Глава 16
Шан Чжитао отправила протокол совещания Луань Няню, а затем послала ему сообщение: — Здравствуйте, Люк, протокол совещания отправлен на вашу почту, пожалуйста, ознакомьтесь.
Через десять минут Луань Нянь ответил ей: — А раньше ты чем занималась? — смысл его слов был предельно ясен: раз знала, что протокол готов, надо было сообщить, почему не отправила и не подтвердила получение ещё вчера?
— Вчера было слишком поздно, я побоялась потревожить ваш отдых.
— Хорошие рабочие привычки не зависят от времени суток.
— Спасибо за ваше наставление, я запомнила.
Луань Нянь нахмурился, отбросил телефон в сторону и продолжил обсуждать дела с Грейс.
— Сегодня вечером мы едем с клиентом на завод в Шуньдэ, чтобы проследить за продукцией и ситуацией с народными амбассадорами. Как только проясним базовую информацию, сможем выдать первый вариант креатива, — Грейс кратко описала план работы. — Но у клиента плотный график, по приезде мне понадобится помощник. Можно Луми поедет с нами? Я уже работала с ней несколько раз, она бойкая, сможет приструнить клиента.
— Хорошо. Возьми и Флору тоже, — добавил Луань Нянь.
— Отлично. Она нам всем очень нравится, вечно улыбается и очень работящая, — Шан Чжитао пару раз заходила к Грейс; она была скромной и лёгкой в общении, так что Грейс не составляло труда с ней договориться.
«Она — работящая?»
Луань Нянь взглянул на Грейс, но ничего не сказал.
— Тогда выезжаем в четыре часа дня. Люк, вы не поедете с нами?
— Нет, у меня дела.
Луань Нянь остался в отеле заниматься делами, а вечером вышел на улицу. Он нечасто бывал в Гуанчжоу, и здесь у него жила особенная подруга. В районе Гандин была маленькая танцевальная студия. Когда Луань Нянь пришёл, у детей ещё шли занятия. Он постоял у двери, наблюдая: Цзан Яо, как и прежде, собрала волосы в аккуратный пучок на затылке, открывая чистый лоб. Совершая пируэт, она заметила стоящего в дверях Луань Няня, и уголки её губ приподнялись в необычайно красивой улыбке.
Отрада для глаз.
Если бы Луань Няня спросили, кого он считает самой красивой женщиной, его друзья наверняка ответили бы за него: «Конечно, Цзан Яо! Стоит ли вообще спрашивать?».
Луань Нянь терпеливо ждал у дверей, глядя, как танцует Цзан Яо.
Друзей у него было немного: в Китае только Тань Мянь, да ещё двое приятелей в Америке, с которыми он виделся пару раз в год. Не считая их, оставалась только Цзан Яо — они были знакомы десять лет. С восемнадцати до двадцати восьми — считай, прошли вместе целую веху жизни.
Тань Мянь как-то спросил его: — А у вас с Цзан Яо ничего не было?
Луань Нянь никогда не отвечал на этот вопрос. Между ним и Цзан Яо всегда чего-то не хватало. Чего именно — он и сам не мог сказать.
Цзан Яо вышла из зала и с улыбкой подошла к нему: — Ты почему так рано? Мне ещё нужно принять душ и переодеться.
— Не спеши, иди.
Цзан Яо сделала шаг к Луань Няню и лучезарно улыбнулась: — Выглядишь неплохо. Похоже, это расставание снова не нанесло тебе смертельного удара.
— Слишком много лезешь не в своё дело, — Луань Нянь легонько стукнул её по голове. — Иди давай, потом сходим выпить.
— Хорошо, жди меня, — Цзан Яо развернулась и убежала, её балетная пачка на мгновение взметнулась в воздухе — очень красиво.
Цзан Яо пригласила Луань Няня в гриль-бар на крыше неподалёку от студии. Они сидели наверху, обдуваемые влажным солёным вечерним ветром Гуанчжоу.
— Я хочу отправиться в следующее место, — сказала Цзан Яо Луань Няню, поедая устрицу.
— И куда же теперь?
— Думаю, может, в Гуйян. В Гуанчжоу слишком жарко, а в Гуйяне прохладно, «свежий Гуйян», — Цзан Яо отставила мизинец, поднимая кружку с разливным пивом. — Но в Гуйяне, наверное, нет клиентов вашей компании?
— Есть двое.
— Значит, ты всё равно сможешь меня навещать?
— Смогу.
Цзан Яо поставила кружку и коснулась кончиками пальцев тыльной стороны ладони Луань Няня: — Почему ты опять расстался?
— Скучно.
— Считаешь женщин скучными?
— Нет, близкие отношения — скука.
— И так и будешь вечно один? А как же физиологические потребности?
Луань Нянь пожал плечами: — Не знаю.
Луань Нянь ненавидел контроль. Он не понимал, почему женщины, едва начав отношения, обязательно стремятся тебя ограничить: во сколько пришёл домой, с кем был, не отвечаешь ли ты на сообщения другой женщине. Во время прогулки он спросил Цзан Яо: — Тебя бы волновало, какие женщины есть в списке контактов твоего парня?
— С чего бы это меня волновало? Это он должен за меня переживать, — лицо Цзан Яо выражало крайнее недоумение. — Только неуверенные в себе женщины хотят ограничивать мужчин, а уверенных мужчины сами преследуют, — договорив, она на мгновение задумалась и добавила: — Ты ненавидишь контроль, возможно, потому, что недостаточно любишь.
— Сеанс психотерапии начался? — спросил её Луань Нянь.
— Нет уж, я не рискну, — Цзан Яо перекинула длинные волосы на одно плечо, открывая изящную шею, и с усмешкой сказала: — У тебя нет психологических отклонений, корень проблемы в том, что ты слишком высокомерен.
— Я высокомерен?
— А разве нет? Ты ведь говорил, что большинство твоих коллег — идиоты?
— Я беру свои слова назад. Я сказал так потому, что ещё не встречал настоящих идиотов.
…Шан Чжитао чихнула.
— Я-то думала, ты берёшь слова назад, потому что осознал собственную неправоту. А скажи, ты ведь ужасно язвителен, верно?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
