передала вести… Я ведь из добрых побуждений…
Господин У строго взглянул на неё и сурово произнес:
— Помолчи! Семейный позор на люди не выносят. В Ведомстве чинов он записан как уроженец уезда Чанъань провинции Шэньси, да и Государь при каждом упоминании говорит, что он хоть и южанин, а с северным обликом — он явным образом не желает, чтобы люди знали о его семейных делах. Ты растормошила осиное гнездо и еще шумишь здесь, не понимая опасности!
Госпожа У от страха едва удержалась на ногах и опустилась на резной табурет, а из её глаз потоком устремились слезы:
— Что же делать? Что же теперь делать? — Затем она в смятении поднялась, опираясь на резную перегородку узорчатых дверей: — Я… я пойду к госпоже Чжао! Ты ведь не знаешь, что господин Чжао глубоко уважает и любит свою супругу. Он не только не прикасается к женщинам из войск, но даже когда купцы, ведущие торговлю на северной границе, присылали ему ослепительных красавиц, он отвергал их всех… Я пойду к госпоже Чжао. Если госпожа Чжао согласится заступиться, господин Чжао непременно простит всё!
Оставалось лишь хвататься за любую возможность!
— Тогда иди скорее! — произнес господин У, надел платье и вышел за двери.
Госпожа У собралась с духом, спешно привела себя в порядок и направилась в дом Чжао.
Фу Тинъюнь как раз беседовала с Юйвэй о свадьбе А-Сэня. Услышав о визите госпожи У, она почувствовала легкую досаду, но всё же велела Чжэньчжу:
— Пригласи её в главную залу.
Чжэньчжу поспешно выполнила поручение и вскоре препроводила госпожу У.
Фу Тинъюнь со сдержанной улыбкой шагнула навстречу, но не успела проронить ни слова, как госпожа У со слезами на глазах схватила её за руки:
— Сестра, на этот раз ты должна спасти меня!
Фу Тинъюнь ошеломленно замерла.
А госпожа У уже без промедления пересказала всё произошедшее:
— …Я ведь искренне желала помочь господину Чжао уладить то старое дело… — Она вытерла слезы платочком. — Не будь нашего господина, я бы и не знала, что накликала такую беду… Наш господин тоже считает, что мы поступили неразумно, и отправился к господину Циню просить о заступничестве… Но я знаю, что господин Чжао ценит тебя больше всех, оттого и пришла к тебе…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
