Фу Тинъюнь побледнела от испуга и едва не подпрыгнула на кане:
— Что ты сказал? Девятый господин назначен главнокомандующим-цзунбином провинции Гуйчжоу? Отчего мне никто об этом не сказал?
Цинъянь робко взглянул на неё, не смея вымолвить ни слова.
Её самым заветным желанием было находиться рядом с Чжао Лином и жить в покое.
Неудивительно, что Чжао Лин при первой же встрече принялся сбивчиво перечислять мелкие хозяйственные дела.
На губах Фу Тинъюнь проступила горькая улыбка.
Он знал о её желании, но разве она не знала о его помыслах?
Быть может, оттого что он с ранних лет лишился родителей, Чжао Лин дорожил ею и детьми пуще всего на свете. Как бы ни был он занят на службе, каждые десять дней непременно присылал письмо; при первой возможности рвался в столицу, чтобы побыть с ними; а вернувшись домой, отклонял все неважные приглашения и проводил время с ней и детьми или уводил их прогуляться…
Сюаньтун находился всего в десяти с небольшим днях пути от столицы. В своё время, когда Мо И настойчиво звал Чжао Лина к себе заместителем, Чжао Лин даже перед лицом Государя мягко отклонил это предложение. Что уж говорить о далёкой Гуйчжоу? Даже если это было повышение, едва ли Чжао Лин отправился туда по собственной воле. В этом Фу Тинъюнь была абсолютно уверена.
Чжао Лин был слишком осторожен с ней.
Хотя она и желала, чтобы муж оставался возле неё, но не была настолько неразумной, чтобы ставить в вину то, что от него не зависело!
Эта мысль пронеслась в её голове, и выражение лица Фу Тинъюнь застыло.
Нет, здесь что-то не так!
Чжао Лин знал её лучше всех на свете. Разве мог он не понимать, как она отнесётся к этой вести? Ему совершенно незачем было смущаться и чувствовать себя виноватым перед ней.
Или же здесь кроется иная тайна?
Фу Тинъюнь вспомнила, как в последние дни все в один голос хвалили Чжао Лина… Сердце её забилось как бешеный барабан.
Неужели… неужели это не обычное повышение? Неужели его отправляют на войну…
Едва зародилось это подозрение, Фу Тинъюнь лишилась покоя. Ей страстно захотелось немедленно позвать Чжао Лина и обо всём расспросить.
Но тут до её ушей донёсся удивлённый и радостный голос Пятой сестры:
— Девятый свояк назначен главнокомандующим-цзунбином Гуйчжоу? Правда? Когда это случилось? Мы вернулись уже так давно, отчего же он ни словом не обмолвился? До чего же выдержанный человек! — И с улыбкой добавила: — Здесь ведь нет чужих, неужто он опасался, будто мы станем болтать на всех перекрёстках и нарушать приличия? — Лишь тут она заметила, что лица Фу Тинъюнь и Цинъяня выглядят весьма странно. Смех её мгновенно угас, и она с изумлением спросила: — Девятая сестрица, что… что случилось?
— Ничего не случилось, — ответила Фу Тинъюнь, не желая тревожить Пятую сестру. — Я и сама лишь сейчас услышала об этом.
Пятая сестра вышла замуж в дом Яо несколько лет назад и, будучи женщиной, управляла торговыми делами семьи, проявив себя чрезвычайно умной и рассудительной. Лишь в кругу сестёр она по старой привычке не применяла житейские хитрости. Выслушав Фу Тинъюнь, она немного подумала и мигом поняла, что новое назначение Чжао Лина едва ли является доброй вестью, поэтому торопливо сменила тему и больше не возвращалась к этому разговору. Но когда вечером Пятый зять и Чжао Лин вернулись домой, она мигом отослала прислугу и спросила мужа о назначении Чжао Лина:
— …Знаешь ли ты об этом?
На лице Пятого зятя проступило озарение:
— Неудивительно, что Третий управляющий Е поздравлял Девятого свояка! Так вот в чём дело. — И добавил: — Впрочем, тогда Девятый свояк явно не желал углубляться в разговор, отчего Третий управляющий Е не стал расспрашивать. Я-то подумал, будто у них есть тайны от меня, и даже нашёл предлог выйти из комнаты. — С этими словами он удивлено продолжил: — Повышение — дело доброе, отчего же Девятый свояк держит всё в тайне? Неужто официальный указ ещё не прибыл? Да нет, не похоже! Если даже господин У в далекой Шэньси обо всём прознал, значит, весть давно открыта… Так отчего он молчит? Гуйчжоу так далеко, там полно диких племен и глухих мест… Неужто Девятого свояка отправляют туда в ссылку…
Пятая сестра почувствовала, что от речей мужа у неё окончательно путаются мысли, и велела своей личной служанке:
— Девятый свояк назначен главнокомандующим-цзунбином Гуйчжоу, а у Девятой сестры нет и тени радости на лице. Пойди завтра разузнай на улице, что произошло на самом деле.
Служанка поклонилась и вышла.
Пятая сестра сидела перед зеркальным столиком и рассеянно расчёсывала волосы. Судьба Девятой сестрицы и без того была полна испытаний, хоть бы не случилось с ней снова какой беды.
Пятый зять же с воодушевлением рассказывал о том, как сегодня Чжао Лин водил его на встречу с Третьим управляющим Е.
Он с нескрываемым волнением присел возле жены, взгляд его сиял:
— Отчего ты сегодня не расспросила меня о встрече с Третьим управляющим Е? — не в силах сдержать радость, заговорил он без удержу: — Скажу тебе, отношения между Девятым свояком и Третьим управляющим Е невероятно близки! Едва услышав, что пришёл Девятый свояк, Третий управляющий Е, который в тот момент как раз обсуждал сделку с хозяином лавки «Хэнтун» — а ты ведь знаешь, «Хэнтун» крупнейшие торговцы оловянными изделиями в Цзяннани, в прошлый раз мы лишь через второго управляющего их сианьского филиала смогли достать ту новую партию олова… Так вот, Третий управляющий Е бросил хозяина «Хэнтун» и спешно выбежал навстречу! Oн увёл нас в свой личный кабинет в заднем дворике, двое его сыновей вышли поклониться Девятому свояку и называли его «дядюшкой»! — На этих словах он невольно восхищенно вздохнул: — Ты и представить не можешь, старший сын управляющего Е с виду кажется года на два-три старше нашего Девятого свояка! Мне так хотелось спросить о его годах, но видя, как он с почтением кланяется Девятому свояку, а узнав, что я его свояк, так же смиренно назвал и меня «дядюшкой», мне стало совсем неудобно спрашивать…
Пятая сестра не знала, сердиться ей или смеяться. О важном молчит, зато о всяких мелочах до подробностей расписал! Её голова была занята лишь тревожным выражением лица Фу Тинъюнь, где уж тут слушать про сыновей управляющего. Она с улыбкой перебила его:
— Ты скажи мне только, что сказал Третий управляющий Е, узнав, что ты свояк Девятого господина? А о прочем потом расскажешь.
Пятый зять слегка недовольно отозвался:
— Управляющий Е оказал нам такое уважение исключительно ради Девятого свояка, отчего же ты совсем не думаешь о причинах, а лишь выпытываешь, какую выгоду получит наш дом?
Пятая сестра была между смехом и слезами. Ей пришлось проявить терпение:
— Погляди, ведь время уже позднее, я лишь опасаюсь, как бы вы завтра не выбились из сил от недосыпания, вот и прошу сказать самое главное. — А затем с готовностью добавила: — Ну хорошо, говори, о чём вы беседовали?
Лишь тогда лицо Пятого зятя смягчилось, и он пересказал обещание Третьего управляющего Е:
— …Впредь наш род Яо сможет брать товары напрямую в «Датуне», да ещё по самым низким оптовым ценам.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
