Апрельская погода в столице считалась лучшей в году.
После дождя небо становилось чистым и безоблачным, один за другим распускались весенние цветы, повсюду зеленели деревья и кусты, а яркие краски радовали глаз.
Но настроение Юй Хуайаня оставалось таким же мрачным, как затенённый угол стены после дождя.
Юй Цзинсю уже два месяца жил отдельно. И вот только что прислал слугу Чэнсиня с целой кипой счетов, велев оплатить расходы.
Если выдать деньги, Юй Хуайань окажется всего лишь человеком, который ведёт счета. Без распоряжения господина или госпожи он не имел права снимать средства. И если деньги всё же будут выданы, то при проверке счетов их невозможно будет правильно провести — на чьё имя их записывать?
Но если отказать, то рано или поздно семья Юй всё равно перейдёт к Юй Цзинсю. К тому же он, в отличие от мамушки Шу, не мог позволить себе жить без власти. Мамушка Шу была всего лишь женщиной и в будущем смогла бы спокойно прожить даже на двух му земли. Но мужчина не может ни дня обходиться без положения и влияния. Если он лишится должности управляющего домом Юй, кто ещё станет его уважать?
Юй Хуайань долго сидел неподвижно, не в силах принять решение.
Его личный слуга тоже оказался между двух огней.
Пока управляющий не отдавал распоряжений, ему оставалось лишь ждать. Но с другой стороны, Чэнсинь уже несколько раз напоминал, что господин ждёт его: нужно было сходить в чайную лавку и купить свежие пирожные из жёлтого гороха.
Слуга долго размышлял и решил, что управляющий Юй всё-таки человек, занятый множеством дел. Если он его рассердит, в худшем случае получит выговор или его отправят служить в глухое место. Но если обидеть Чэнсиня, тот будет помнить об этом и при каждом удобном случае ставить ему палки в колёса. Тогда спокойной жизни можно будет не ждать.
Слуга закрыл глаза и поторопил Юй Хуайаня:
— Главный управляющий, вам всё-таки нужно принять какое-нибудь решение. В будущем такие случаи, скорее всего, будут повторяться через каждые несколько дней…
Эти слова напомнили Юй Хуайаню о важном.
Действительно.
Пока Юй Цзинсю не вернётся в дом, ему придётся снова и снова просить деньги. Сегодня можно было закрыть этот вопрос, но что делать в следующий раз?.. Если такое продолжится долго, потом будет невозможно разобраться, кто и на что потратил деньги.
Юй Хуайань резко встал:
— Удерживай здесь Чэнсиня. Я пойду к госпоже.
Наконец он отдал распоряжение, и слуга с облегчением поспешил в цветочный зал.
Услышав, зачем пришёл Юй Хуайань, госпожа Юй холодно взглянула на него:
— С каких это пор ты стал управляющим Юй Цзинсю?
У Юй Хуайаня выступил пот на лбу. Он поспешно поклонился:
— Я понял, что нужно делать.
Госпожа Юй тихо произнесла:
— Хорошо.
Затем взяла чашку с чаем.
Юй Хуайань, покрытый потом, вернулся в счётную комнату и велел слуге передать Чэнсиню:
— В доме Юй всегда признавали только распоряжения с печатью и не обращали внимания на слова людей. Пусть принесёт распоряжение и тогда предъявляет счета.
Слуга понял, что управляющий вернулся после разговора с госпожой Юй, поэтому без всякого страха отправился передать ответ.
Чэнсинь подпрыгнул от возмущения:
— Разве господин не занят? Иначе зачем бы он послал меня отчитываться о расходах?
Слуга не испугался и с улыбкой ответил:
— Что вы говорите, брат Чэнсинь? Откуда нам знать, кто именно собирается отчитываться — вы или господин? Вы давно служите в этом доме, так что принесите распоряжение и тогда поговорим.
Чэнсинь от злости лишился дара речи. Добравшись до Юй Цзинсю, он, разумеется, рассказал всё с такими подробностями, что выставил управляющего в самом дурном свете.
Юй Цзинсю побагровел от ярости.
Но девица Мин, находившаяся рядом, стала его утешать:
— Это всё из-за меня господину пришлось терпеть такое унижение. Речь ведь всего лишь о питательных лекарствах. Я и раньше говорила: пища укрепляет тело лучше лекарств. В дальнейшем нужно лишь внимательнее относиться к повседневному питанию.
С этими словами она улыбнулась, взяла руку Юй Цзинсю и положила её на свой ещё не округлившийся живот:
— Мне кажется, он снова немного подрос!
Юй Цзинсю улыбнулся и обнял девицу Мин. Ему стало не до ссоры с Юй Хуайанем.
Когда Юй Цзинсю уснул после обеда, девица Мин позвала свою личную служанку. Она открыла шкатулку, достала золотую шпильку и велела отнести её в меняльную лавку.
— Я боюсь, что кто-нибудь увидит, поэтому позвала тебя сюда. Ни в коем случае не говори об этом господину. Если он спросит, скажи, что у меня ещё оставались кое-какие сбережения.
Юй Цзинсю спал чутко. Как только кто-то вошёл, он сразу проснулся и услышал каждое слово девицы Мин.
На душе у него стало горько.
Если бы только я обладал достаточными возможностями, чтобы построить собственный дом…
Эта мысль промелькнула в его голове, и он вспомнил о Сипин-хоу…
Тем временем наложница Фэй тихо докладывала госпоже Юй:
— …Как вы и велели, я осторожно сказала девице Мин: если у неё родится сын, то, ради будущего внука, вы, конечно, не станете обращать внимания на прежние обстоятельства и примете её.
Она на мгновение замолчала.
Госпожа Юй нетерпеливо посмотрела на неё:
— Неужели она что-то возразила?
— Нет, — поспешно ответила наложница Фэй с улыбкой. — Просто мне кажется, что девица Мин тоже очень умна. Когда я говорила с ней, она молча слушала, но выглядела так, будто не приняла мои слова близко к сердцу.
Наложница Фэй украдкой взглянула на госпожу Юй и нерешительно продолжила:
— Зато её доверенная служанка, когда провожала меня, явно намекнула на кое-что. Сказала, что их семья хотя и пришла в упадок, но когда-то жила в роскоши и не хуже других знает, как устраиваются дела в богатых домах. Мол, у вас есть свой план, а у них — свой способ перебраться через стену. Всё зависит только от того, чьи методы окажутся лучше.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
