Глава 80. Ва-банк
Ранней весной того года Шан Чжитао вновь осознала, насколько тяжела её работа.
Она сидела в зале заседаний рядом с коллегами из отдела планирования и участвовала в телефонной конференции с Луань Нянем, который находился в далёкой Америке.
Грейс сказала Шан Чжитао:
— Флора, не спеши. Хотя работа отдела планирования отличается от работы отдела маркетинга, суть и ядро деятельности на самом деле не изменились. За последние годы ты заложила хорошую базу, так что быстро во всём разберёшься.
Грейс была её новой наставницей в отделе планирования.
Шан Чжитао нравилась Грейс — та была очень рациональным, профессиональным и талантливым человеком. С тех пор как Шан Чжитао услышала её отчёт о результатах работы, за который Грейс получила опцион на миллион, она стала для неё истинным кумиром.
В это время Грейс была уже на позднем сроке беременности, на её лице проступили бледные пигментные пятна, но она всё равно сохраняла свою интеллектуальную красоту.
— Записывай всё, что не понимаешь во время совещания, а после всё сразу у меня спросишь, — сказала ей Грейс. Несмотря на то, что Грейс была очень хорошим человеком, у неё был свой небольшой расчёт. Когда в отделе планирования проходил внутренний конкурс на должность, Грейс поставила Шан Чжитао высокие баллы, потому что та заслуживала доверия. Грейс была беременна, и при уходе в декрет ей неизбежно пришлось бы передавать свои проекты. То, кому именно их передать, было целым искусством. В отделе планирования каждый был себе на уме и метил в начальники; если отдать проекты таким людям, вернуть их потом будет очень сложно. А впереди её ждал период кормления, и вполне вероятно, что на этом её карьера в «Линмэй» могла закончиться.
Поэтому она остановила свой выбор на Шан Чжитао.
Шан Чжитао была надёжной. Грейс долго наблюдала за ней: она честная, добрая, полная сочувствия. Грейс сделала на неё ставку.
Луань Нянь спросил на том конце провода:
— Сегодня новые коллеги вышли на работу?
Грейс ответила:
— Флора вышла вчера, сегодня она впервые участвует в собрании отдела планирования. Ещё один внутренний сотрудник пока передаёт проекты и сегодня подключился удалённо. У коллеги из внешнего найма скончался кто-то из близких, поэтому дата выхода отложена. Кроме того, сегодня со мной связался отдел кадров: в этом году в рамках кампусного рекрутинга планируется выделить две вакансии для отдела планирования, упор будет сделан на зарубежные вузы.
— Хорошо. Начнём.
Темп совещаний в отделе планирования был слишком быстрым.
Хотя Шан Чжитао уже несколько лет практиковалась в «Линмэй», ей всё равно было немного тяжело. Вышестоящие ведомства, отраслевые ассоциации, управление клиентами, консалтинг, спецзадания, проектный менеджмент — вся эта ключевая деятельность была сосредоточена в отделе планирования. Иными словами, отдел планирования был мозгом «Линмэй». Мозг отдавал приказы, а остальные отделы их исполняли. Если мозг отдавал неверный приказ, страдали все подразделения.
Первым заданием Шан Чжитао в отделе планирования стало составление протокола собрания, который нужно было отправить Грейс. Закончив работу, она отправила документ и неожиданно получила от Грейс подробные правки: та обвела каждый важный момент, дала пояснения к профессиональным терминам, а затем позвала её в кофе-поинт и рассказала о подоплёке текущих ключевых проектов. Без всякой утайки.
Грейс действительно была прекрасной наставницей: она говорила кратко и ёмко, держалась дружелюбно, но цели ставила чётко. В кофе-поинте она закончила так:
— Не бойся, это не сложно. Больше спрашивай. У тебя всё получится.
Стиль её речи чем-то напоминал Луань Няня. Шан Чжитао вдруг поняла, почему Луань Нянь ценил Грейс: вероятно, потому, что по своей сути она была таким же человеком, как и он.
— Я буду стараться, Грейс, — кивнула Шан Чжитао.
Грейс прижала руку к груди:
— Дыхания не хватает. Пойдём, проводишь меня вниз, подышим воздухом. Заодно расскажу тебе о стратегической планировке компании на этот год, это всё связано с нашими ключевыми проектами.
— Хорошо.
Они вдвоём спустились вниз. Раньше Шан Чжитао редко сталкивалась с беременными коллегами — в компании их было немного, и, так как рабочие задачи не пересекались, узнать их получше не удавалось. Спускаясь, она спросила Грейс:
— С животом… тяжело?
Грейс улыбнулась:
— Да в целом нормально. Вообще-то я не планировала ребёнка в ближайшие два года, так уж вышло случайно. Врачи не советовали прерывать, всё-таки мне уже тридцать три.
— А что думает босс? Говорят же, что начальники не любят, когда сотрудницы беременеют?
— Ты про Лу Кэ?
Шан Чжитао кивнула.
— Лу Кэ сказал: «Пока молодая, рожай пораньше. Работа никуда не денется, ты ведь уже получила акции, чего тебе бояться», — Грейс рассмеялась. — На самом деле Лу Кэ очень хороший человек. Сначала я его боялась, но со временем поняла, что у него просто язык злой, а сердце очень мягкое. Мне кажется, у него нет замашек типичного капиталиста.
— О-о-о, — протянула Шан Чжитао. Топ-менеджер Луань скоро должен был вернуться.
В этот раз он уехал слишком надолго, Шан Чжитао не видела его больше двух месяцев. Она в суматохе проработала до полуночи, а придя домой, увидела на кровати коробку с очень красивой сорочкой. Сообщение от Сунь Юй пришло вовремя: «Дарю тебе. Надень для своего босса, убьёшь двух зайцев одним выстрелом».
Шан Чжитао натянула сорочку на себя: спереди — полупрозрачное кружево с глубоким V-образным вырезом, сзади — полностью открытая спина. Это было даже не платье для сна, а просто клочок ткани, едва прикрывающий тело. Но выглядело действительно красиво. Шан Чжитао, надев её, распустила волосы и сделала селфи, после чего сама невольно охнула.
Вечером Луань Нянь спросил её:
— Закончила с материалами?
Шан Чжитао, немного подумав, отправила ему фото в сорочке.
Луань Нянь открыл диалог, увидел снимок и… проклятье.
Он покраснел до самых корней волос и быстро выключил экран смартфона, боясь, что кто-то увидит. Спустя долгое время он ответил:
— И это всё? Только одно фото?
Шан Чжитао прислала ещё два. При приглушённом свете она сидела перед ростовым зеркалом, подтянув к себе стройные ноги; бретелька сорочки соскользнула, кружевной узор смялся, а алые губы были слегка приоткрыты. Более того, она прислала дерзкую фразу:
— Ну и чем вы занимались последние полчаса?
Кадык Луань Няня дёрнулся. Он ответил:
— Изучал материалы.
Никогда не стоит ждать от гордого мужчины откровенного флирта — он не может переступить через себя.
— О-о-о, тогда внимательно изучайте, вы. Я отправила материалы на твою почту, Лу Кэ.
Шан Чжитао научилась плохому.
Луми научила её. В полдень, когда Шан Чжитао составляла компанию Луми в маникюрном салоне, та, рассматривая свои ногти, сказала ей:
— Посмотри на себя, ты же пресная, как диетический суп. Даже если найдёшь парня, это не продлится долго. Будь соблазнительнее.
— Как это — соблазнительнее? — искренне спросила Шан Чжитао.
Луми что-то прошептала ей на ухо, и та, раскрасневшись, ответила:
— О. Урок усвоен.
Усвоен — и вот уже пошёл в ход.
Шан Чжитао представляла, как Луань Нянь теряет самообладание, и, одна в постели, хихикала в голос. А через два дня, вечером, она внезапно получила сообщение от Луань Няня:
— Приезжай. И ту сорочку захвати.
— ? Ты же должен был вернуться на следующей неделе?
— Вернулся раньше.
Двое людей, не видевшихся долгое время, даже не думали о вежливых приветствиях. Шан Чжитао услышала треск разрываемой ткани: неистовый Луань Нянь порвал её сорочку. Что там говорила Луми? Не спрашивай, нравится ему или нет, просто смотри на реакцию. Шан Чжитао показалось, что она начала немного понимать мужчин. Посмотрите на Луань Няня: с виду такой серьёзный человек, а когда рвал её сорочку, вёл себя совсем не как приличный господин.
На следующее утро она проснулась по будильнику и увидела, что Луань Нянь тоже уже встал и одевается.
— Ты уходишь? — спросила Шан Чжитао.
— Да, договорился о встрече с друзьями. А ты что будешь делать сегодня? — небрежно спросил Луань Нянь, ожидая, какой нелепый ответ она выдаст на этот раз.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
