У входа в квартиру Шэнь Цяньчжань стояла камера видеонаблюдения: поскольку она часто уезжала в командировки, система была привязана не только к её телефону, но и к смартфону Су Цзаня. При малейшем движении у двери устройство мгновенно отправляло уведомление.
Она не ответила напрямую, а спросила в ответ:
— Что-то случилось?
— Не совсем дело, — сказал Су Цзань. — Сегодня вечером я повёл Цяньцянь на ужин и там встретил сестру Ай.
Шэнь Цяньчжань приподняла бровь: она примерно догадалась, что с появлением Ай И — настоящей «перемешивающей ложки» — вечер Су Цзаня прошёл далеко не гладко.
И действительно: тон Су Цзаня сразу изменился — он стал жалобным и обиженным:
— Цяньцянь сейчас и так нелегко живёт, а сестра Ай, неизвестно почему, сегодня весь вечер то льстила, то колола — и даже распространила слух, будто шанс Цяньцянь вернуться в шоу-бизнес ограничен ближайшим временем: мол, «Цяньдэн» недавно установил партнёрские отношения с «Бучжунсуй», и благодаря этому модные контракты для Цяньцянь вот-вот взлетят до небес!
А она-то думала — что-то серьёзное…
Шэнь Цяньчжань, вскрывая коробку с силой, спросила:
— А ты не воспользовался случаем и не выторговал для Цяньцянь ещё пару контрактов?
«Цяньдэн» в индустрии славился своей преданностью артистам: когда Шэнь Цяньчжань работала с Цяньцянь, она лично присутствовала на всех банкетах и ужинах, каждому тосту сопутствовала радужная похвала — так что жадные инвесторы, пытавшиеся воспользоваться моментом, даже поднять бокал не могли.
Су Цзань перенял этот подход: кроме важнейших мероприятий, он почти никогда не брал Цяньцянь с собой.
То, что сегодня он привёл её на ужин — да ещё и при участии Ай И — означало, что за столом сидели как минимум три крупных инвестора.
— Современные инвесторы не глупцы, — вздохнул Су Цзань. — Работа с фигурантами скандалов рискованна. По-моему, выход из этой ситуации — только если Цяньцянь реально получит модные контракты от «Бучжунсуй».
Затем он пробормотал себе под нос:
— Китайским бренд-амбассадором «Бучжунсуй» является Чу Сысы — та самая, что постоянно сравнивает себя с нашей Цяньцянь и соревнуется в красоте. Обычно контракт на бренд-амбассадора обновляется раз в год — я прикинул: срок Чу Сысы, скорее всего, скоро истекает.
— Эй, сестра Чжань! А если мы приложим усилия к господину Цзи — есть шанс добиться этого? — спросил Су Цзань и тут же сам себя опровергнул:
— Но у меня даже нет контактов господина Цзи…
Рука Шэнь Цяньчжань, рвущая пластиковую упаковку, замерла — а затем её сердце радостно застучало:
— Это просто! У Цяньцянь сейчас нет съёмок, верно? Пусть завтра придет в офис, я возьму её с собой купить часы.
На следующее утро.
Су Цзань, с утра прихватив лёд-американо, уже ждал в кабинете Шэнь Цяньчжань, лишь бы узнать подробности «часового плана».
Но, к сожалению, лёд-американо успел прогреться от центрального отопления, а Шэнь Цяньчжань так и не появилась.
Шэнь Цяньчжань рано утром уехала в Миюнь.
В кругах слухи о том, что она ищет сценариста для переписывания сценария, давно не были секретом. Накануне вечером режиссёр, ранее сотрудничавший с Шэнь Цяньчжань, порекомендовал ей известного сценариста.
Репутация этого человека Шэнь Цяньчжань знала давно, и после краткого общения накануне вечером узнала, что он сейчас работает в Миюне — поэтому сразу же утром отправилась туда на встречу.
Вернулась она как раз к концу рабочего дня.
Едва Шэнь Цяньчжань успела присесть на стул в своём кабинете, как тут же повела Цяньцянь в «Шицзяньтан». Только по пути у неё нашлось время рассказать Су Цзаню о своём необычном опыте в приложении экспертов.
Выслушав, Су Цзань изобразил лицо человека, только что съевшего нечто крайне неприятное:
— Сестра Чжань, если бы ты прямо сказала, что у вас с господином Цзи тайные отношения — я бы не осудил. Но выдумывать такие истории — совсем неинтересно.
Шэнь Цяньчжань, любуясь свежим маникюром, сделанным в Миюне, даже не подняла головы:
— Веришь — хорошо, не веришь — тоже нормально.
Только Цяньцянь, чей интеллект оставался на высоте, чувствовала лёгкое беспокойство:
— Сестра Чжань, мне кажется, господин Цзи проявляет интерес исключительно к инвестициям в проект. А вы берёте меня с собой обсуждать возможности спонсорского контракта — не получится ли так, что мы испортим дело?
Шэнь Цяньчжань наконец оторвала взгляд от своих только что сделанных в Миюне маникюрных шедевров и бросила быстрый взгляд на Цяньцянь:
— Кто сказал, что я веду тебя обсуждать спонсорские контракты? Я ведь не твой агент — распределением ресурсов я не занимаюсь.
Цяньцянь замерла, растерянно посмотрев на Су Цзаня за поддержкой.
Су Цзань, хорошо знавший характер Шэнь Цяньчжань, лишь слегка кивнул в сторону:
— Она просто хочет купить часы вместе с тобой — чтобы у неё был весомый повод снова увидеться с господином Цзи.
А что до спонсорского контракта… Су Цзань успокоил себя: стоит только закрепить инвестиции в проект — и спонсорские возможности, возможно, сами упадут прямо в тарелку.
Мэн Ванчжоу, не ожидавший столь скорой встречи с Шэнь Цяньчжань, растерялся и простоял в немом изумлении целых три секунды, прежде чем пригласить всех присесть.
В отличие от скованного Мэна Ванчжоу, Шэнь Цяньчжань держалась совершенно непринуждённо: она указала на Цяньцянь, которая, надев солнечные очки, внимательно осматривала окружение, и сказала:
— Моя подруга пришла покупать часы, а я — чинить.
Мэн Ванчжоу не упомянул, что обычно именно он занимается ремонтом часов.
Он почесал затылок, смущённо:
— Цинхэ не берётся за заказы. Может, вы сразу пойдёте к нему? Вашу подругу я с радостью приму.
Шэнь Цяньчжань как раз это и собиралась сделать: она взяла сумочку и, будто по родному дому, легко открыла потайную дверь и направилась в мастерскую Цзи Цинхэ.
Был вечер, когда солнце уже клонилось к западу, а тонкий туман мягко окутывал всё вокруг.
Цзи Цинхэ сидел за рабочим столом и, чуть наклонив голову, вслушивался в звучание механизма после регулировки зубчатых колёс.
В ушах едва слышно зазвенели колокольчики, а вслед за тем раздался звонкий, совершенно бесстыдный стук каблуков — он нахмурился и обернулся: Шэнь Цяньчжань уже пересекала пустую среднюю площадку двора и шла к нему с лёгкой, уверенной поступью.
Ранее раздражавший его стук каблуков теперь напоминал ось минутной стрелки: каждый её шаг точно попадал в ритм времени.
— Сестра Чжань, — сказала она, словно вчерашняя размолвка и не случалась, — мы снова встретились.
Цзи Цинхэ снял очки, и его чёрные, как смоль, глаза несколько секунд не отрывались от неё, затем в уголках губ мелькнула едва уловимая улыбка:
— Я не так уж удивлён.
Шэнь Цяньчжань намеренно проигнорировала эти слова, мигнула и, глядя на циферблат перед ним — разобранный на детали до полной неузнаваемости, — спросила:
— Господин Цзи, вы чините часы?
На этот раз Цзи Цинхэ просто промолчал: он откинулся на спинку стула, расслабленно и непринуждённо, ожидая, как она будет продолжать.
Он не подхватывал реплику — и Шэнь Цяньчжань пришлось перескочить через все предварительные этапы: она достала из сумочки три совершенно разных модели часов:
— Я пришла чинить часы. Господин Цзи, какая из этих моделей вас заинтересует?
Цзи Цинхэ опустил взгляд.
Перед ним лежали три модели: детские электронные часы, автоматические механические часы и кварцевые часы.
Межбровное пространство у него едва заметно заныло.
Он бросил взгляд на старенькие детские электронные часы и безмолвно поднял глаза.
Хотя он ничего не сказал, его взгляд словно спрашивал:
— Вы хотите меня унизить?
Шэнь Цяньчжань слегка дернула уголком рта, подперев подбородок одной рукой, и зловредно подмигнула ему:
— Господин Цзи, вы человек важный и, видимо, забывчивый: в ту ночь вы готовы были вырвать своё сердце и отдать мне — а теперь даже часы починить не желаете?
Она сделала шаг вперёд, слегка загнула мизинец и добавила:
— Я человек практичный и очень целеустремлённый. Если не станем партнёрами — останемся врагами.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.