Едва сообщение было отправлено, как пришёл ответ от Луань Няня:
— Который час?
Шан Чжитао взглянула на время и ответила:
— Час ночи. — Она явно не уловила подтекста вопроса Луань Няня. А он имел в виду: «Который час? Ты не спишь, и другие тоже не должны? Ты в своём уме?»
Увидев ответ Шан Чжитао, Луань Нянь прищурился. Она совершенно не умела считывать намёки. На такую, как она, даже злиться не получалось: ты от злости лопнешь, а она присядет рядом с твоим телом с немым вопросом на лице: «А чего это вы умерли?»… Вот такой она была — совершенно без царя в голове.
Сидя на краю кровати с ещё влажными волосами, Луань Нянь открыл почту на ноутбуке и просмотрел тезисы отчёта, подготовленные Шан Чжитао. Подробно, даже слишком, но прогресс огромный.
Он снова позвонил Шан Чжитао:
— Ещё не выключила компьютер?
— Вы ещё не спите? — спросила его Шан Чжитао.
У Луань Няня внезапно возникло желание придушить Шан Чжитао. Помолчав пару секунд, чтобы успокоиться, он произнёс:
— Я буду говорить, а ты — исправлять.
— Хорошо, спасибо вам, Лу Кэ.
— В будущем, готовя отчёты по работе, сначала думай о том, что волнует других. И только потом — о самом проекте. — Луань Нянь объяснял подробно, Шан Чжитао внимательно записывала. Это ночное наставничество возникло внезапно, и у Шан Чжитао появилось чувство, будто её, как в школьные годы, оставили после уроков для дополнительных занятий. Сложно было понять: то ли учитель боится, что ученица потянет весь класс назад, то ли просто проявляет доброту.
— Записала?
— Да, записала. Спасибо вам.
— Раз записала, сама договорись с Алексом о презентации отчёта. Когда вернёшься, подробно доложишь о ходе этого проекта.
— Хорошо.
— Не хочешь?
— Нет-нет, просто мне кажется, это как-то неожиданно.
— Если управление ожиданиями руководства кажется тебе «неожиданным», тогда будь готова к тому, что никогда не продвинешься вверх. — Луань Нянь говорил о суровых реалиях: те, кто не умеет выстраивать отношения с руководством, не уходят далеко в карьере.
— Хорошо, завтра же договорюсь с Алексом о времени.
Внезапно повисла тишина, Шан Чжитао почувствовала неловкость. Она лихорадочно соображала, что бы ещё сказать, но Луань Нянь уже повесил трубку, даже не попрощавшись.
Луань Нянь сегодня и так сказал слишком много слов, на лишнюю фразу его уже не хватало. Он отложил телефон, высушил волосы и лег в постель.
Телефон снова зазвонил. Он взял его и увидел незнакомый номер. Приняв вызов, он услышал сбивчивые рыдания:
— Луань Нянь, веришь или нет, но я сейчас покончу с собой у тебя на глазах!
Луань Нянь сбросил звонок, но телефон зазвонил снова:
— Ты думаешь, я не посмею?
— Не смей угрожать мне смертью, ты же знаешь — это бесполезно. — Луань Нянь слушал плач на том конце провода и, как ни странно, не вешал трубку. Дождавшись, когда рыдания немного утихли, он произнёс: — Когда мы расставались, то договорились разойтись миром. Необязательно устраивать такие сцены. — Луань Нянь отключил телефон.
На следующее утро, открыв глаза, он увидел десятки пропущенных вызовов.
Чжан Синь сошла с ума.
Затем он заметил несколько сообщений во входящих:
«Это Луань Нянь? Я подруга Чжан Синь. Она вскрыла вены».
«Приезжай скорее в больницу, она в реанимации».
«Ты вообще человек? Как можно так поступать со своей бывшей?»
Луань Нянь перезвонил, на том конце ответили и сразу принялись осыпать его проклятиями:
— Если ты жить не хочешь, так и скажи, мы сами тебя пришибём! — Луань Нянь, нахмурившись, выслушал этот поток гнева, а затем спросил: — В какой она больнице?
Собеседница на мгновение запнулась и быстро продиктовала адрес.
Луань Нянь умылся, взял ключи от машины и вышел из дома. По дороге он немного постоял в пробках и добрался до отделения скорой помощи только к девяти часам. Найдя палату, он увидел Чжан Синь: она полулежала, прислонившись к изголовью, а какая-то девушка кормила её фруктами с рук.
Увидев Луань Няня, Чжан Синь оттолкнула фрукты и снова расплакалась.
Луань Нянь подумал: «Как мило. Ещё в полночь была в реанимации, а утром уже ест фрукты. Умеет же она владеть своими эмоциями, в этом вся Чжан Синь».
Он подошёл к кровати и спросил подругу:
— Это ты утром кричала на меня по телефону?
Девушка опешила, но тут же выпалила:
— И что, что кричала? Я вообще найду людей, которые с тобой разберутся!
Луань Нянь достал телефон и на её глазах нажал кнопку остановки записи:
— Что ж, доказательства я записал, позже передам адвокату.
Девушка оказалась строптивой: она резко вскочила и замахнулась, чтобы ударить Луань Няня по лицу. Он среагировал быстро: отступил на шаг и перехватил её запястье.
— Не устраивай здесь истерик. В конце концов это будет выглядеть настолько жалко, что ты не сможешь это исправить.
Луань Нянь больше всего ненавидел скандалы. Неважно, мужчина или женщина — любая истерика вызывала у него лишь раздражение. Есть аргументы — говори, нет — молчи. Он отбросил руку женщины и холодно посмотрел на Чжан Синь:
— И тебе это кажется забавным?
— Тебе совсем меня не жаль, да? — Чжан Синь смотрела на Луань Няня, понимая, что его сердце невозможно отогреть. В их отношениях он мог подарить ей сумку, сходить на свидание в выходные, иногда позвонить, но на этом всё. Он всегда держался на расстоянии. Даже во время близости она не чувствовала, что он её любит.
— Если мне не изменяет память, мы расстались почти полгода назад. Как долго, по-твоему, должно длиться моё «гарантийное обслуживание»? Три года? Пять? Десять? — Луань Нянь прекрасно понимал, как на него смотрят люди в отделении. В их глазах он был законченным подлецом.
Его не волновало чужое мнение, и он не желал больше тратить слова на Чжан Синь.
— Если в следующий раз решишь покончить с собой, не звони мне. Твоя жизнь принадлежит тебе, и если она тебе больше не нужна, меня извещать об этом не стоит.
— И ещё, не забывай: ты была той, кто первым предложил расстаться.
Чжан Синь не проронила ни слова, окончательно возненавидев Луань Няня.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
