Вернувшись в институт молний, я впал в крайне подавленное состояние: целыми днями просиживал в общежитии, пьянствовал и бесцельно тратил время в полузабытьи. В тот день меня навестил Гао Бо. Он сказал:
— Тебя можно описать только одним словом: глупец.
— Это ещё почему? — лениво спросил я.
— Ты думаешь, что, забросив разработку оружия, сразу станешь святым? Любая гражданская технология может быть использована в военных целях, и точно так же любая военная разработка может принести пользу людям. На самом деле почти все величайшие научные достижения этого века — космонавтика, использование ядерной энергии, компьютеры и так далее — стали результатом сотрудничества двух совершенно разных групп людей: учёных и военных. Как ты можешь не понимать таких простых вещей?
— У меня свой особый опыт и душевные раны, которых нет у других. К тому же я с тобой не согласен: я обязательно найду такой проект, который будет лишь спасать жизни и приносить пользу, и никогда не превратится в оружие.
— По-моему, это невозможно, ведь даже скальпелем можно убить. Но всё равно, сейчас тебе полезно чем-нибудь заняться.
Когда Гао Бо ушёл, было уже поздно. Я погасил свет и лёг, погрузившись в состояние полудрёмы, как и каждую ночь в последнее время. Такой сон утомлял больше, чем бодрствование, потому что кошмары следовали один за другим. Сюжеты снов редко повторялись, но у всех был один и тот же звуковой фон — заунывный свист летящей шаровой молнии, похожий на звуки одинокого сюня, вечно играющего в пустоши.
Меня разбудил звук — короткий сигнал «бип». Хотя он был мимолётным, я сумел отличить его от шумов в мире кошмаров и ясно осознал, что он доносится из реальности за пределами сна. Я открыл глаза и увидел, что комната залита призрачным синим светом. Свет был тусклым и время от времени подрагивал. Потолок в этом сиянии казался мрачным и холодным, словно свод склепа.
Я приподнялся на локте и обнаружил, что синий свет исходит от ЖК-экрана моего ноутбука, стоящего на столе. Днём, разбирая сумку, которую я привёз с базы и несколько дней ленился открывать, я нашёл этот компьютер. Я подключил его к сети, чтобы выйти в интернет, но после нажатия кнопки включения экран остался чёрным — появилось лишь несколько строк с сообщениями об ошибках самопроверки ПЗУ. Только тогда я вспомнил, что именно этот ноутбук я брал на полигон для испытаний оружия на основе шаровых молний. Там его процессор и планки памяти сгорели от выброса энергии шаровой молнии, превратившись в мелкий белый пепел, и я просто забросил его.
Но сейчас компьютер запустился! Этот компьютер без процессора и оперативной памяти включился! На экране возникла заставка загрузки Windows XP, и под тихий стрёкот жёсткого диска появился рабочий стол. Синее небо казалось таким неземным, а зелёный луг — ослепительно ярким; они словно принадлежали иному, таинственному миру, а ЖК-экран был окном в ту вселенную.
Превозмогая себя, я встал, чтобы включить свет. Дрожащие руки с трудом нащупали выключатель. Пара секунд между щелчком и тем, как зажглась люминесцентная лампа, показались мне мучительно долгими, почти удушающими. Свет залил комнату, поглотив призрачное синее сияние, но ужас, сковавший всё моё существо, ничуть не утих. В этот миг я вспомнил слова, сказанные Дин И при расставании.
— Если что-нибудь случится, позвони мне, — сказал он тогда многозначительно, глядя на меня тем самым особенным взглядом.
Я схватил трубку и в панике набрал номер Дин И. Он, очевидно, ещё не спал — ответил после первого же гудка.
— Скорее приезжай ко мне, как можно быстрее! Он… запустился! Он работает! Только что… я имею в виду, ноутбук включился… — В таком состоянии мне было трудно внятно излагать мысли.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.