Простое прощание, и Линь Ваньсин села на переднее пассажирское сиденье микроавтобуса.
Машина объехала территорию школы от общежития, по обеим сторонам мелькали тени деревьев, и через пять минут они были на месте.
——
Улица Утун, дом 17 — здесь находился дом, купленный дедушкой и бабушкой.
Это была простая старая многоэтажка в самом обычном жилом квартале.
Стены были тёмно-пепельного цвета, по углам виднелись следы облупившейся краски, сквозь которые проступал более тёмный бетон и красный кирпич. Поскольку на первом этаже раньше располагались продлёнка и лавочка, которые держали дедушка с бабушкой, зелёная железная дверь в подъезд была исписана мелом — каракулями озорных мальчишек, а девочки любили лепить на неё наклейки.
Линь Ваньсин открыла дверцу машины; ещё мгновение назад она была погружена в поток воспоминаний, а в следующую секунду замерла, лишившись дара речи.
Зелёная железная дверь подъезда выглядела точно так же, как в её памяти, но сейчас она была плотно заперта, а у входа стояли несколько подозрительных старшеклассников.
Чэнь Цзянхэ, Цинь Ао, Юй Мин, Ци Лян, Фу Синьшу…
Линь Ваньсин протёрла глаза. Ещё нелепее того факта, что она нашла спокойную работу, а в итоге тратит все силы и время на учеников, было то, что при переезде она умудрилась наткнуться здесь на этих сопляков из футбольной команды?!
При встрече старых знакомых искры летят. Чтобы перехватить инициативу, нужно спросить первым. Поэтому, когда в унисон прозвучало: «Вы что здесь делаете?», Линь Ваньсин поняла — перекричать учеников ей не под силу.
— Это мой дом, — Линь Ваньсин поспешно жестом велела им говорить тише.
Вокруг внезапно стало тихо. В этот самый момент в подъезде послышались шаги, раздался скрип, повернулись петли, и железная дверь распахнулась.
Ван Фа, одетый в свободный домашний спортивный костюм, показался в дверях.
Сенсорный свет в подъезде внезапно погас, и следующая сцена стала напоминать эпизод из какого-нибудь ситкома.
Три стороны стояли на пятачке перед входом площадью меньше двух квадратных метров и молча смотрели друг на друга. Глаза Цинь Ао округлились, но он не смел издать ни звука. Ци Лян среагировал первым: он подошёл к ней и, притворившись, будто шепчет, спросил:
— Учительница, тренер тоже живёт у вас?
— Нет, я только что переехала, — поспешно объяснила Линь Ваньсин.
— Переехали, чтобы жить вместе с тренером? — снова прозвучал тот же вопрос.
— Но вы же сказали, что это ваш дом, почему тогда «только что переехали»? — не унимался Ци Лян.
— Учительница, с вами что-то не так.
Ученики затараторили наперебой, вставляя свои пять копеек, и Линь Ваньсин не знала, как и оправдаться.
Ей оставалось лишь умоляюще посмотреть на Ван Фа, но молодой человек всё это время просто стоял, прислонившись к перилам, и не проронил ни слова.
— Вы тоже здесь живёте? — спросила она Ван Фа.
— Разве вы не знали об этом раньше? — ответил Ван Фа.
Линь Ваньсин замерла с приоткрытым ртом, только сейчас вспомнив, что Ван Фа действительно говорил, будто снимает здесь жильё.
— И что вы делаете внизу в такой поздний час? — спросила Линь Ваньсин.
— Вообще-то собирался купить пачку сигарет, а теперь, заодно, встречаю вас.
Линь Ваньсин: «…»
Совершенно обычные слова в устах Ван Фа прозвучали как-то странно, и в глазах учеников вспыхнул азарт — они явно предвкушали интересное зрелище.
К счастью, в этот момент водитель микроавтобуса выпрыгнул из машины и начал выгружать из багажника тяжёлые коробки и её вещи, разрядив неловкую обстановку.
— Вещи я оставлю здесь. За подъём на этаж отдельная плата, — предупредил водитель.
— Сколько это будет стоить? Помогите мне, пожалуйста, поднять их, — ответила Линь Ваньсин.
— Какой этаж? Лифта же нет? Подъём стоит семьдесят юаней за этаж, предупреждаю сразу.
Линь Ваньсин только хотела согласиться, но Цинь Ао взглянул на водителя так, словно тот спятил:
— Не надо, мы сами всё поднимем.
Водитель хотел было что-то возразить, но Цинь Ао его просто выпроводил.
Цинь Ао подозвал Юй Мина, чтобы тот помог с вещами. Положив руку на коробку, он принялся поучать:
— Этот человек вас просто обдирает. За такие вещи обычно берут по тридцать за этаж. Он и за проезд с вас лишнего содрал, да?
— Оплата была через приложение по единому тарифу, он не брал лишнего, — пролепетала Линь Ваньсин, совершенно оробев под нравоучениями ученика.
Цинь Ао остался доволен ответом. Они с Юй Мином присели, собираясь поднять коробку. Крепкие парни подсунули руки под дно и резко потянули вверх — на их руках вздулись вены, но коробка ростом в полчеловека даже не шелохнулась.
— Вот чёрт, что у вас там внутри? — Цинь Ао выдохнул, вытащил пальцы и, вскочив, спросил: — Почему она такая тяжёлая?
— Э-э… она и впрямь тяжёлая, поэтому я и сказала, что семьдесят — это не так уж дорого, — беспомощно произнесла Линь Ваньсин.
Ученики загалдели, желая проверить, насколько тяжёлая коробка. В этот момент подошёл Ван Фа. Он сменил Фу Синьшу и взглядом указал Цинь Ао, Юй Мину и Чэнь Цзянхэ занять места у остальных трёх углов.
Ван Фа присел, его мышцы на руках напряглись, прорисовывая мощный рельеф. Им даже не понадобилась команда «и-раз» — четверо одновременно приложили усилия и подняли коробку.
Линь Ваньсин поспешила распахнуть дверь в подъезд как можно шире. Снова сработал сенсорный свет, осветив тонкие проржавевшие железные перила и длинную ветхую лестницу.
Ван Фа, неся коробку, шёл последним, приняв на себя основную тяжесть груза.
— Какую марку вы курите? — Линь Ваньсин чуть задрала голову, глядя на него.
— «Люйцзин», — ответил Ван Фа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
