Юнь Юнчан не стал ругать её за то, что она не ответила на звонок, и говорил совершенно спокойно:
— Я привёз тебе весеннее одеяло, я у дверей твоей съёмной квартиры.
Это было так внезапно, что Юнь Ли даже не успела получить предупреждение от Юнь Е.
— О… я только закончила работу, доеду на такси за двадцать минут, — Юнь Ли с тревогой отправила сообщение Фу Шицзэ.
Встреча отца и дочери прошла не так враждебно, как можно было ожидать.
Юнь Юнчан держал в руках большую сумку, в которой лежали два одеяла.
Юнь Ли пробормотала:
— У меня и так хватает одеял…
— Весеннее и зимнее. В Наньу холоднее, чем в Сифу, — с суровым лицом сказал Юнь Юнчан. Заметив, что Юнь Ли замерла, он резко добавил: — Что стоишь? Открывай!
Трогательный момент отцовской любви продлился лишь несколько секунд. Юнь Ли включила свет и налила Юнь Юнчану воды, а он спросил резким тоном:
— Всё ещё встречаешься с ним?
Юнь Ли кивнула.
Юнь Юнчан сжал кулаки и тоном, не терпящим возражений, произнёс:
— Пусть приходит сегодня вечером, поужинаем где-нибудь.
Юнь Юнчан настоял на том, чтобы ехать на такси; казалось, сесть в машину Фу Шицзэ для него значило бы воспользоваться его милостью.
Он холодно бросил:
— В Сифу у меня машин достаточно.
Юнь Ли знала, что он не может смириться с тем, что Фу Шицзэ из Наньу.
В такси в голове у Юнь Ли всё перемешалось. Она раз за разом переписывала сообщение Фу Шицзэ, желая попросить его побольше говорить о том, что он поедет работать в Сифу, но тут же чувствовала, что это неуместно.
Юнь Ли: «Папа очень хочет, чтобы я вернулась в Сифу».
Ей было немного неловко, это чувство трудно было выразить словами.
Она не хотела, чтобы Фу Шицзэ посчитал Юнь Юнчана тяжёлым в общении человеком.
Из-за этих мыслей она стала крайне осторожной в каждом своём слове и действии.
Фу Шицзэ забронировал отдельный кабинет в известном ресторане города Наньу.
Когда Юнь Ли вышла из такси, Фу Шицзэ был не в кабинете, а ждал их у входа.
Он выглядел спокойным и невозмутимым.
Она вдруг немного расслабилась.
Юнь Юнчан на протяжении всей встречи сохранял бесстрастное лицо и вежливо расспрашивал Фу Шицзэ.
Атмосфера за столом была вполне гармоничной, пока Юнь Юнчан внезапно не спросил:
— Больше не учишься? Какое у тебя образование?
Юнь Ли отложила палочки и ответила первой:
— Он окончил бакалавриат в Сикэда.
Юнь Юнчан хмыкнул и продолжил:
— Не стал продолжать учёбу?
Фу Шицзэ спокойно ответил:
— Я учился в докторантуре в Сикэда.
Услышав о докторантуре в Сикэда, Юнь Юнчан немного смягчился, ведь больше половины выпускников Сикэда оставались в Сифу.
Но его не удалось провести, и он указал на самое странное:
— Ты одного возраста с моей дочерью, значит, ещё не должен был выпуститься? Почему ты не в университете?
— Я взял академический отпуск.
Его тон был ровным, он не казался обеспокоенным.
Юнь Ли отчётливо почувствовала, как при словах об академическом отпуске лицо Юнь Юнчана окаменело.
Ей стало трудно дышать.
Юнь Юнчан отказался от предложения Фу Шицзэ подвезти их и не принял его подарки; его позиция была предельно ясна.
В машине на обратном пути Юнь Юнчан холодно произнёс:
— Что за парня ты себе нашла? Он даже учёбу закончить не в состоянии.
— Только на внешность и купилась?
Видя, что Юнь Ли молчит, он сделал два глубоких вдоха:
— Его родители — профессора. У меня особых способностей нет, но по крайней мере ребёнок, которого я вырастил, смог доучиться.
Юнь Ли не могла выносить, когда он так принижал Фу Шицзэ, но и спорить с ним при посторонних не хотела, поэтому лишь закусила губу и молчала.
— Я повидал в жизни больше людей, чем ты съела чашек риса, у этого парня явно проблемы с психикой, — ворчал Юнь Юнчан всю дорогу. — Неважно, какая у него семья или как он выглядит, он же даже учёбу бросил.
В глазах поколения Юнь Юнчана жизнь состоит из горестей и радостей, и что бы ни случилось, нужно идти вперёд.
Он не мог понять, какие такие проблемы могут заставить человека взять академический отпуск.
Юнь Ли не выдержала и бросила: «Папа, ты можешь хотя бы на людях успокоиться?», и только тогда Юнь Юнчан замолчал.
Водитель слушал это всю дорогу и, когда они выходили, сказал Юнь Ли:
— Девушка, в таких делах иногда стоит прислушаться к мнению старших, не позволяйте любви затуманить вам взор.
Вернувшись, Юнь Ли не стала спорить с Юнь Юнчаном. Что бы он ни говорил, она твердила лишь две фразы:
— Мои отношения с ним — это моя свобода, не вмешивайся.
— Бросил он учёбу или нет, останется в Наньу или уедет в Сифу — это его свобода, не вмешивайся.
Она редко бывала такой непреклонной, словно облачённой в броню. Юнь Юнчан, сказав ещё пару слов, в порыве гнева сразу же купил билет на самолёт и улетел той же ночью.
Юнь Юнчан приехал и уехал в спешке, оставив после себя лишь полный беспорядок в душе.
Только когда он закрыл дверь, Юнь Ли наконец пришла в себя.
У неё было такое чувство, будто она выжила в катастрофе.
Юнь Ли не боялась недовольства Юнь Юнчана, и ей было всё равно, взял Фу Шицзэ академический отпуск или нет.
Самым худшим исходом было бы то, что Юнь Юнчан не полюбит Фу Шицзэ; она подождёт несколько лет, и отцу, не имеющему иного выхода, придётся уступить.
Сидя на диване, Юнь Ли постепенно погружалась в печаль.
Она открыла телефон. С самого ужина Фу Шицзэ ничего ей не писал. Она набрала несколько слов и тут же удалила их одно за другим.
В итоге она отправила сообщение, что Юнь Юнчан уехал.
Время тянулось медленно. Почти в десять вечера она услышала звук открывающейся двери.
Их взгляды встретились. Фу Шицзэ постоял у порога некоторое время.
Он медленно подошёл к ней, наклонился и, обхватив ладонью затылок, притянул к себе в объятия.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
