Луань Нянь вдруг понял, из-за чего терзается Шан Чжитао.
Она, должно быть, думала о том, что её преимущество в возрасте постепенно сходит на нет. Раньше Луань Нянь был с ней, вероятно, потому что она была молода — ведь почти все говорят, что мужчинам нравятся молодые женщины. А теперь внезапно появилась двадцатидвухлетняя новенькая, которую все считали писаной красавицей, из хорошей семьи, талантливую, да ещё и в компании ходили разные слухи о ней и Луань Няне.
Шан Чжитао, возможно, размышляла: рано или поздно Луань Нянь сойдётся с какой-нибудь другой двадцатидвухлетней девушкой. Ведь большинство мужчин поступают именно так.
О тех слухах про него и Сун Ин Луань Нянь кое-что слышал краем уха, но не принимал близко к сердцу.
Луань Няню на редкость удалось понять истинные мысли Шан Чжитао. Он сам не заметил, как по-настоящему начал сопереживать ей.
— У тебя самой в душе нет ответа? — спросил он её. — Мозгами можно иногда и пользоваться, ведь этот ответ не такой уж сложный.
— Не сложный?
— Ну, тогда давай так: двадцатишестилетняя Шан Чжитао отправится восвояси, а двадцатидвухлетняя Сун Ин составит мне компанию в путешествии, как тебе?
— …
Луань Нянь увидел, что Шан Чжитао развернулась и пошла прочь. Он подумал, что характер у Шан-нюйши теперь стал совсем не сахар. Вздохнув, он притянул её в свои объятия:
— Куда ты?
— В машину, ветер слишком сильный.
— А я думал, ты пошла делать замену, — поддразнил её Луань Нянь.
— Мечтай больше! — рассмеялась Шан Чжитао. — Ты не умеешь нормально разговаривать, но я всё поняла. Ты говоришь о настоящем. В настоящем ты путешествуешь с двадцатишестилетней Шан Чжитао. Тебе нравится двадцатишестилетняя Шан Чжитао.
— Ты стала умнее, — похвалил её Луань Нянь. — Наконец-то задействовала мозг. — Луань Нянь обнял её крепче. — Давай ещё немного полюбуемся пейзажем, Лу Кэ ещё не набегался.
Лу Кэ услышал это, обрадовался, тявкнул и снова умчался. Луань Нянь укрыл Шан Чжитао своей одеждой так, что осталась видна только её голова. Вокруг расстилались неописуемой красоты виды, и двое людей с собакой казались крошечными между небом и землёй. Мир огромен и полон чудес, но люди вечно тревожатся из-за мирской суеты, хотя в конце концов от каждого останется лишь горсть праха да капля в море. Лучше всего быть счастливым здесь и сейчас.
— А ты можешь сказать мне ответ прямо? — Шан Чжитао начала капризничать, научившись этому у Луань Няня. Ей казалось, что она становится всё более жадной: ей нужно было, чтобы Луань Нянь выражал свои чувства — прямо, «да» или «нет», любит или не любит. Ей был нужен определённый ответ. Потому что определённость — это тоже своего рода чувство безопасности.
Луань Нянь положил голову ей на плечо, и когда он заговорил, его дыхание коснулось едва заметных тонких волосков на её ухе:
— Выбираю тебя.
Шан Чжитао расцвела от радости, склонила голову, уклоняясь от него, и звонко рассмеялась:
— Щекотно! — Она повернулась, обхватила лицо Луань Няня ладонями и звонко поцеловала его. — Я тоже выбираю тебя. Хотя тебе уже за тридцать.
— ? — Луань Нянь ущипнул её за щеку. — Повтори-ка?
— Ничего, все стареют, — Шан Чжитао снова поцеловала его и потащила к машине.
У Шан Чжитао начала болеть голова. Луань Нянь, заметив, что она хмурится, усмехнулся:
— Ну и ну, нет ещё и трёх тысяч метров, а у тебя уже реакция?
— А у тебя нет?
— У меня тоже, но несерьёзно, почти не чувствую. — Хотя он и подшучивал над ней, всё же сильно беспокоился, поэтому они свернули в Голмуд.
— Отдохнём в Голмуде день, тебе нужно акклиматизироваться, — Луань Нянь начал без умолку наставлять её. — Никаких резких движений, бегать, прыгать и даже быстро ходить нельзя, алкоголь под запретом. Сильно голова болит?
Шан Чжитао покачала головой:
— Не очень сильно.
— Подташнивает? В груди давит?
— Есть немного.
Луань Нянь нашёл в Голмуде отель и оформил заселение. Как только они вошли в номер, он велел Шан Чжитао отдыхать.
— Ложись в постель. — Луань Нянь откинул одеяло, уложил Шан Чжитао и дал ей таблетку ибупрофена.
— Тогда мы не доберёмся до Лхасы послезавтра, — немного расстроенно произнесла Шан Чжитао.
— Куда ты так торопишься? Лхаса никуда не убежит, — осадил её Луань Нянь. — Здоровье важнее. Если не хватит двадцати дней, то возьмём двадцать пять, иначе зачем ты копила свой годовой отпуск?
— А ты не бросишь меня в Тибете? — Когда Шан Чжитао было плохо, в голову лезли всякие глупости. Она вообразила, как Луань Нянь оставляет её в Лхасе и уезжает один на машине. Луань Нянь вполне мог совершить такой нечеловеческий поступок, он же Луань Нянь.
— Ты что, не в себе? — Луань Нянь щёлкнул её по лбу и тоже лёг на кровать, обняв её. — Поспи немного, проснёшься — прогуляемся по Голмуду. Этот город тоже неплох.
— Угу, — Шан Чжитао вцепилась в его одежду на груди и перед самым сном невнятно пробормотала: — Я тебя очень люблю, ты ведь знаешь?
— Знаю.
Луань Нянь убаюкал Шан Чжитао, открыл телефон и увидел, что в групповой чат Чэнь Куаньнянь скинул много видео: они катались на лодке и пили кофе в Гитхорне. Трое мужчин, одетых с иголочки, выглядели как модели на фотосессии. Чэнь Куаньнянь продолжал подначивать его: «Ц-ц-ц, без нашего иконы стиля, господина Луань Няня, в этом путешествии маловато шика. Благо здешние девушки, как всегда, радуют глаз».
Луань Нянь хмыкнул и скинул в чат фотографии из поездки.
Чэнь Куаньнянь снова начал подзадоривать: «Ты что, один поехал? Ни одного совместного фото?»
— Много чести, — ответил ему Луань Нянь.
В чате поднялся шум. Луань Нянь усмехнулся, обернулся и заметил, что Шан Чжитао немного вспотела. Он сдвинул одеяло пониже и выпростал её руку. Коснувшись кончиком пальца её носа, он вполголоса отчитал её:
— Тебе стоит радоваться, что ты поехала в Тибет со мной. Если бы на моём месте был кто-то другой, ты бы здесь и жизнь свою оставила.
— Не сообщаешь, что всё в порядке? — пришло сообщение и от доктора Лян.
— Всё в порядке.
— И это всё? А фото? Я хочу посмотреть на Флору.
— Нету. — Сказав это, Луань Нянь вспомнил, что снимал на дрон. Он встал, чтобы повозиться с видео, и, увидев момент, где дрон взлетает, а Шан Чжитао машет рукой, вдруг подумал, что Шан Чжитао действительно очень миловидная. Хотя из-за расстояния лица было не разглядеть, то, как она стояла рядом с ним, а вокруг бегал Лу Кэ, внезапно сложилось в настоящую картину. Он выгрузил видео, сделал несложный монтаж и отправил доктору Лян: «Лица не видно, смотри что есть».
Доктор Лян долго смотрела видео, а потом спросила:
— Почему она так похожа на ту Шан Чжитао с сайта знакомств?
— Ты ещё помнишь, как выглядели люди на том сайте?
— У твоей матери феноменальная память, чтоб ты знал.
— Это она и есть, спасибо.
Доктор Лян вдруг расчувствовалась. Она показала видео отцу Луань:
— Посмотри, эта девушка выглядит просто замечательно.
— Ты видела её вживую? — Отец Луань недолюбливал излишнюю сентиментальность в женщинах: ещё человека не видела, а уже судит, хорошая она или нет.
Доктор Лян вспылила:
— Ты ненормальный, что ли? — Луань Нянь весь пошёл в отца, такой же неумеха в разговорах. Доктор Лян всю жизнь с ним препиралась, в итоге никто никому не уступал, но и друг без друга они не могли.
Отец Луань хмыкнул:
— Я лишь советую тебе не проявлять слишком много энтузиазма и не возлагать больших надежд. Твой сын с самого детства мастер всё портить.
— … — Доктор Лян последовала за ним: — А в кого он такой, не в тебя ли? Если и правда всё испортишь, то готовься, что твой сын так и проживёт всю жизнь в одиночестве!
Луань Нянь не знал, что родители обсуждают его. Он вернулся в кровать и немного поспал, обнимая Шан Чжитао. Когда они открыли глаза, было уже больше шести вечера. Шан Чжитао почувствовала, что ей стало немного лучше.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
