Когда Чжао Лин вернулся домой, Фу Тинъюнь как раз выслушивала отчет Чжэна Третьего:
— …Они бьют себя в грудь и клянутся, что этого человека точно нет поблизости от храма Танчэсы.
Юйвэй упустила Цзо Цзюньцзе, и Фу Тинъюнь заранее подготавливала себя к подобному исходу. Цзо Цзюньцзе ведь не глупец — стал бы он дожидаться, пока она вернется с подмогой? Надеяться на помощь монастырских сяньбанов изначально было лишь попыткой зацепиться за призрак надежды.
Она не могла сдержать сожаления. Если бы, встретив Цзо Цзюньцзе, она совладала с собой и не вскрикнула от неожиданности, всё могло бы сложиться иначе.
При этой мысли Фу Тинъюнь тяжело вздохнула.
Чжао Лин, услышав ее вздох, приподнял дверной полог и вошел в комнату:
— Что произошло? Отчего ты так тяжело вздыхаешь?
Завидев его, Фу Тинъюнь просияла:
— Ты вернулся! — Она попыталась сдвинуться, чтобы сойти с кана.
Чжао Лин торопливо остановил её:
— Сиди, не вставай! — Лишь после этого он кивнул Чжэну Третьему, приветствовавшему его поклоном.
— Все в порядке, — неловко опуская ноги с кана, ответила Фу Тинъюнь. — Приходила повитуха Лю. Она сказала, что в эти дни мне нужно больше двигаться, чтобы роды прошли гладко.
Хоть они и были мужем и женой, говорить с Чжао Лином о подобных вещах ей всё еще было немного неловко.
Раз уж это указание повитухи Лю, Чжао Лин не стал её удерживать, а лишь заботливо поддержал под локоть:
— Недаром говорят, что эта повитуха Лю — настоящая мастерица, и приглашать её приходится за три месяца. За одно лишь то, что она наносит тебе визиты дважды в месяц, эти деньги потрачены не зря.
Фу Тинъюнь с улыбкой налила ему чаю. Чжао Лин тут же перехватил пиалу из ее рук и снова помог жене усесться на кан.
— И все же, почему ты огорчалась? — спросил он, присаживаясь рядом.
У Чжао Лина не было времени даже на то, чтобы сопроводить ее в храм Танчэсы, поэтому изначально Фу Тинъюнь не планировала рассказывать ему об этой истории. Однако, выслушав отчет Чжэна Третьего, она поняла. что без вмешательства мужа дело не сдвинется. Поразмыслив, она подробно пересказала ему всё произошедшее.
— Отчего ты не рассказала мне раньше? — встревожился Чжао Лин.
Фу Тинъюнь слегка надула губы:
— Ты ради меня отказался от императорского поручения. Узнай ты, что Цзо Цзюньцзе в столице, неизвестно, на что бы ты решился! — С этими словами она обняла его за руку: — Какими бы важными ни казались мои дела, твоя служба куда важнее. Если ты еще хоть раз из-за меня навредишь собственному будущему, сделав меня своей обузой, я вообще больше ничего не стану тебе рассказывать.
Сердце Чжао Лина затрепетало от нежности. Он сжал её ладонь, лежащую на его плече:
— Не волнуйся, я знаю, как поступить.
Затем Фу Тинъюнь рассказала ему о своей поездке в переулок Сыси:
— …В душе у меня зародилось подозрение… Мне кажется, отец… — Говоря о собственном родителе, она не удержалась, и уголки ее глаз покраснели: — Мне кажется, он замешан в этом… Я не сдержалась и решила проверить… — Не успела она закончить фразу, как из ее глаз покатились слезы.
Чжао Лин поспешно вытер ее слезы:
— Не плачь. В крайнем случае мы окончательно обособимся и будем жить своим домом. — И с улыбкой добавил: — Впрочем, мы и сейчас живем отдельно! За другое не ручаюсь, но когда наша невестка станет рожать, ты уж точно будешь знать все подробности! — пошутил он, пытаясь её развеселить.
Подумав о ребенке в своем чреве, Фу Тинъюнь и вправду невольно фыркнула от смеха:
— Вечно ты говоришь глупости.
Глупости или нет, главное — вызвать у нее улыбку.
Чжао Лин громко расхохотался и слегка щелкнул ее по носу:
— То плачет, то смеется…
— Сам ты такой! — Фу Тинъюнь шутливо оттолкнула его руку, вызвав новый взрыв смеха.
Атмосфера в комнате мгновенно потеплела.
Фу Тинъюнь позвала Коуэр, чтобы та помогла Чжао Лину умыться и переодеться в легкий домашний весенний халат.
Сидя на краю кана, Чжао Лин делился соображениями:
— Главнокомандующий Управления пяти городских гарнизонов1 — выходец из нашей гвардии Юйлиньвэй, на днях мы как раз пили с ним вино. Я полагаю, в этом деле без местных хозяев улиц не обойтись. Служба пяти гарнизонов отвечает за порядок в столице, и никто не знает городское дно лучше них. Я сейчас же отправлюсь туда и под предлогом украденной у тебя вещи найду способ выследить Цзо Цзюньцзе.
Фу Тинъюнь кивнула:
— Если кто-то спросит, скажи, что у тебя в самой столице дерзнули украсть вещь, и ты просто не можешь спустить это с рук…
— Я тоже так подумал.
Обсудив мелочи, Фу Тинъюнь достала двадцать лянов мелкого серебра и бумажный вексель на двести лянов, передав их Чжао Лину, после чего тот отправился в Управление пяти гарнизонов.
Юйвэй, однако, с сомнением заметила:
— Неужели требуется столько серебра?
— Связи связями, но там, где нужно пустить в ход деньги, скупиться нельзя, — улыбнулась Фу Тинъюнь. — В Хуаини этой суммы хватило бы, чтобы одарить уездного главу, а в столице ее может и не хватить.
Чувство вины в душе Юйвэй стало еще тяжелее. Двести двадцати лянов серебра хватило бы, чтобы купить тридцать или сорок таких служанок, как она. Сдерживая слезы, она опустила голову.
Прошел почти месяц, прежде чем из Управления пяти гарнизонов пришли вести: полмесяца назад кто-то видел, как Цзо Цзюньцзе вышел через ворота Чаоян, и с тех пор он больше не появлялся в столице.
- Управление пяти городских гарнизонов (五城兵马司 / Wǔchéng Bīngmǎsī) — специальное военно-полицейское ведомство в столице империи Мин, отвечавшее за охрану правопорядка, патрулирование улиц, пожарную безопасность и борьбу с преступностью в пяти административных районах Пекина.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
