Госпожа Юй не хотела её слушать, но наложница Фэй, не дожидаясь ответа, продолжила:
— Они едят за одним столом и спят под одной крышей. Я и представить не могла, что молодая госпожа совершенно ничего не замечает. Но раз всё уже зашло так далеко, остаётся только надеяться на лучшее. Молодому господину уже за тридцать, а у него до сих пор есть лишь одна дочь — малышка Чжэнь. Раз он так дорожит девицей Мин, то если она родит роду Юй сына или дочь, это станет и её счастьем, и удачей молодого господина, а для госпожи…
— Какая чепуха! — не дав ей договорить, громко перебила госпожа Юй. — Девица Мин всё ещё носит траур по родителям, а ты говоришь, что это счастье для молодого господина?
Наложница Фэй вздрогнула и, запинаясь, ответила:
— Девица Мин происходит из чиновничьей семьи, наверняка читала «Наставления для женщин» и «Жизнеописания добродетельных женщин». Она должна понимать, какие поступки можно поддержать, а какие нельзя…
— Убирайся! — Госпожа Юй больше не могла сдерживаться и резко оборвала её.
Наложница Фэй в ужасе, едва не ползком, выскочила из внутренних покоев госпожи Юй.
Грудь госпожи Юй тяжело вздымалась, лицо побледнело.
Мамушка Шу встревожилась и поспешила утешить её:
— Не сердитесь так, берегите здоровье. Когда молодой господин вернётся, позовём его и всё выясним. Он ведь не из тех, кто не понимает, где нужно остановиться…
— Не нужно его выгораживать! — Весь свой гнев госпожа Юй обрушила на мамушку Шу. — Разве я не знаю собственного сына? Он — ни на что не годен. Вместо того чтобы заниматься службой, каждый день думает только о любовных делах. Теперь я окончательно всё поняла: даже став первым на дворцовых экзаменах, он всё равно остаётся бесполезным человеком. Ты служишь рядом со мной и должна была помогать мне его воспитывать. А когда произошла такая беда, ты ещё встала в один ряд с теми, кто пресмыкается перед сильными и унижает слабых, помогая ему скрывать правду…
Мамушка Шу понимала, что гнев госпожи Юй вызван поступками Юй Цзинсю, но в этот момент не осмеливалась возразить ни словом. Она поспешно опустилась перед госпожой Юй на колени и принялась бить лбом о пол:
— Госпожа, успокойтесь! Во всём виновата эта недостойная служанка!
Увидев, как покраснел её лоб, госпожа Юй немного успокоилась.
Холодным голосом она сказала:
— Встань. Я прекрасно знаю, что за люди живут в этом доме.
Мамушка Шу тихо ответила: «Слушаюсь», — и осторожно поднялась.
Тогда госпожа Юй велела ей:
— Прикажи приготовить экипаж. Я поеду в переулок Чжэньцзян.
— Госпожа, не нужно, — прекрасно понимая, что госпожа Юй сейчас в ярости, преданная ей мамушка Шу всё же не смогла промолчать. — Если вы сами вмешаетесь, обратного пути уже не останется. Что тогда делать?
— Если не я, то кто? — холодно взглянула на неё госпожа Юй. — Предложи, кто ещё должен этим заняться.
Слова «молодая госпожа» застыли у мамушки Шу на кончике языка.
Если бы госпожа Фань была хоть немного внимательнее, она давно заметила бы неладное в поведении Юй Цзинсю. Раз дошло до того, что свекровь сама должна сообщать ей о происходящем, значит, рассчитывать на неё нельзя.
Мамушка Шу понурила голову.
— Ты тоже не можешь найти подходящего человека? — Госпожа Юй с горечью усмехнулась. — Один неверный шаг — и дальше всё идёт наперекосяк. — Она тихо заговорила сама с собой: — Нужно было с самого начала не соглашаться на этот брак, как бы ни складывались обстоятельства… Теперь сожалеть уже поздно!
Мамушка Шу не знала, что ей делать.
Из-за занавеси раздался робкий голос маленькой служанки:
— Госпожа, молодой господин вернулся!
Взгляд госпожи Юй сразу стал сосредоточенным.
— Пусть войдёт.
Служанка почтительно ответила: «Слушаюсь», — подняла занавесь и проводила Юй Цзинсю во внутренние покои.
На лице Юй Цзинсю играла улыбка, он выглядел бодрым и оживлённым.
— Матушка, — весело поздоровался он с госпожой Юй. Увидев её напряжённое лицо, он подсел ближе и обнял её за плечи. — Что с вами? Неужели отец снова вас рассердил? Не переживайте, у вас есть я! — С этими словами он шутливо похлопал себя по груди. — Ваш сын ведь первый учёный Поднебесной!
Госпожа Юй уже собиралась отчитать его, но слова застряли у неё в горле.
Сколько времени сын не выглядел таким беззаботным? Как давно он не шутил с ней так, как сейчас? И сколько времени прошло с тех пор, как на его лице сияла такая уверенность?
Сердце госпожи Юй смягчилось, и голос её неожиданно для неё самой стал ласковым:
— Ты думаешь, твой отец похож на тебя? Он только и делает, что заставляет меня сердиться! Лучше займись собственными делами и избавь меня хотя бы от части тревог — тогда я буду благодарна Небесам.
Выражение лица Юй Цзинсю стало неловким. Он посмотрел на мать и замолчал, словно в детстве, когда провинился: хотел попросить у неё защиты, но боялся, что она станет его ругать.
У госпожи Юй увлажнились глаза.
Что знает ребёнок? В том, как всё сложилось, виноваты и взрослые. Если бы они тогда твёрдо не согласились на его брак с госпожой Фань, разве смог бы он жениться на ней против их воли?
Слова наложницы Фэй внезапно вновь прозвучали в её памяти:
«Раз всё уже случилось, остаётся только надеяться на лучшее…»
Госпожа Юй тяжело вздохнула и, как когда-то в детстве, ласково погладила сына по голове.
Юй Цзинсю почувствовал себя виноватым. Он вздрогнул и с натянутой улыбкой спросил:
— Матушка, что с вами?
От этого госпоже Юй стало ещё тяжелее на душе.
Если бы сын взял в жёны другую женщину, о подобных делах он, конечно, советовался бы с ней. Почему же теперь одного слова матери достаточно, чтобы он так тревожился?
— Ничего, ничего, — ласково посмотрела на него госпожа Юй. — Я просто беспокоюсь о тебе. Ты когда-то служил цензором. Будь осторожнее: кто-нибудь может затаить на тебя обиду и попытаться найти повод навредить. И в государственных делах, и в личной жизни тебе нужно быть внимательнее. Даже тысячу ли дамбы может разрушить муравей. Ты образованный человек, поэтому не стану говорить лишнего. Просто всегда сам думай, что делаешь.
— Матушка, не беспокойтесь, — с улыбкой ответил Юй Цзинсю, хотя взгляд его заметно забегал. — Я всё понимаю.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
