Атмосфера в кабинке была очень оживленной, все смеялись от души, и только Жуань Юй, глядя, как Фан Вань то и дело трется о Тэн И, причем делая это как бы невзначай, чувствовала себя крайне скверно.
— Жуань-жуань, видишь? По сравнению со всякими «белыми лотосами» и «зелеными чаями», «стерва-пацанка» — это самое страшное, — неизвестно когда рядом с Жуань Юй уселась Цзянь Сянсян.
— «Стерва-пацанка»?
Цзянь Сянсян, прикрываясь, кивнула в сторону Фан Вань:
— Вроде Фан Вань. Ведут себя развязно, говорят очень прямолинейно и под прикрытием братания с парнями заигрывают то с одним, то с другим.
Заигрывают?
Это слово подходило… просто идеально.
— Знаешь, пару дней назад я видела, как она шла по школе под руку с Чжоу Сихэ. Я чуть с ума не сошла от злости, пошла ругаться с Чжоу Сихэ. И угадай, что он сказал?
Жуань Юй покачала головой.
Цзянь Сянсян глубоко вздохнула, унимая вновь нахлынувший гнев:
— Чжоу Сихэ сказал, что они братаны. Что они не относятся к Фан Вань как к женщине, а она не относится к ним как к мужчинам. Тьфу ты! Чушь собачья! Меня больше всего бесят такие, прекрасно знают, что у парня есть девушка, но все равно виснут на них и любезничают. Просто бесстыжие! Ну и парни, конечно, тоже хороши, они-то в накладе не остаются, так что только радуются, когда к ним лапаются.
Сказав это, Цзянь Сянсян снова кивнула Жуань Юй.
— Смотри, смотри! Опять прилипла!
Жуань Юй посмотрела в том направлении, куда указывала Цзянь Сянсян.
Фан Вань, покачивая бедрами, под прикрытием танцевальных движений положила одну руку на плечо Тэн И, а другую на плечо Сяо Цина. Со стороны это выглядело естественно, но для Жуань Юй это было как заноза в сердце.
Она опустила голову, схватила с журнального столика конфету, развернула и сунула в рот, желая перебить кислоту на душе сладостью, но кто ж знал, что в тарелке лежат леденцы со вкусом мандариновой корки, которые сами по себе кислые.
Жуань Юй уже сожалела об этом и думала, не выплюнуть ли конфету, как вдруг увидела, что Тэн И сбросил «случайную» руку Фан Вань и в такт музыке широким шагом направился к ней.
— О-о-о!
Окружающие начали улюлюкать.
Через журнальный столик Тэн И протянул к Жуань Юй обе руки, жестом приглашая ее взяться за них.
— Невестка! Невестка! Невестка! — скандировали Цайхун и остальные.
Тэн И вывел Жуань Юй в центр толпы. По сравнению с гибкой Фан Вань, ее конечности были словно деревянные. Она совершенно не умела танцевать и не могла исполнять подобные выкрутасы.
— Я… не умею, — Жуань Юй опустила голову; впервые в жизни она чувствовала себя такой неуверенной.
— Ничего страшного, не обязательно уметь, — Тэн И крепко переплел свои пальцы с ее. — Просто следуй за мной.
Музыка все еще продолжалась, Сяо Цин уже взял микрофон — это была заказанная им песня, и как только он открыл рот, его голос слился с оригинальным вокалом.
— Я прошел по самым крутым горным тропам, видел самые великолепные рассветы, в полночь на обочине шоссе говорил ночному небу, что не сдамся, ставил на кон свою жизнь, танцевал с дьяволом, давно раскусил все эти уловки, достаточно оставить хоть каплю истины…
Жуань Юй покачивалась из стороны в сторону, словно ребенок в детском саду. Хотя они договорились, что она будет следовать за Тэн И, в итоге оказалось, что это Тэн И следовал за ней. Их руки были крепко сцеплены; она была неуклюжей, и он был неуклюжим, она была милой, и он был милым… Бог уличных танцев целого поколения скатился до уровня детсадовца, но при этом с удовольствием наслаждался происходящим.
Все смотрели на них двоих, то и дело взрываясь хохотом.
Постепенно Жуань Юй тоже расслабилась и начала веселиться на полную катушку.
Фан Вань неизвестно когда успела уйти, словно на этой вечеринке, если была она, то не было Жуань Юй, а если была Жуань Юй, то не было ее.
Даже самая искусная стерва-пацанка, столкнувшись с непреклонным парнем, оказывается бессильна.
Муха не укусит яйцо без трещины, а одной ладонью хлопка не сделаешь.
Музыка становилась все зажигательнее, а смех все безудержнее.
На протяжении всего этого времени взгляд Тэн И от начала и до конца был устремлен только на Жуань Юй, он не уделял другим ни капли внимания, а в глазах Жуань Юй тоже был только он.
Им не нужно было разговаривать, танец уже заменил все слова.
–_–
Жуань Юй забыла, как Тэн И вытащил ее из толпы; когда она опомнилась, они уже были за дверями приватной кабинки. Снаружи было ничуть не тише, чем внутри, но у них возникло чувство, будто они вырвались на свободу после долгого заточения в клетке.
Взявшись за руки, они стояли бок о бок, прислонившись спинами к стене в коридоре, и слушали, как веселящаяся толпа в комнате повсюду ищет Тэн И.
— Э? Куда делся лаода?
— И правда, как он мог исчезнуть в мгновение ока?
Жуань Юй посмотрела на Тэн И; Тэн И протянул руку, приложил палец к губам, делая ей жест «тсс», и оба тайком улыбнулись друг другу.
— Покатаемся вместе? — прошептал Тэн И ей на ухо. — Только мы вдвоем.
Жуань Юй кивнула.
Это походило на спонтанный порыв и, в то же время, на давно спланированный тайный побег.
Только сев в машину Тэн И, Жуань Юй осознала, что что-то было не так.
— Сегодня твой день рождения, разве нормально, что виновник торжества вот так уходит?
— Так ты знала, что у меня сегодня день рождения?
За весь сегодняшний день его телефон был переполнен поздравлениями, но лишь от нее не было ни единого сообщения, и он решил, что она просто не знает.
— Я днем не смотрела в телефон, узнала только вечером, когда услышала, как об этом говорят.
— Ничего страшного, это не так уж и важно.
— День рождения — это, конечно, важно. Только прости, я не успела подготовить подарок. — Она взяла его под руку и слегка покачала ее, словно кокетничая. — Можно я подарю его потом?
— Не нужно.
— Нет, так не пойдет.
— Правда, не нужно.
Он махнул рукой, манжета сдвинулась назад, обнажив часы на запястье, и она как раз их заметила.
Жуань Юй оттолкнула его руку, вновь почувствовав укол ревности.
— Чужие подарки ты готов принимать, а мой подарок не хочешь, что это значит?
Тэн И смутно почуял неладное, но не понимал, с чего вдруг она ревнует.
— От кого и какой подарок я принял?
Ее взгляд искоса упал на его часы.
— Ты об этом? — Тэн И указал на свои часы.
Жуань Юй промолчала, всем своим видом выражая согласие.
Тэн И рассмеялся:
— Ты даже к моей маме ревнуешь?
— К твоей маме?
— Угу.
Это был подарок на поступление в университет от Шэнь Бин после того, как Тэн И сдал экзамены — часы Баоцзи (Breguet) с двойным временем, стоившие несколько сотен тысяч.
— А я подумала, что это…
— Подумала, от кого?
— Ни от кого. — Конечно же, она не стала бы называть имя Фан Вань.
Тэн И не стал допытываться. В свой день рождения он никогда не принимал чужих подарков, и у него никогда не было такого ритуала, как разрезание торта с загадыванием желаний. Во-первых, у него была аллергия на яйца, и он не мог есть торты, а во-вторых, он считал все это слишком хлопотным. Раньше друзья еще пытались устроить что-то для вида, но позже, узнав о его привычках, постепенно стали пропускать оба пункта, и торт, и подарки.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
