Госпожа У поселила старшую дочь семьи У в заднем флигеле1 своего дома, поручила своей мамушке обучить её этикету, отрядила ей в помощь одну из своих личных старших служанок и купила двух маленьких служанок, чтобы те учились правилам у старшей и впоследствии отправились в дом Юй.
Старшая дочь У не испытывала особого желания идти в наложницы и училась правилам без должного усердия.
Госпожа У, видя это, лишь тревожилась и время от времени убеждала её:
— Молодой господин из рода Юй не только успешно сдал государственные экзамены и получил степень цзиньши, но к тому же красив и молод. И пусть ты идёшь туда наложницей, госпоже Юй едва исполнилось пятьдесят лет, здоровье у неё отменное, и если ты родишь старшего сына, госпожа Юй всё равно поможет вырастить его до совершеннолетия. Чего тебе опасаться?
Но всё же ей предстояло гнуть спину и прислуживать перед другими.
Старшая дочь У размышляла про себя: раз уж всё зашло так далеко, если она откажется, её отцу и младшей сестре едва ли удастся удержаться и найти опору в роду… Пусть уж лучше она считает себя умершей, зато обеспечит отцу и сестре безбедную жизнь. С этой мыслью её настроение изменилось, и она лишь попросила госпожу У:
— Если домашние станут расспрашивать обо мне, скажите просто, что я скончалась от болезни.
Госпожа У слегка нахмурилась, немного подумала и всё же тихонько кивнула.
Старшая дочь У облегчённо вздохнула и принялась усердно учиться этикету у мамушки госпожи У.
Госпожа У тем временем пригласила мастеров, чтобы сшить для неё наряды на все четыре сезона. Подумав, что в её собственных кладовых хранятся весьма ценные вещи, а девица У всё-таки отправляется в чужой дом наложницей и не может одеваться точно законная супруга, госпожа У отправила весточку в швейную лавку, чтобы сняли мерки и попутно принесли несколько отрезов модных шёлковых тканей из столицы.
Эта швейная лавка пользовалась доброй славой в столице и располагалась неподалёку, в переулке Чуньшу. Жители из соседних переулков по всем швейным делам обращались именно к ним. Поскольку заказ поступал в закрытые внутренние покои и от богатых клиентов, жена портного лично пришла снять мерки.
Снимая мерки с старшей дочери У, она безостановочно хвалила её красоту:
— …С первого взгляда видно, что девица — из родни госпожи по материнской линии!
— А вот и не угадали, — подхватив приятные слова, со смехом возразила госпожа У, ведь старшая дочь У и впрямь была очень хороша собой. — Это племянница моего супруга.
— Ох! — заулыбалась жена портного. — Немудрено, что и молодые господа, и девушки в вашей усадьбе все как на подбор статные да пригожие — стало быть, в господина У пошла! — С этими словами она пристально взглянула на госпожу У: — Сразу видно, что госпожа с господином созданы друг для друга Небом, истинная супружеская пара.
Эта лесть развеселила госпожу У до слёз.
Почувствовав благоприятную обстановку, жена портного воспользовалась случаем и достала отрез ханчжоуского шёлка персикового цвета с вышитым узором из нежно-жёлтых цветов и бабочек:
— Посмотрите на этот отрез! Совершенно новый узор с Императорских шёлкоткацких мануфактур Цзяннани этого года. На днях супруга генерала Чжао из соседнего дома сшила из такого своей старшей дочери короткую кофту, выглядит невероятно нарядно!
Глядя на яркий персиковый шёлк и нежную желтизну вышивки, госпожа У уже склонялась к покупке, а услышав, что дочери Чжао Лина сшили такой же наряд, рассудила, что ткань действительно хороша.
Прислуживавшая рядом пожилая служанка с улыбкой спросила:
— Цвет и впрямь замечательный, да только сколько стоит такой отрез?
Жена портного заулыбалась:
— Для других семей это, конечно, было бы дорого, но в вашем доме разве бывают дорогие вещи? Всего двенадцать лянов серебра за отрез.
Так дорого!
На лице госпожи У мелькнуло сомнение.
Прислуживавшая пожилая служанка, будучи женщиной сметливой, тут же вмешалась:
— Ткань хороша, да только нашей девице предстоит носить её при выходе к гостям. А госпожа Юй, как известно, любит скромность и изящество. Госпожа, по-моему, лучше отложить её в сторону, и если не подберём ничего более подходящего, тогда и решим.
Госпожа У с видом глубокомыслия кивнула, велев жене портного отложить отрез.
Жена портного обладала цепким глазом и сразу поняла, что госпоже У просто жалко денег. Не подав вида, она достала ткани уровнем попроще. Госпожа У выбрала несколько отрезов скромных расцветок, заказала пару нарядов для старшей дочери У и внесла задаток.
Убирая вещи, жена портного с улыбкой спросила:
— Не угодно ли сшить для девицы несколько пар чулок из сунцзянского хлопка? Супруга генерала Чжао из соседнего дома шила для их старшего молодого господина нижнее бельё, и остался небольшой обрез. Если девице нужны чулки, я с радостью сошью их и принесу вместе с заказом в знак уважения к госпоже.
То есть совершенно даром.
Госпоже У стало неудобно, и она с улыбкой ответила:
— Чулки и впрямь понадобятся, но не стоит дарить их даром. Посчитайте их по обычной цене и добавьте к стоимости работы.
Жена портного рассыпалась в благодарностях, и в конце концов госпожа У, не сумев вежливо отказаться, приняла этот подарок.
Когда портниха ушла, старшая дочь У тихонько спросила у прислуживавшей служанки:
— Чем занимается генерал Чжао из соседнего дома?
Служанка с улыбкой пояснила:
— Господин Чжао служит заместителем командующего. Родителей у него уже нет в живых, так что всем в доме заправляет его супруга. — И со вздохом добавила: — Их старшей дочери в этом году исполнилось всего три года, а старшему молодому господину едва минуло шесть месяцев!
Старшая дочь У от изумления лишь поцокала языком.
И подумала про себя: её собственной младшей сестре в этом году уже тринадцать лет, а она ещё ни разу не носила нового платья, а у семьи Чжао совсем несмышлёные дети носят наряды из ткани по двенадцать лянов серебра за отрез… Действительно, у каждого своя судьба.
В той половине дома госпожа У тоже заулыбалась:
— Не думала я, что госпожа Чжао окажется такой щедрой!
Пожилая служанка заметила с улыбкой:
— Как-никак первенцы — старший сын и старшая дочь. К тому же говорят, господин Чжао весьма искушён в хозяйственных делах и ещё во время службы в Шаньси нажил немалое состояние.
Госпожа У немного подумала и велела:
— К Новому году прибавь к праздничным подаркам для семьи Чжао ещё десять лянов серебра… Нет, добавь двадцать лянов!
Служанка с поклоном приняла приказание.
- Задний флигель (后罩房 / hòuzhàofáng) — самое дальнее строение в северной части традиционной китайской усадьбы сыхэюань, служившее жильём для незамужних дочерей, служанок или уединённых гостей.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
