В октябре Фу Минъюй с руководителями отдела маркетинга отправился в страну N для подписания контракта.
На третий день после его отъезда, после обеда, когда осенний ветер приносил прохладу, а небо было высоким и прозрачным, стоял тихий полдень.
Жуань Сысянь сидела на диване и читала журнал. По телевизору шло развлекательное шоу. Ворсинки ковра колыхались от лёгкого ветра, щекоча ей пальцы ног.
Переворачивая страницу, она рассеянно взглянула на телевизор. В бегущей строке новостей было написано: «Сегодня в 14:03 в стране N произошло землетрясение магнитудой 7,2…»
Через две секунды журнал в руках Жуань Сысянь упал. В голове мгновенно стало пусто.
Когда Жуань Сысянь добралась до здания «Хэнши», Хэ Ланьсян, Фу Боян и Фу Чэнъюй уже были там.
Увидев Жуань Сысянь, Фу Чэнъюй первым заговорил.
— Не волнуйся. Посольство уже подтвердило, что среди погибших нет китайцев.
Эту новость Жуань Сысянь уже видела по дороге. Но отсутствие погибших не означало отсутствия раненых.
Она ничего не сказала, молча села в стороне и уставилась в пол. Лицо её было бледным.
Вокруг сновали люди, шаги были торопливыми, телефоны звонили без умолку, казалось, здесь всё ещё зона бедствия.
В половине седьмого вечера, через четыре с лишним часа после землетрясения, из страны N пришла новость, на земле временно подтверждена безопасность. Рейс «Хэнши», который должен был вылететь из страны N, начал регистрацию.
Но на сегодняшний рейс оставалось всего несколько свободных мест, и все они были отданы пассажирам из последующих рейсов, старикам, слабым и больным.
А за эти четыре с лишним часа мобильная связь в стране N так и не восстановилась. Жуань Сысянь не услышала даже голоса Фу Минъюя.
Хэ Ланьсян принесла чашку горячей воды и села рядом с Жуань Сысянь.
— Попей воды, — она похлопала Жуань Сысянь по спине. — Смотри, у тебя одежда от пота промокла.
Жуань Сысянь залпом выпила целую чашку, но в горле всё равно было сухо.
— Мама…
— Всё хорошо. Говорят же, пострадавших нет, — Хэ Ланьсян сжала ткань на коленях, лицо её было спокойным. — Не волнуйся.
В девять вечера временно выделенный Цзянчэном пассажирский самолёт уже был готов к вылету, предстояло лететь в столицу страны N, чтобы забрать застрявших пассажиров.
Жуань Сысянь переодевалась в форму в кабинете Фу Минъюя.
В пустом кабинете Хэ Ланьсян ходила взад-вперёд. В конце концов она остановилась у двери комнаты отдыха и постучала.
— Может, не ты полетишь? Пусть кто-нибудь другой. Я не могу не волноваться…
Жуань Сысянь открыла дверь. Форма уже была полностью надета.
— Мама, я хочу своими глазами убедиться, что с ним всё в порядке.
— Мы уже подтвердили. В списке раненых его нет. Сейчас он точно в безопасности.
Жуань Сысянь всё равно покачала головой. В её глазах не было ни малейшей уступки.
— Я хочу увидеть его своими глазами.
— Ты… — Хэ Ланьсян на мгновение сжала ладонь, потом разжала. — Лети, лети. Найди его. Но обязательно следи за своей безопасностью.
Тревога Хэ Ланьсян была не напрасной. Обычно на таких маршрутах ставили двух командиров. Но из-за особых обстоятельств в этот раз экипаж должен был состоять из пяти командиров одновременно, и у каждого был опыт полётов на высокогорье.
В авиации существует неписаное правило: «На высокогорье ночью не летают».
Высокогорные маршруты, это маршруты над зонами выше 1500 метров над уровнем моря. А выше 2438 метров, это уже сверхвысокогорные маршруты. Требования к пилотам на таких маршрутах на несколько порядков выше, чем на обычных.
Из Цзянчэна в столицу страны N нужно было не только пересечь Тибетское нагорье со средней высотой 4000 метров, но и пролететь над Эверестом, высочайшей вершиной мира высотой 8844 метра.
Сложность этого маршрута, высшая среди сверхвысокогорных.
Из-за чрезвычайной опасности, ночных полётов по этому маршруту никогда не было.
В половине десятого вечера экипаж собрался. Колонна командиров во главе с ответственным командиром по очереди поднялась на борт.
Хэ Ланьсян проводила их до трапа и всё не отпускала руку Жуань Сысянь.
— Обязательно, обязательно следи за безопасностью. На сверхвысокогорном ночном полёте нельзя отвлекаться ни на секунду.
— Угу, — Жуань Сысянь кивнула. — Мама, не волнуйтесь. Я вернусь домой вместе с ним, целым и невредимым.
Перед тем как войти в пассажирский салон, Жуань Сысянь подняла голову и взглянула на густую ночную тьму.
Луна яркая, звёзд мало. Небо бескрайнее.
Даже если это четыре тысячи метров высокогорья, девять тысяч метров Эвереста, сверхвысокогорный ночной полёт, я всё равно полечу к тебе.
Через три с половиной часа самолёт приземлился в аэропорту столицы страны N.
Стоянка вдали от города была безмолвной. Но душный ветер, казалось, нёс в себе стоны из руин.
Жуань Сысянь была единственным командиром, вышедшим из кабины.
Бортпроводники хлопотали в салоне. Она стояла у входа в салон, всматриваясь в сторону терминала.
Под крылом местный техник, заложив руки за спину, обошёл вокруг два раза. Настроение у него, похоже, было неплохое. Он что-то долго и оживлённо говорил Жуань Сысянь. Она не понимала ни слова. Не мигая, смотрела вперёд.
— My husband this country, I’m here pick him up.
Неизвестно, понял ли техник, что она сказала, но он всё равно продолжал жестикулировать и говорить.
Сколько прошло времени, неизвестно. Люди в аэропорту приходили и уходили волна за волной. Наконец у выхода из терминала Жуань Сысянь увидела знакомую фигуру.
Фу Минъюй не знал, кто именно сегодня в экипаже. Сейчас он хотел только одного, скорее домой.
Дома его ждут. Сейчас, возможно, сгорают от тревоги, не могут найти места.
Он быстро зашагал к стоянке. Следовавшие за ним Бай Ян и остальные тоже торопились, шаги были тяжёлыми.
Подойдя к трапу, Фу Минъюй вдруг остановился. Он поднял голову и увидел человека, стоявшего у входа в салон.
Сначала он решил, что ему показалось. В неверном свете ночи её лицо казалось нереальным, глаза подёрнулись влагой. И только до конца осознал, когда она заговорила.
Вокруг ветер безмолвствовал, в воздухе стояла пыль. Радость спасения и отчаяние безысходности сплелись в воздухе этой страны в сеть, плотно окутавшую каждого, не давая дышать.
А её голос мгновенно разорвал эту сеть.
Впервые Фу Минъюй услышал в её срывающемся голосе нотку обиды.
— Муж, я приехала забрать тебя домой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
