Послеполуденное солнце было прекрасным, только что перестал идти снег, воздух свежий. Янь Синь сидел в кабинете, перелистывая, только что доставленные, документы о зимнем налоге, внимательно делая пометки. Фэн Чжи трижды заходил передать, что еда готова, но его каждый раз выгонял стражник у дверей, А Цзин, и ему пришлось обиженно ждать за дверью.
Ветер мягко дул, аромат из курильницы на столе медленно извивался. Вдруг в воздухе появился свежий запах, не пудра и румяна дворца, не аромат орхидей из оранжереи дворца Иньгэюань, не зелень бамбуковой рощи, а что-то уникальное, желтый песок и земля, со смесью резкого запаха лезвия клинка.
Янь Синь нахмурился, поднял голову, увидел вошедшего и взгляд сразу смягчился. Он хотел что-то сказать, но почувствовал, что происходящее выглядит забавным, поэтому отвернулся, пытаясь сдержаться, но уголки губ постепенно изогнулись в улыбку.
— Ты уже достаточно посмеялся?
Вошедшему было лет пятнадцать-шестнадцать, еще молодой юноша. Кожа белая, глаза как вода, одет в синие доспехи и кожаный панцирь, что делало его еще более мужественным и энергичным. Прислонившись к дверному косяку, он скрестил руки на груди. В глазах блестела легкая усмешка, он упрямо и недовольно сказал.
— Снаружи холодно.
— Когда вернулась? — голос Янь Синя был теплым и мягким, как весенняя вода, его облик словно мгновенно сбросил всю резкость, он смотрел на теплые глаза пришедшего и тихо улыбался.
Юноша тоже улыбнулся, склонив голову, ответил.
— Не так давно.
— А, почему не зашла?
Юноша надул губы и с пренебрежением фыркнул.
— Кто-то сказал, какие бы ни были важные дела, никого не впускать.
Янь Синь кивнул.
— Правда? Раз я так сказал, а они все же тебя впустили, их намерения достойны смерти, действительно нужно казнить.
— Я ведь все еще стою у двери, — юноша поднял брови. — Как посмела бы нарушить правила великого наследника Янь?
Янь Синь только хотел ответить, как маленький слуга Фэн Чжи, стоявший позади юноши с коробкой еды, наконец не выдержал.
— Господа наследник Янь, молодой господин Чу, хватит уже перебрасываться словами! Эту еду я уже велел кухне разогревать больше десяти раз, вы хоть немного поешьте!
— Ладно, — юноша взял коробку с едой, шагнул внутрь и с улыбкой сказал. — Ради сохранения лица Фэн Чжи.
Маленький слуга вытер пот и вышел. Янь Синь поднялся из-за стола, подошел, снял с юноши плащ, положил на стул, затем вернулся и сел за стол. Он смотрел, как юноша расставляет все блюда, затем закрыл глаза, понюхал и с упоением сказал.
— Как вкусно пахнет! А, я раньше не чувствовал.
— Твой нос уже бесполезен. Если бы я не вернулась, ты бы умер с голоду.
Наполнив чашку рисом для Янь Синя, юноша прямо сел рядом с ним и с аппетитом начал есть.
— Все-таки тетушка Юй лучше всех готовит.
Выражение лица Янь Синя слегка изменилось, проявилась редкое сочувствие. Он опустил голову, посмотрел на юношу и тихо сказал.
—Тяжело было в пути?
— Нормально, — юноша покачал головой. — Просто холод невыносимый.
— Ноги снова отморозила?
— Нет, сапоги, которые ты дал, действительно теплые, очень удобно.
Янь Синь кивнул, уверенно сказав.
— Впредь такие дела поручай Ци Хэ и другим, тебе не нужно всегда бегать туда-сюда.
— Я бы тоже хотела сидеть в комнате и не выходить, но, как можно быть спокойным? — юноша тяжело вздохнул. — К счастью, уже недолго. Еще полгода, и нам больше не придется так тяжело.
Глаза Янь Синя заблестели. Ветер снаружи врывался через, слегка приоткрытое, окно, принося свежий аромат бамбуковой рощи.
— Ты видела господина У?
— Нет, — юноша покачал головой. — Я видела Си Хуа. Он сказал, что господин У уже приехал в столицу заниматься делами зимнего налога, велел тебе не слишком беспокоиться.
Янь Синь кивнул и тяжело вздохнул.
— Это хорошо. Я уже несколько ночей не спал спокойно, все время занимался этим делом. С приездом господина У у меня будет меньше забот.
— Во дворце все спокойно?
Янь Синь холодно усмехнулся, не скрывая насмешки в уголках губ.
— Как всегда. Не знаю, слышала ли ты новости, Вэй Шу Ю вернулся, мы сегодня с ним даже столкнулись.
— Слышала, — юноша кивнул. — Обвал императорской гробницы на горе Наньцзи, Вэй Шу Ю не избежать ответственности. Говорят, его уже сняли с должности начальника столичного управления, только не думала, что он вернется так быстро.
Янь Синь положил палочки, поднял чашку с чаем и отпил.
— Твой ход с подрывом основы сделан хорошо. Сейчас во дворце повсюду слухи, что Вэй Гуан намеренно устранился, хочет избавиться от этой должности. Тот из дворца Сяхуа хотя и не высказался, но другие старейшины Совета очень недовольны Вэй Гуаном. Несколько дней назад при выделении земель коллективно перекрыли Вэйям дорогу. Хотя Му Хэ Сифэн ни на что не способен, Му Хэ Юнтина уже нет, но Му Хэ Жунчэн не промах. Когда он вернется из Силина, в Совете старейшин будет жарко.
Юноша поднял голову, твердо сказав.
— Это дело нужно продолжать, нельзя расслабляться. Не беспокойся, я все улажу.
Янь Синь кивнул.
— Я доверяю твоим способностям.
Сказав это, он вдруг засмеялся, поднял длинные пальцы и нежно провел по щеке юноши. Лицо юноши было белым, как нефрит, кожа прозрачной и гладкой, с оставшейся прохладой с улицы. Кончики пальцев Янь Синя были теплыми. Юноша вздрогнул, лицо невольно слегка покраснело, неловко оттолкнул его руку и нахмурился.
— Что ты делаешь?
— Вот, — Янь Синь протянул руку, на кончиках пальцев блестело зернышко белого риса, он с улыбкой сказал. — А Чу, ты правда наголодалась снаружи. Похоже, мне нужно хорошо тебя вознаградить.
Юноша только хотел ответить, но вдруг заметил палец Янь Синя. Та рука была белой, как нефрит, четыре пальца длинные, но его мизинец был отрублен на отрезок.
Взгляд юноши сразу стал холодным. Он медленно доел рис, затем поднял голову и твердо сказал.
— Если на этот раз получится, Вэй Шу Ю уже никогда не поднимется.
Воздух вокруг на мгновение застыл. Янь Синь, глядя на профиль А Чу, протянул руку и нежно похлопал по плечу.
— А Чу, не думай так много.
— Янь Синь, я не буду опрометчива, буду действовать по силам, — голос А Чу вдруг стал глухим, она понизила его, медленно сказав. — Мы уже ждали столько лет, у меня не будет такого нетерпения.
Послеполуденное солнце было теплым, сквозь оконные рамы освещая их обоих. В воздухе, казалось, чувствовался запах весны.
Время летело, бывшие маленькие дети уже давно выросли. Снаружи было яркое солнце, мир менялся, но некоторые вещи, словно старое вино, становились все ароматнее.
— А Чу, на этот раз, вернувшись, больше не уезжай, хорошо отдохни. Еще полгода и я отвезу тебя в Яньбэй.
Чу Цяо подняла голову. Хотя она была еще молода, ее маленькое лицо уже приобрело черты красавицы, глаза изогнутые, но в отличие от обычных девушек из знатных семей, в них было больше мужественной резкости и света мудрости. Она опустила голову, прижала лоб к груди Янь Синя, слегка кивнула и тихо сказала.
— Хорошо.
Янь Синь протянул руку, обнял плечи девушки, нежно поглаживая ее по спине.
— Когда мы приедем в Яньбэй, будет разгар лета, пастбища зеленые. Я отвезу тебя на равнину Холэй охотиться на диких лошадей.
— М-м, — голос Чу Цяо был глухим. — Мы обязательно поедем.
Время текло медленно, плечо Янь Синя немного затекло, но Чу Цяо долго не говорила. Мужчина опустил голову и заметил, какие у девушки длинные ресницы, отбрасывающие тень под веками, на солнце они были еще более красивые.
— А Чу? — тихо позвал Янь Синь.
Увидев, что Чу Цяо не реагирует, невольно тихо рассмеялся, она так и уснула. Встав, он обнял ее и поднял на руки, а Чу Цяо, с ее бдительностью, даже не пошевелилась, словно знала, что в безопасном месте, спокойно и тихо спала. Как только он вышел из кабинета, ему навстречу попался А Цзин. Янь Синь нахмурил брови, А Цзин и несколько слуг сразу упали на колени, не смея дышать, только смотрели, как Янь Синь несет юношу в кожаных доспехах, медленно направляясь в спальню.
Через некоторое время наследник Яньбэй вышел из комнаты, и А Цзин поспешил подойти.
— Что случилось?
— В пути попали в засаду. Госпожа с людьми обходным путем, через тропу Люее, вернулась. Боялась, что господин наследник будет волноваться, три дня не слезала с седла, не отдыхала. Наверное, сейчас сильно устала.
Янь Синь нахмурил брови и жестко спросил.
— А, те люди?
— Сейчас в городке Ляншань в восьмидесяти ли к западу от Чжэньхуана. У нас есть наблюдающие. Господин наследник, действовать?
— М-м, — Янь Синь кивнул, и со спокойным лицом направился в кабинет.
— Тогда ещё, — А Цзин слегка заколебался, подумал и все же спросил. — Те купцы, торгующие каменными материалами для императорской гробницы, которых подкупила госпожа?
Янь Синь немного помолчал, затем сказал.
— Раз уже бесполезны, так же устранить.
— Слушаюсь, подчиненный исполнит.
С горы Яланьшань медленно дул холодный ветер. Янь Синь поднял голову и увидел маленькую белую птичку с еще не отросшими перьями, кружащую в северном ветре. Неизвестно, привлек ли ее аромат от него, но она совсем не боялась, парила над его головой, хлопала крыльями, взлетала и опускалась, с любопытством чирикая.
А Цзин слегка удивился, затем радостно воскликнул.
— Это же птица цанъу! Господин наследник, наверное, маленькая птичка цанъу заблудилась. Эта птица очень понимает людей, не боится незнакомых, очень редкая, многие дрессируют для забавы. Такую маленькую птицу цанъу я вижу впервые.
— Правда? —равнодушно ответил Янь Синь, протянул руку, глядя на птичку, кружащую в воздухе, слегка приподнял брови.
Птичка чирикала, казалась очень любопытной. Несколько раз хлопнув крыльями, она села на палец Янь Синя, нежно клюнула его ладонь желтым клювиком, черные глазки подвижно вращались, очень доверчиво.
А Цзин очень удивился, только хотел воскликнуть, как вдруг раздался хруст. Ладонь Янь Синя мгновенно сжалась с силой. Редкая птичка даже не успела вскрикнуть, с глухим стуком упала на землю.
— Нельзя так легко доверять другим. Если бы я не убил тебя, ты все равно бы рано или поздно умерла от чужой руки.
Мужчина в черном халате развернулся, фигура прямая, и в мгновение исчез среди павильонов и беседок. Сильный ветер дул, снег летел хлопьями и быстро покрывал тело птички.
Хотя земное тепло согревало, но все же это было разгар зимы. Солнце медленно садилось за горы, приближалась ночь.
