Глава 116. Его же способом, воздав ему вдвойне
На пике Сяоцюн огненные мечи пронзали воздух, сменялись массивы талисманов, и две фигуры в небе вели оживленный тренировочный бой.
Юцинь Сюанья, надевшая сегодня ледяно-голубое длинное платье, была, как и всегда, ослепительно красива, а ее изящество казалось воплощением самой природы.
Перед травяной хижиной, по обе стороны низкого столика, сидели младшая наставница и младшая соученица. Они дружно задрали головы, наблюдая за схваткой, не забывая при этом угощаться сладостями и чаем.
Стоило Юцинь Сюанья пролететь над ними, как младшая наставница восхищенно вскрикивала:
— О-о! Оказывается, на Сяо Я сегодня надето!..
Линъэ поспешно прервала ее:
— Тетя-наставница!
— Ой, хе-хи-хи, Сяо Я сегодня так же прекрасна, как и вчера.
В небе Ли Чаншоу с улыбкой активировал массивы талисманов. Полагаясь на ловкость и технику перемещения, он создавал видимость равного боя, хотя на самом деле… его постоянно теснили.
Юцинь Сюанья следовала наставлениям Цзю Цзю: хотя она использовала лишь восемьдесят процентов своей культивации, она пустила в ход все свои магические сокровища и серьезно относилась к каждому обмену ударами.
Талисманы в массивах были расходным материалом. Хоть они и стоили дешево, за несколько дней подобных сражений Ли Чаншоу начал ощущать легкую боль в сердце. На их маленьком и «бедном» пике любая крупица ресурсов была на счету!
Впрочем, нынешние траты того стоили.
…
В небе над густым лесом неподалеку от торгового поселения на границе Бэйцзюй Лучжоу и Наньшань Бучжоу пролетела фигура в плаще, управляя облаком. Вскоре за ней последовала другая тень…
Обе фигуры были поразительно похожи.
Тем, кто летел впереди, был, разумеется, Ли Чаншоу в облике даоса Куай Сы, которого он воплотил с помощью Бумажного даоса. Позади же следовал настоящий даос Куай Сы, за которым Ли Чаншоу не переставал следить ни на миг.
Более десяти лет ожидания…
Погоня длиной в бесчисленные тысячи ли…
То, что противник так легко заглотил наживку, лишило Ли Чаншоу возможности испробовать другие способы, над которыми он долго размышлял. У него даже не возникло чувства, что он наконец ци фэн дуй шоу1.
Хотя враг презирал его, сам Ли Чаншоу относился к противнику со всей серьезностью. Он не стал устраивать засад или расставлять магические формации на этом пути, так как это могло встревожить интуицию врага. Точно так же Ли Чаншоу сдерживал сейчас свою жажду убийства, прокручивая в голове сцены дружелюбного общения, дабы противник не почувствовал неладное.
Взглянув на камень измерения восприятия, Ли Чаншоу понял, что момент для удара близок: сейчас за ними наблюдало совсем мало людей…
Не нужно спешить, стоит подождать еще немного для надежности.
Бессмертное чутье непрерывно сканировало окрестности в радиусе сотен ли, от небесных высей до тысячи чжанов под землей. Ли Чаншоу на пределе сил постоянно просчитывал варианты.
Пока один Бумажный даос выманивал змею из норы, другой находился гораздо дальше в ином направлении, выпуская третьего Бумажного даоса и восемь бумажных человечков оригинальной версии, чтобы тайно подготовить будущее «основное поле боя».
Половина всех ценных материалов, накопленных за десять с лишним лет благодаря алхимии и ежемесячному жалованью в ордене, была сосредоточена здесь. Чтобы дать Линъэ почувствовать свою причастность, Ли Чаншоу даже удержал часть ее жалованья за несколько месяцев, попросив ее обменять его на материалы для создания основы великого массива. Разумеется, Линъэ не знала, для чего старшему брату эти материалы, но если у него была нужда, она с радостью исполняла поручение.
Ли Чаншоу любил владеть инициативой, но не любил сам провоцировать новые связи ин-го2. Решив действовать сегодня первым, он подготовил детальный план и продумал ответные меры на любой случай. Нельзя было сказать, что успех гарантирован на все десять из десяти частей, ведь даос, которого он собирался устранить, тоже считался учеником Учения Людей. Однако теперь, когда враг заглотил наживку, уверенность в успехе составляла примерно девять частей и восемь долей.
Фигуры пролетели одну за другой тысячу ли. Жажда убийства в душе даоса Куай Сы по отношению к тому, кто прикинулся им, становилась всё сильнее. Было видно, что ему не впервой убивать ради сокровищ или преследовать жертву — он держался на идеальном расстоянии, демонстрируя огромный опыт.
Миновав тысячу двести ли, даос Куай Сы начал незаметно прибавлять в скорости, продолжая скрывать колебания своей ауры, и стал бесшумно приближаться с фланга. Казалось, он вот-вот нанесет удар по Бумажному даосу, изображавшему его самого.
Ли Чаншоу же беспокоило другое — в этот момент камни измерения восприятия показали, что чужое бессмертное чутье больше не следит за ними. Очевидно, убийства из-за угла были обычным делом в этом торговом поселении, где смешались люди и демоны, и никого не удивляли.
Бумажный даос в облике Куай Сы тайно открыл фарфоровый флакон, пролетел еще несколько сотен чжанов и внезапно обернулся. В тысяче чжанов позади него даос Куай Сы нахмурился и замер. Но затем он холодно усмехнулся и медленно поднялся выше, уравнявшись в высоте со своим двойником.
— Доу-ю, — бесстрастно произнес даос Куай Сы, — ты разгуливаешь в моем обличье, привлекая всеобщее внимание. Не хочешь ли объясниться? Раз уж между нами возникли эти ин-го, боюсь, сегодня нам не избежать поединка.
«Лже-Куай Сы» изменился в лице и начал медленно отступать в воздухе. Сложив ладони в приветственном жесте, он промолвил:
— Не обессудь, доу-ю. Я сделал это лишь ради удобства в делах, не желая тебя оскорбить.
— Для удобства?
Даос Куай Сы начал наступать на облаке. В руке за спиной он уже сжимал длинный меч и летающий челнок, вливая бессмертную силу в артефакты. На лице «лже-Куай Сы» отразилось легкое смятение, и он снова подал голос:
— Доу-ю, я всего лишь принял твой облик и никак не запятнал твою репутацию. Не стоит заходить так далеко.
— Хех, — даос Куай Сы прищурился, и летающий челнок исчез из его руки.
Этот челнок, судя по всему, обладал способностью скрывать следы. Описав широкий круг, он бесшумно зашел «лже-Куай Сы» в спину.
Ли Чаншоу усмехнулся про себя — этот парень тоже был мастером грязных приемов. Хм… почему это «тоже»? К несчастью для него, несмотря на наличие такого артефакта, даосу Куай Сы всё же недоставало бдительности.
Обычно в воздухе трудно применить яд, для этого требуется время, и враг легко может это заметить. Но сейчас, пока один отступал, а другой наступал, даос Куай Сы сосредоточил почти всё свое внимание на управлении челноком…
Внезапно раздался свист рассекаемого воздуха. Челнок возник за спиной «лже-Куай Сы» и, окутанный яростным пламенем, устремился к его затылку. На губах даоса Куай Сы заиграла холодная усмешка, но она тут же застыла.
Аура того, кто выдавал себя за него, внезапно вспыхнула, поднявшись с начальной стадии царства Истинного Бессмертного до поздней!
Когда челнок уже готов был пробить затылок противника, массивная ладонь метнулась назад. Сгустившаяся на ней бессмертная сила позволила одним движением схватить челнок и погасить на нем колдовской огонь.
— Доу-ю, — произнес «лже-Куай Сы», сжимая в руке непрерывно вибрирующий артефакт, и его голос так же так же стал ледяным, — похоже, сегодня нам и впрямь не избежать поединка.
Лицо даоса Куай Сы исказилось, и он, не проронив ни слова, бросился наутек!
- Ци фэн дуй шоу (棋逢对手, qí féng duì shǒu) — букв. «встретить в игре в го равного по силе соперника»; идиома, описывающая столкновение достойных противников. ↩︎
- Ин-го (因果, yīn guǒ) — буддийское и даосское понятие причинно-следственной связи, определяющее судьбу существа в зависимости от его поступков. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
