Недалеко за спиной Линъэ продолжала следовать армия бумажных даосов.
На самом деле Линъэ не знала, что за последние полгода испытаний племя демонов охватил невообразимый ужас прежде всего из-за того, что несколько сильнейших старых демонов стадии Золотого Бессмертного, обитавших в этих местах, бесследно испарились за одну ночь.
…
— Ха… кха… — Великий монах Сюаньду, находившийся в заднем дворе дворца Доушуай, изо всех сил старался не уснуть, глядя на две картины, одновременно отображавшиеся в висящем перед ним облачном зеркале.
Слева Линъэ быстро перемещалась под водой, а справа Ли Чаншоу и Байцзэ сидели у пруда, склонившись над столом и что-то усердно записывая.
Великий монах контролировал весь процесс и, разумеется, знал, что его младший соученик и Байцзэ все эти полгода вели непрерывные обсуждения, составив план «Великая застава, усмиряющая демонов».
Содержание плана было весьма сложным, и для его реализации требовалось несколько шагов. Необходимо было использовать ци людского рода, заслуги Императора людей и небесные законы Тяньтина, чтобы бессмертные секты Чжуншэньчжоу больше не могли манипулировать мирскими силами Наньчжоу.
— И как только Чангэну приходят в голову все эти странные идеи? — пробормотал Великий монах, обращаясь к облачному зеркалу, а затем невольно рассмеялся.
Он щелкнул пальцем, и изображение в зеркале сменилось: сцена справа сменилась видом на пустынный остров.
На этом острове к каменным столбам были привязаны несколько молодых мужчин и женщин, среди которых оказалась и Юцинь Сюанья.
Руки Юцинь Сюанья были связаны бессмертной веревкой и подняты над головой, сама она висела в воздухе.
Ее аура была крайне слабой, но время от времени она бросала взгляды по сторонам; проявляемый ею уровень совершенствования соответствовал лишь середине стадии Истинного Бессмертного.
В морской воде вокруг острова таились черные тени, в которых смешивались демоническая ци и бессмертная сила, словно они ждали кого-то, кто придет на спасение.
Великий монах невозмутимо улыбнулся и, еще немного взбодрившись, приготовился наблюдать за началом интересного зрелища.
Спустя полдня Линъэ без остановок прибыла в близлежащую акваторию.
Своим божественным чутьем она обнаружила пустынный остров, где находилась Юцинь Сюанья, но не осмелилась приближаться, скрывшись в нескольких сотнях ли. Превратившись в рыбу и затесавшись в косяк, она тщательно обдумывала план действий.
«Неужели Юцинь-шицзе подыгрывает шисюну?»
Наверняка так и есть.
Юцинь-шицзе была на виду у всей секты, и невозможно, чтобы после ее поимки в ордене не последовало никакой реакции.
К тому же…
Линъэ своим божественным чутьем смотрела на слегка надорванное платье Юцинь Сюанья, слегка нахмурив бровки.
Э, что полгода вращалась в мире смертных, каких только сцен не видела?!
При красоте Юцинь-шицзе, разве возможно было бы оставаться в такой сохранности после пленения!
В мире полно плохих людей.
Главное вот в чем!
Это место находится всего в десяти тысячах ли от Хрустального дворца Восточного моря. Если случится какая-то беда, мастера клана Драконов точно успеют вовремя, что полностью соответствует характеру шисюна!
Сцена, которую воздвиг шисюн, кажется, чересчур грубой.
Поразмыслив, Линъэ приняла решение и начала детальную разведку вокруг острова, прощупывая почву и выясняя силы «могущественных врагов».
Поскольку шисюн не ограничивал ее по времени, Линъэ не спешила действовать, желая представить идеальный ответ на это испытание.
И вот, спустя день.
Линъэ применила тактику шэн дун цзи си1, сначала отправив одного бумажного даоса, чтобы тот притворился случайно пролетающим мимо. Даос медленно парил в воздухе неподалеку от острова, привлекая внимание противника.
Сама же она, применив водный побег, сделала полукруг под водой и достигла края острова.
Тут, ко всеобщему удивлению, не оказалось никаких запретных барьеров, что заставило Линъэ про себя усмехнуться.
Однако следом в дао-сердце Линъэ вспыхнула сильная настороженность. Она замерла в расщелине скалы, не шевелясь, боясь попасть в ловушку шисюна.
Прождав полчаса, она тихо применила земляной побег и подобралась к Юцинь Сюанья, но рифы впереди оказались невероятно прочными — искусство побега не могло сквозь них пройти.
Малый массив Обратных Пяти Стихий!
Неужели на расстановку массивов не жаль духовных камней? Это же просто испытание, зачем так стараться.
Линъэ немного поворчала в душе, спокойно понаблюдала некоторое время, и ее фигура, превратившись в струйку легкого дыма, исчезла…
Вскоре маленькая бабочка, трепеща крыльями, опустилась на спину Юцинь Сюанья, спрятавшись в ее длинных волосах.
Хриплым голосом Линъэ передала сообщение:
— Юцинь-сяньцзы! Юцинь-сяньцзы!
— Хм? — тело Юцинь Сюанья слегка вздрогнуло, она пробормотала слабым голосом: — Кто…
— Я… Минцзя, знаком с твоим наставником. Сегодня проходил мимо и увидел, что сяньцзы в беде, пришел спасти тебя.
Линъэ продолжила:
— Сейчас я развяжу бессмертную веревку, а ты сделай рывок на тридцать чжанов вперед и влево, тогда я смогу забрать тебя с помощью техники побега и покинуть это место!
— Благодарю, старший!
— Пустяки, пустяки.
Бабочка, в которую превратилась Линъэ, легонько взмахнула крыльями, и веревка развязалась сама собой.
Поднятые руки Юцинь Сюанья упали, но ее бессмертная сила была слишком слаба и циркулировала плохо, поэтому она тут же повалилась вперед и фактически растянулась на земле.
Какая реалистичная игра…
Маленькая бабочка была искренне поражена и тут же окутала Юцинь Сюанья слоем бессмертной силы.
И в этот самый миг!
Под грохот грома морская поверхность вокруг острова взорвалась водяными столбами, в небо взметнулись десятки черных теней. В их руках сверкало холодное оружие, и более десяти лучей света уже летели в сторону Юцинь Сюанья!
Линъэ в тревоге собралась было силой увести Юцинь Сюанья в небо, но не успела она шевельнуться, как от тела Юцинь Сюанья внезапно начали исходить потоки золотого света, и столб золотого сияния соединил небо и море!
В этом золотом сиянии Юцинь Сюанья широко развела руки, ее фигура быстро взмыла вверх. С закрытыми глазами и поднятой головой, с развевающимися за спиной длинными волосами, ее прекрасное лицо казалось невероятно священным.
— Хорошо, снято!
Сбоку раздался возглас, золотой свет медленно рассеялся, а те черные тени, что с яростным видом бросались в атаку, застыли на своих местах и закрыли глаза.
Бу… бумажные даосы?
Маленькая бабочка, в которую превратилась Линъэ, была полностью охвачена тенью; она впала в оцепенение и долго не могла прийти в себя.
Что это за ситуация…
Это продолжалось до тех пор, пока Юцинь Сюанья не выдохнула, а один из бумажных даосов Ли Чаншоу на стадии Золотого Бессмертного не подлетел издалека, держа в руках шар для запечатления теней, и с улыбкой произнес:
— На этот раз неплохо, сняли с первого дубля.
Услышав это, Юцинь Сюанья облегченно вздохнула, ее глаза засияли, и она тихо спросила:
— Шисюн, какой следующий дубль?
— Не спеши, сначала отдохни несколько дней, — Ли Чаншоу прочистил горло. — Даос под фальшивым именем, почему всё ещё не показываешься?
Юцинь Сюанья оглянулась, и та бабочка в потоках бессмертного света превратилась в Линъэ, хотя ее лицо и аура всё еще были скрыты маскировкой.
Линъэ моргнула:
— Шисюн, это и было второе испытание?
— Верно, — мягко ответил Ли Чаншоу. — Твой результат в этот раз… совершенно неудовлетворительный. Перепиши Канон Устойчивости шесть тысяч раз, сама восполнишь это, когда вернешься на гору.
— Как же так… Я не согласна! Я ведь выполнила задание по спасению Юцинь-шицзе!
— Ты когда-нибудь видела бабочек на голом скалистом острове?
Воплощение Ли Чаншоу выпучило глаза и, обведя рукой всё вокруг, прикрикнуло:
— Если здесь найдется хоть одна травинка, я засчитаю тебе прохождение!
— Это…
Линъэ тут же скорчила обиженную мину, а Юцинь Сюанья не смогла удержать холодное выражение лица, прикрыла рот рукой и тихонько рассмеялась, потянув Линъэ к себе.
— Шисюн, а для чего вы это делаете? — с недоумением спросила Линъэ.
— Передай это по связи. Я сделаю так, чтобы кадры из шара для запечатления теней широко разошлись по всему Хунхуан, чтобы слава твоей Юцинь-шицзе разнеслась повсюду, привлекая еще больше талантов и праведных мужей в Тяньтин.
— Хоть я и не совсем понимаю, в чем дело, звучит впечатляюще. Тогда, шисюн, что это за место Учжуангуань, куда я должна отправиться для третьего испытания? Закончу поскорее и пораньше вернусь на гору!
— Вот это и есть твое настоящее испытание во время этого спуска с горы. Там находится обитель одного высокого мастера. Тебе нужно самой разведать, где находится это место, отыскать его и встретиться с хозяином храма…
— Шисюн, а ты случайно сам не знаешь, где это место?
— Хочешь добавить еще шесть тысяч раз?
— Может, шисюн, ты просто признаешь мое поражение? Я согласна вернуться на гору и переписывать каноны.
— Тогда их количество увеличится в десять раз.
— Прошу прощения, я пошла искать Учжуангуань…
Задний двор дворца Доушуай, под тем самым большим деревом.
Великий монах Сюаньду, слушая диалог, доносящийся из карты Тайцзи-ту, не переставал улыбаться доброй улыбкой.
— Если бы тогдашние три звезды, окружающие луну2 Чаншоу, все превратились в брачные узы, было бы весело… Хм?
Великий монах внезапно нахмурился. Схема Тайцзи1 едва заметно вздрогнула, и в глубине его души возникло некое понимание.
— К чему эта смута именно сейчас… Неужели и эти существа почуяли, что на Хунхуан грядет Великое Бедствие?
Пробормотав это под нос, Великий монах исчез с того места, где стоял.
Вскоре луч света, словно пронзив Цянькунь2, на огромной скорости скрылся за горизонтом…
- Тайцзи-ту (太极图, tàijítú) — Картина Великого Предела, могущественный сакральный артефакт. ↩︎
- Цянькунь (乾坤, qiánkūn) — древнекитайское обозначение мироздания через единство Неба и Земли. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
