Чжан Шию произнес:
— Только вот эта и-найнай слишком много тревожится, боюсь, как бы это не ранило печень. Я выпишу еще один рецепт для очистки печени, да и в обычные дни ей нужно больше заботиться о себе.
Закончив говорить, он быстрыми взмахами кисти начертал на бумаге два рецепта и еще раз дал наставления Линь Цзиньлоу.
Линь Цзиньлоу почувствовал облегчение. Он нащупал толстый красный конверт и сказал:
— Это лишь скромный знак моего почтения, не обессудьте. В будущем мне наверняка еще не раз придется утруждать почтенного старца визитами.
Чжан Шию прикинул вес конверта на ладони и, почувствовав приятную тяжесть, последовал доброму совету, словно течению воды, и спрятал подарок.
— Линь-цзянцзюнь слишком любезен, — с улыбкой ответил он.
В это время вошла Шу Жань, чтобы долить чаю, и подала Линь Цзиньлоу знак глазами. Тот все понял и под предлогом вышел. Шу Жань прошептала:
— Да-е, пришла Инь-инян. Говорит, второй эр-е с самого утра не в духе. Услышав, что да-е пригласил императорского лекаря, она просит, чтобы тот зашел и осмотрел его.
Линь Цзиньлоу передал просьбу Чжан Шию и велел прислужнице проводить лекаря. Просмотрев рецепты и убедившись, что в них указаны лишь средства для питания крови и восполнения пустоты1, он подозвал Шу Жань и, протянув ей бумаги, сказал:
— В столице есть одна из наших аптечных лавок. По этому рецепту собери десять порций самого лучшего качества. Если в нашей лавке не найдется отборного товара, купи на стороне. — Он помедлил и добавил: — Пусть Сюй Фу лично займется этим делом. Когда вернется и заварит снадобье для Сянлань, он должен самолично проследить, чтобы она все выпила.
Шу Жань промолвила:
— Я как раз входила подлить чаю и краем уха слышала слова лекаря. Не знаю, уместно ли мне будет это говорить…
— Говори, — разрешил Линь Цзиньлоу.
— Хоть у Сянлань и мягкий, добрый нрав, и при встрече она всегда улыбается, но внутри она невероятно твердая. Она проницательна и склонна во всем искать скрытый смысл. Неудивительно, что при такой привычке к долгим раздумьям в ее печени образовался застой. Как по мне, да-е лучше было бы вывезти ее куда-нибудь развеяться: посмотреть на красивые виды или просто пообщаться и посмеяться. В столице немало семей, с которыми мы дружны, пусть найнай навещает их. Если она заведет несколько близких подруг и будет больше разговаривать с ними, все наладится. Мы хоть и ладим с найнай, но, во-первых, мы лишь слуги, и всегда найдется что-то неуместное, а во-вторых, мысли найнай отличаются от чужих, и мы порой не можем понять их до конца. Я видела вчера, как ладно общались с найнай старшая гунайнай и вторая гунайнай, но они ведь не могут постоянно приходить к нам в дом.
Линь Цзиньлоу кивнул:
— Я понял, ступай. Хорошенько прислуживай своей найнай, я не забуду о твоих заслугах.
Шу Жань только этих слов и ждала. С сияющей улыбкой на лице она взяла рецепты и вышла.
Линь Цзиньлоу вернулся в комнату и, увидев, что Сянлань сидит там, не находя себе места, подошел и обнял ее.
— Успокой свое сердце. Лекарь сказал, что это и не болезнь вовсе. Позаботимся о тебе несколько дней, и ты точно родишь мне упитанного мальца.
Сянлань с трудом растянула губы в улыбке, но на душе у нее было крайне тревожно. Сейчас она лишь влачила дни, как же она могла решиться на ребенка?
Видя, что она замерла, Линь Цзиньлоу похлопал Сянлань по маленькой ручке:
— Через два дня старый господин Лу празднует долголетие. Он прислал мне приглашение. Раз уж мы родственники, стоит показаться там. Ты пойдешь со мной, заведешь знакомства, посмотришь оперу, да и просто развеешься.
На юбилей старого господина Лу он поначалу хотел просто отправить кого-нибудь с подарками, но перед отъездом Линь Дунвань настойчиво звала его прийти. Линь Цзиньлоу слышал, что жизнь его сестры в семье мужа текла не совсем гладко, а они все-таки родная кровь, поэтому он решил лично явиться на поклон, чтобы поддержать ее поясницу. Послушав сейчас Шу Жань, он надумал взять с собой и Сянлань. В доме Лу была Линь Дунвань, она не дала бы Сянлань в обиду.
В мыслях у Сянлань царил беспорядок, поэтому она рассеянно соглашалась на все, что говорил Линь Цзиньлоу. Внезапно пришла прислужница с докладом: лекарь Чжан осмотрел Линь Цзиньсюаня и уже откланивается. Линь Цзиньлоу пришлось пойти проводить его. Перед уходом он сказал Сянлань:
— Второй диди снова занемог. Если бы мы не знали, то и ладно, но раз уж стало известно, сходи в кладовую, посмотри, что есть подходящего, и отправь ему от моего имени. Мне еще нужно уйти по делам, так что сам я не пойду.
Сянлань оставалось только согласиться. Она взяла у Шу Жань ключи от кладовой, а когда открыла ее и заглянула внутрь, увидела лишь крупные украшения, отрезы тканей, а от лекарств остались лишь ошметки. Шу Жань пояснила:
— Из-за того, что мы нечасто живем в столице, вещей здесь мало. Лекарства побоялись оставить, чтобы не испортились и чтобы не перепутались их свойства, поэтому часть отдали в нашу аптечную лавку.
Сянлань перебрала отрезы и сказала Шу Жань:
— Тонкое полотно еще ничего, но вот этот шелк и атлас… Боюсь, если они пролежат долго, то потеряют блеск и покроются плесенью.
— Лучшие ткани увезли в Цзиньлин, в кладовой осталось лишь то, что не пригодилось. Хотя они и не сравнятся с шелком из Сучжоу или Ханчжоу, но их называют «столичным шелком»2, они тоже довольно известны. Выбирайте, найнай, какой вам приглянется.
Сянлань вспомнила, как в прошлый раз она нехорошо разошлась с Тань-ши, а поскольку та любила наряжаться, Сянлань, желая примирения, выбрала отрез гранатово-красного цвета. Вернувшись, Сянлань велела на малой кухне приготовить чашу супа из ласточкиных гнезд. Шу Жань уложила ее в короб для еды и вместе с Сянлань отправилась в Канфуцзюй, где жил Линь Цзиньсюань.
Войдя во двор, они увидели служанку в безрукавке цвета крабьего панциря, которая сидела на корточках под карнизом и следила за маленькой глиняной печкой, где варилось снадобье, помахивая круглым веером. Сянлань мельком взглянула на нее и, не придав значения, собралась войти в дом, как вдруг из окна донесся голос Тань-ши:
— Где лекарство? Почему до сих пор не готово? Неужто ушла куда-то бездельничать и не слышишь, как эр-е кашляет?
- Питание крови и восполнение пустоты (养荣补虚, yǎngróng bǔxū) — метод традиционной китайской медицины, направленный на укрепление организма и восполнение жизненных сил. ↩︎
- Столичный шелк (京绸, jīngchóu) — плотный и качественный вид шелка, производимый в Пекине. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
