Фу Тинъюнь удивилась.
В комнату вошли две пышно одетые женщины. Одной на вид было лет сорок с небольшим, с округлым, точно полная луна, сияющим лицом; второй — лет тридцать семь или тридцать восемь, с удлиненным лицом и сдержанной манерой держать себя. Обе были совершенно незнакомы.
Из-за их спин, утирая пот, вынырнула Чжэн Саньнян и представила первую:
— Это госпожа У. — Затем указала на вторую: — А это госпожа Цзи.
Лишь спустя мгновение Фу Тинъюнь вспомнила, кто они такие.
Госпожа Цзи жила в другом переулке, но госпожа У сразу после переезда Фу Тинъюнь присылала старшую служанку с приветствиями, хотя с тех пор вестей от нее не было. Кто бы мог подумать, что она пожалует на свадьбу!
Фу Тинъюнь с улыбкой приветствовала обеих гостий.
Госпожа Цзи заметила:
— И впрямь удивительная красавица.
Госпожа У весело рассмеялась:
— Иначе с чего бы Великой вдовствующей императрице даровать высочайшее благословение на брак! — С этими словами она тепло взяла Фу Тинъюнь за руку: — Мы ведь соседки. Ранее из-за домашних дел мне пришлось отлучиться на родину, не было времени навестить вас. Ныне же нам следует бывать друг у друга почаще.
Подобные светские любезности не могли сбить Фу Тинъюнь с толку. Она ответила госпоже У с такой ласковой, мягкой приветливостью, что госпожа Цзи, тихо стоявшая подле, невольно прониклась к ней глубоким уважением.
Едва разговор с госпожой У паузой прервался, госпожа Цзи весьма к месту вставила:
— Почтенный господин У и мой супруг господин Цзи намеревались испить праздничного вина, да только Удин-хоу вновь открыл свою усадьбу. Проданных ранее слуг тяжело вернуть в одночасье, а тут еще Великая вдовствующая императрица пожаловала указ о браке, отчего начальство задействовало и господина Цзи, и господина У для помощи в доме Удин-хоу. Потому мы пришли первыми. А как выдастся свободный день, наши супруги непременно заглянут к господину Чжао пропустить по чаше.
Фу Тинъюнь была изумлена.
Госпожа У бросила на госпожу Цзи задумчивый взгляд и поспешила дополнить с улыбкой:
— Почтенная госпожа Чжао в эти дни готовилась к свадьбе и не знает новостей: Великая вдовствующая императрица издала указ, пожаловав двоюродную сестру Инчуань-хоу — Девятнадцатую молодую госпожу из дома фуго-гуна — в жены своему племяннику, новому Удин-хоу.
В памяти Фу Тинъюнь всплыл образ той юной девушки в розоватой кофте с ярким орнаментом и золотым обручем на шее, сиявшей свежестью весеннего утра.
Кто бы мог подумать, что ее выдают за Удин-хоу!
Пока Фу Тинъюнь пребывала в легком изумлении, госпожа Ли с улыбкой заметила:
— Девятнадцатой девице из рода Мэн, кажется, только исполнилось пятнадцать? Все судачат, что она ныне самая юная супруга хоу в столице.
— И то правда, — улыбнулась госпожа У. — Вот уж поистине счастливая доля.
— Всякий, кто удостоился милости Великой вдовствующей императрицы, наделен счастливой долей, — сдержанно перевела тему госпожа Цзи, обращаясь к Фу Тинъюнь: — Слышала, у господина Чжао не осталось родителей, и вы ведете хозяйство сами. Ежели возникнет нужда — смело присылайте весточку. Близкий сосед лучше дальнего родственника! — Она тепло улыбнулась: — Поздно уже, да и день у вас выдался нелегкий, мы отбываем. А через несколько дней, когда уляжется суета, я пришлю приглашение — соберемся у меня любоваться османтусом и вкушать осенних крабов! — С этими словами она глянула на госпожу Ли и госпожу Чэнь-Ши.
Обе женщины охотно согласились.
Госпожа У, чувствуя, что госпожа Цзи затмила ее, слегка смутилась, но сдержанно улыбнулась вместе со всеми и отбыла.
Госпожа Ли и госпожа Чэнь-Ши, обменявшись еще несколькими фразами, также попрощались.
Фу Тинъюнь перевела дух и торопливо велела Чжэнчжу:
— Сними с меня скорее этот тяжелый венец!
Чжэнчжу ловко приступила к делу и, снимая свадебные украшения, послушно спросила:
— Почтенная госпожа, что бы вы желали откушать? Я сбегаю на кухню.
Фу Тинъюнь настолько устала, что аппетит совершенно пропал:
— Принеси мне лишь чашку свежего чая.
Чжэнчжу откликнулась, а Коуэр уже поспешила за чаем.
Фу Тинъюнь с одобрением кивнула, вспомнив про Юйвэй, оставшуюся в доме Сунь для завершения дел. С такой сноровкой и умом — кому же достанется счастье взять ее в жены?
К тому моменту, как она пришла в себя и переоделась, издали послышался глухой удар второй ночной стражи.
То ли гости засиделись сверх меры, то ли тишина ночи усиливала звуки, но шума во дворе лишь прибавилось.
Коуэр без лишних напоминаний выскочила во двор и, вернувшись, доложила:
— Прочие гости разошлись, остались лишь господин Мо с друзьями. Господин Мо изо всех сил пытается перепить нашего хозяина!
Успех на экзаменах и первая брачная ночь — два величайших торжества в жизни. Неудивительно, что сослуживцы решили поразвлечься.
Фу Тинъюнь слегка улыбнулась. Понимая, что застолье быстро не закончится, она проговорила Чжэнчжу:
— Я прилягу отдохнуть. Ты подежурь снаружи, а Коуэр пусть идет спать до утра. Если вернется Девятый господин — сразу позови меня.
Чжэнчжу едва успела откликнуться, как во дворе поднялся громкий шум.
Фу Тинъюнь затревожилась:
— Сбегай посмотри, что там!
Хотя во дворе находились чета Чжэн и господин Лю, отсутствие Цзинь Юаньбао и Ян Юйчэна подле Чжао Лина все равно внушало тревогу.
Вскоре Чжэнчжу вернулась:
— Почтенная госпожа, господин Мо перепил и затеял буйство. Хозяин вместе с господином Тао отвели его в южный кабинет. Чжэн Саньнян уже варит отрезвляющий отвар.
Этот Мо И! Где он — там вечно суматоха!
Фу Тинъюнь проворчала про себя и снова отправила Чжэнчжу проверить обстановку.
Однако в этот момент дверь распахнулась, и вошел сам Чжао Лин:
— Не тревожься, Мо И просто перебрал. Там подле него А-Сэнь и Яньцин, с ним ничего не случится.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
