В канун Нового года Фу Минъюй и Жуань Сысянь поехали встречать праздник в резиденцию Хугуан.
На зелёных насаждениях вдоль дороги ещё лежал снег, ветви гнулись под тяжестью, и там, где они проходили, слышался тихий шелест падающего снега.
В гостиной висели несколько красных фонарей, на панорамных окнах были наклеены красные бумажные вырезки. Пусть их было немного, но в тёплом жёлтом свете атмосфера Праздника весны всё же ощущалась.
Когда Фу Минъюй и Жуань Сысянь приехали, новогодний ужин уже был накрыт.
Хэ Ланьсян никогда не любила расточительности в еде. К тому же сегодня тётушка, которая готовила, ушла домой, а остальные готовить толком не умели, могли лишь помочь по мелочи. Поэтому она одна всё организовала, приготовила шесть-семь блюд и на этом остановилась.
Блюд было немного, но они были изысканными.
За столом Хэ Ланьсян бросила взгляд на Фу Чэнъюя и спросила.
— Какие у тебя планы на следующий год?
Фу Чэнъюй начал перечислять рабочие планы. Хэ Ланьсян подняла руку, обрывая его.
— Кто тебя об этом спрашивает? Та самая Вэйвэй, которая в детстве часто к тебе приходила, помнишь? Жань Юйвэй. Она в прошлом месяце вышла замуж. А ты посмотри на себя. Кто из тех, с кем ты рос, ещё не женился? Даже твой младший брат женился.
— Помню. — Фу Чэнъюй пропустил главное. — Она ещё разбила твою вазу.
Услышав это, Фу Чэнъюй добился своего, Хэ Ланьсян действительно больше не хотела обсуждать эту девушку.
Она повернулась к Жуань Сысянь.
— Ты же сдала на права? Может, после Нового года купишь машину?
Жуань Сысянь держала палочки для еды и поперхнулась. Она не знала, что ответить. Рядом с ней перед Фу Минъюем стоял набор для разделки краба. Он выглядел так, будто полностью сосредоточился на разрезании краба, но при этом ничуть не скрывал усмешки.
— Чего ты смеёшься? — спросила Хэ Ланьсян.
— Ничего. Про машину потом решим.
Фу Минъюй, сказав это, повернулся к Жуань Сысянь и приподнял бровь. В его глазах ещё не угасла улыбка, дерзкая, почти наглая.
— Правда же?
— О, да. — Жуань Сысянь опустила голову и принялась за еду. — Не срочно.
Права она действительно сдала, но процесс был на редкость извилистым. Ещё до того, как она записалась на курсы, некоторые опытные командиры предупреждали её: «Не надо, не надо, правда не надо».
Фу Минъюй тоже говорил, что можно не сдавать, куда нужно, позвони, и водитель отвезёт.
Но Жуань Сысянь часто ездила с Фу Минъюем и видела, как он в потоке машин легко обгоняет и меняет полосу. В душе она немного завидовала и тоже хотела покрасоваться. Поэтому в начале года всё же записалась в автошколу.
Но она и представить не могла, что на обычные водительские права у неё уйдёт почти год.
Времени на занятия было мало, это с одной стороны. Но главная причина была в том, что управление автомобилем давалось ей крайне тяжело.
Например, при обгоне она не привыкла смотреть на поток слева и не привыкла смотреть на поток справа. Ей хотелось просто ускориться по прямой и потянуть руль вверх, инструктор от этого хватался за сердце.
На красный свет её первой реакцией было не нажать на тормоз, а найти место, где можно сделать круг.
После посадки самолёт заруливает на стоянку с помощью машины сопровождения. Поэтому, когда она училась парковаться задним ходом, она не привыкла выворачивать шею и смотреть на разметку. Ей всё время хотелось найти машину с большой надписью «follow me», чтобы та просто затащила автомобиль на место.
А когда она сидела в машине одна, без инструктора, и видела, что правое сиденье пусто, ей всё время казалось, что это небезопасно.
В тот день, когда Жуань Сысянь после всех мытарств, наконец получила права, инструктор автошколы, который обучал многих пилотов, давно уже потерял всякое терпение. С сигаретой в зубах он благодушно подшутил.
— Запомни, когда поедешь на заправку, не забудь заплатить.
Жуань Сысянь: «…»
Ну, у нас на самолёте заправка, просто подпись, и никто из пилотов сам не платит.
В тот день, когда Жуань Сысянь принесла домой свою книжечку с правами, Фу Минъюй сидел на диване, тоже с сигаретой. Обернувшись и увидев, что она вошла, он с улыбкой сказал.
— Сдала? Какую машину хочешь? Завтра поедем выбирать.
Но Жуань Сысянь упала лицом в диван и глухо произнесла.
— По дороге домой я подумала, ради безопасности широких народных масс лучше мне не садиться за руль.
Фу Минъюй не только не стал её утешать, но ещё и так расхохотался, что пепел с сигареты посыпался на диван.
На этом история с обучением вождению и закончилась. Жуань Сысянь отказалась от мысли водить самой и спокойно наслаждалась услугами профессионального водителя.
— С машиной можно не спешить, но потренироваться иногда полезно, — Хэ Ланьсян держала ложку и палочки. — У меня есть одна…
— А-а-а-а!
Внезапно раздался вопль Жуань Сысянь. Хэ Ланьсян от неожиданности выронила ложку.
— Что случилось? Что такое?
Не успела она ничего выяснить, как Жуань Сысянь уже отбросила палочки и, как осьминог, повисла на Фу Минъюе. А Доудоу, неизвестно когда выскочивший, вертелся под стулом Фу Минъюя, радостно виляя хвостом.
— Уйди, уйди! Уйди!
Чем сильнее реагировала Жуань Сысянь, тем больше возбуждался Доудоу. Он поднимал лапы и пытался запрыгнуть на стул.
— А-а-а-а!!!
— Как он выскочил?
Хотя это была её собственная собака, но, увидев реакцию Жуань Сысянь, Хэ Ланьсян тоже, казалось, решила, что перед ней какое-то страшное чудовище.
— Эта собака ещё и двери сама открывать научилась?
Фу Минъюй хоть и веселился так, что у него брови дрожали от смеха, всё же встал, держа Жуань Сысянь на руках, и отошёл в сторону.
Он кивнул Фу Чэнъюю.
— Брат, разберись.
Фу Чэнъюй отложил палочки и, схватив Доудоу за передние лапы, полуволоком потащил его наверх.
Но, когда он обернулся, Жуань Сысянь отчётливо увидела, что он тоже улыбается.
А всегда невозмутимый Фу Боян, сидевший за столом, тоже слегка приподнял уголки губ.
Жуань Сысянь: «…»
Когда виновника утащили на лестницу, Жуань Сысянь перевела дыхание и только тогда заметила, что всё ещё висит на Фу Минъюе.
Она тут же спрыгнула, чинно уселась на стул, поправила волосы и сделала вид, что не заметила их смеха.
Но то, что Фу Минъюй до сих пор смеялся, было уже слишком.
Она повернула голову и сквозь зубы произнесла.
— Смешно?
Фу Минъюй дёрнул уголком рта.
— Так себе.
Жуань Сысянь: «…»
Тогда живи до седых волос со своим собачьим сыном, а мы с тобой больше не уживёмся.
После новогоднего ужина они остались ночевать в резиденции Хугуан.
Когда пробило двенадцать, год был встречен. Семья из пяти человек разошлась по комнатам спать.
Жуань Сысянь вышла после душа, бросила взгляд на Фу Минъюя, лежащего на кровати с книгой, обошла кровать и села к нему спиной, нанося лосьон для тела.
Они молчали. В комнате слышался только шелест переворачиваемых страниц.
Закончив с собой, Жуань Сысянь забралась под одеяло, высунула верхнюю половину лица и посмотрела на Фу Минъюя. Она уже собиралась что-то сказать, как вдруг почувствовала, что у шеи что-то прохладное.
Она протянула руку, пошарила под подушкой и вытащила красный конверт.
Жуань Сысянь тут же села и открыла конверт, пересчитывая деньги.
— В этом году тоже есть?
Фу Минъюй спокойно произнёс.
— Угу.
— Если рассказать, люди будут смеяться, — Жуань Сысянь, пересчитывая деньги, улыбалась. — Мне двадцать восемь, а мне всё ещё дают новогодние деньги.
Фу Минъюй протянул руку и обнял её за плечи, тихо сказав.
— Каждый год. Мира и покоя в каждом году.
Жуань Сысянь тихо повторила.
— Мира и покоя в каждом году.
Год за годом. Пусть каждый год будет спокойным.
Зима ушла, пришла весна. Магнолии ещё не полностью отцвели, а лето уже незаметно подкралось.
В этом году было много дождей. Метеорологическая служба заранее объявила о времени выхода тайфуна на сушу. Цзянчэн хоть и не стоял на берегу моря, но лежал на пути тайфуна.
Когда Жуань Сысянь в полдень входила в медицинский центр, небо было ясным и безоблачным. Когда она вышла в шесть, то выглянула наружу и чуть не решила, что ошиблась дверью и попала в другой мир.
У входа в медицинский центр бушевал ветер, дождь лил как из ведра. Деревья вдоль дороги гнулись, строительные ограждения шатались, а большие кадки с растениями в человеческий рост уже валялись на земле.
Зонт в такую погоду мог выполнять лишь символическую функцию. Жуань Сысянь, взглянув на зонт прохожего, который превратился в подобие лотоса, поняла, что не стоит и пытаться.
Люди, стоявшие с ней у входа, тревожно звонили по телефону. Она же стояла спокойно в стороне. И в поле её зрения медленно въехала машина.
Несмотря на ураганный ветер, проливной дождь и гром с молниями, когда казалось, что небо вот-вот рухнет, когда Фу Минъюй с зонтом вышел из машины, низкие тучи, почти касавшиеся земли, словно в одно мгновение приподнялись, освободив чистый клочок неба.
Жуань Сысянь стояла под навесом и смотрела, как Фу Минъюй шаг за шагом идёт к ней. И почему-то чувствовала покой.
Это был третий год их брака.
Волнение перестало быть главным ответом в жизни. Главным стало спокойствие.
— Ты из аэропорта?
— Угу, — Фу Минъюй одной рукой обнял её за плечи, и они вместе вышли из-под навеса под одним зонтом. — В тайфун технические службы закрепляют самолёты. Я заехал посмотреть.
Дождь был слишком сильный. Жуань Сысянь с каждым шагом будто шла по воде. К счастью, на ней были сандалии на плоской подошве с завязками, можно было считать, что она играет в воде.
Но, опустив голову, она увидела, что брюки Фу Минъюя тоже почти промокли насквозь.
— Вообще-то ты мог не выходить из машины. Тут недалеко, я бы сама дошла…
Не успела она договорить, как вдруг почувствовала, что капли дождя, бьющие по ней, изменили направление. И, тут же раздался грохот, что-то с шумом обрушилось.
Не успела она опомниться, как её сильно дёрнули и развернули. Подошвы взметнули в воде брызги высотой в полметра. Одновременно с этим, через тело Фу Минъюя до неё донёсся удар.
А следом, глухой звук и крики вокруг.
В оглушающем шуме дождя Жуань Сысянь слышала только своё глухое, режущее уши сердцебиение и сбившееся дыхание.
Рабочие уже бросились к строительному ограждению, которое рухнуло на спину Фу Минъюя. Только тогда Жуань Сысянь поняла, что произошло.
— Ты в порядке?!
— Куда ударило?!
— По голове не попало?!
В шуме голосов плечи Жуань Сысянь, которую обнимал Фу Минъюй, дрожали. Она долго не могла прийти в себя.
— Ты…
— Я в порядке, — Фу Минъюй отпустил её и пошевелил плечом. — По голове не попало.
Губы Жуань Сысянь слегка дрожали. Она подняла руку, чтобы коснуться его плеча, но не решалась.
— Точно в порядке?
Фу Минъюй нахмурился и глубоко выдохнул.
— В порядке.
— Нет, надо в больницу, — Жуань Сысянь растерянно оглянулась, взгляд её постепенно сфокусировался в размытой дождевой пелене. — Тут как раз больница. Пойдём посмотрим.
— Это медицинский центр, а не больница, — в голосе Фу Минъюя была подавленность, которую, кроме Жуань Сысянь, никто не заметил. — Не паникуй.
— Как я могу не паниковать! Фу Минъюй, ты что, не в своём уме? Ты что, дурак?
В больнице врач после осмотра сказал, что всё в порядке, только поверхностные повреждения.
— Рентген не нужен? — Жуань Сысянь пристально смотрела на врача. — Может, сделаем снимок?
Врач хотел было сразу сказать «не нужно», но, увидев взгляд Жуань Сысянь, на мгновение заколебался.
— Сделаем, — Фу Минъюй снова снял уже надетое пальто. — Пусть успокоится.
Через двадцать минут врач получил информацию из кабинета КТ, поправил очки и поманил Жуань Сысянь посмотреть.
— Видишь? Всё действительно в порядке.
— О.
Выходя из больницы, они увидели, что дождь уже значительно стих. Он моросил, смывая свойственную больницам гнетущую атмосферу.
Жуань Сысянь крепко сжала пальцы Фу Минъюя. В голосе её не было ни капли мягкости.
— Хорошо, что сегодня тебе повезло. Это ограждение не из пластиковой стали, а то бы тебе до конца жизни прислуживали, пока ты ешь, пьёшь и в туалет ходишь.
— Это было бы неплохо.
Жуань Сысянь закрыла глаза, вдохнула, а когда открыла, яростно уставилась на него.
— Я не шучу.
— Угу, — Фу Минъюй небрежно повёл плечом. — Знаю. Пойдём домой.
Хотя врач дал однозначный ответ, Жуань Сысянь всё ещё не могла прийти в себя. Каждый раз, вспоминая тот миг, она чувствовала не только страх, но и щемящую боль.
Она сидела в машине, опустив голову и закрыв лицо руками, глубоко дыша, чтобы успокоиться.
— Ты меня правда до смерти напугал.
— Я…
Фу Минъюй хотел её утешить, но услышал.
— Тебе уже тридцать два. В этом возрасте чаще всего случаются всякие неожиданности. Давай больше так не будем, хорошо?
Фу Минъюй: «…»
— Всё-таки у тебя высшее образование, физический факультет. Не будь такой суеверной, ладно?
Жуань Сысянь уткнулась лицом в руки, потерла глаза, а потом крепко схватила его за руку.
— Слышишь, больше так не делай.
Фу Минъюй не дал ей утвердительного ответа.
— Такие случайности никто не может предвидеть.
Если будет следующий раз, я всё равно поступлю так же.
Жуань Сысянь услышала подтекст. Её пальцы побелели, но она не смогла произнести ничего другого. Все слова были подавлены горечью, поднимавшейся из груди, и загнаны вглубь сердца.
Может, она и была суеверной. Но, пройдя долгий жизненный путь и оглядываясь назад, она понимала, этот год действительно был самым тревожным в её жизни.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
