В тот же миг среди демонов, находившихся на самом краю, нашлись те, кто бросил свои магические сокровища и, развернувшись, стремительно полетел к горизонту.
Однако не успели эти немногие демоны пролететь и нескольких ли, как чрезвычайно быстро промелькнула черная тень — и прямо в воздухе все они превратились в кровавую пыль, не оставив после себя даже частицы души.
Тень приняла облик мужчины средних лет с парой крыльев за спиной, от которого исходило поразительное, подавляющее величие.
Этот демон громко провозгласил:
— Бог Воды, ты заходишь слишком далеко в своем притеснении! Здесь сокрыты жизненные узы нашего рода демонов, здесь наша судьба и наше наследие. Все мириады живых существ, обретая форму, изначально становятся демонами. Неужели ты не знаешь о союзе на вершине горы Бучжоу, заключенном еще в стародавние времена?
Ли Чаншоу равнодушно ответил:
— Древние союзы были погребены вместе с Демоническим двором, а сегодня именно такие коварные и амбициозные великие демоны, как ты, лишают покоя всё сущее и заставляют мир содрогаться. Ты только что упомянул судьбу демонов?
Он небрежно убрал метёлку-фаньчэнь и неспешно достал из рукава печать.
Печать была покрыта куском окровавленной желтой ткани. Ли Чаншоу легким движением снял ткань, обнажая её истинный облик.
В это мгновение!
Внизу заклубилась демоническая аура, сотни королей демонов в один голос взревели от ярости, а десятки мастеров из рода демонов, пришедших из глубокой древности, взмыли в воздух, гневно взирая на то, что Ли Чаншоу держал в ладони!
Это была большая печать, на которой всё еще теплилась мощь Небесного Дао.
По краям печати были вырезаны великие демоны. Барельеф был разделен на шесть ярусов: на самом верхнем две Золотые вороны расправили крылья в громком крике, на втором снизу Куньпэн служил основанием, а десять гигантских демонов, задрав головы, яростно ревели…
Печать Демонического Императора!
Ли Чаншоу безмятежно произнес:
— Некоторое время назад я подвергся нападению одной Золотой вороны и более десяти древних старых демонов. По счастью, благодаря защите учителя, мне удалось убить ту Золотую ворону и заполучить эту вещь. Это и есть та самая судьба вашего рода демонов?
Несколько старых демонов громко закричали:
— Бог Воды, как ты смеешь!
— Если ты вернешь печать, мы немедленно отступим и подчинимся воле Небесного двора!
— Ваше Высочество и впрямь погиб от твоих рук!
Лицо Ли Чаншоу постепенно становилось всё более холодным, и он небрежно подбросил печать вверх.
Толпы демонов внизу приготовились броситься вперед, но мастера из рода драконов, боевые ведьмаки из рода ведьм и небесные полководцы за спиной Ли Чаншоу — все они приготовились дать отпор!
Раздался звон меча, и мир озарился золотым светом. Ли Чаншоу выхватил из ножен Меч Божественной Власти Небесного Дао. Клинок, подобный текучей воде, отразил полные тревоги лица демонов, и последовал горизонтальный удар — острие меча обрушилось на бок Печати Демонического Императора!
Все пути Дао между Небом и Землей содрогнулись!
В небесах над девятью небесами загремел гром, а земли пяти континентов заколебались.
Живые существа в радиусе десяти тысяч ли словно лишились голоса. Множество взглядов сошлось на Печати Демонического Императора, наблюдая, как меч Небесного Дао на миг замер, встретив сопротивление;
Наблюдая, как меч Небесного Дао, словно не встречая усилий, вошел в Печать Демонического Императора;
Наблюдая…
Как Ли Чаншоу одним ударом разрубил Печать Демонического Императора на две части!
Над головами демонов вырвались снопы золотого света, превратившись в Золотую ворону, которая, задрав голову, зашипела на Ли Чаншоу.
Ли Чаншоу холодно хмыкнул, за его спиной разразилась гроза, и возникла колесница Нефритового императора, парящая над девятью небесами, а девять золотых драконов, оскалив пасти, взревели на тех, кто внизу!
Золотая ворона пролетела тысячу чжанов и внезапно рассыпалась;
Девять золотых драконов, собиравшихся напасть, описали круг и взорвались золотым сиянием, которое вошло в тела небесных воинов и полководцев, прислужников Подземного судилища, а также представителей родов драконов и ведьм.
Ли Чаншоу с суровым видом посмотрел вниз. Его широкие одежды развевались на ветру. Он убрал две половины Печати Демонического Императора и замер над облаками, сжимая в руке божественный меч.
— Если не сдадитесь — ваши души рассеются. Если сдадитесь — я сохраню их вам.
Внизу среди демонов поднялся гул, забили боевые барабаны. В этот миг все короли демонов словно подпали под действие кармического бедствия: ну-хо-гун-синь1 овладел ими, а глаза налились кровью.
Зловещая энергия клубилась, а жажда убийства потрясала небеса.
Ли Чаншоу медленно кивнул, обернулся и, сложив руки в приветствии, обратился с прошением:
— Ваше Величество, демоны бьются насмерть и не желают сдаваться. Ваш смиренный слуга просит небесного соизволения, дабы искоренить здесь нечисть и защитить чистоту и ясность мира.
Голос Нефритового императора донесся с высоты:
— Дозволяю.
Ли Чаншоу резко развернулся, высоко поднял меч Небесного Дао и закрыл глаза, мгновенно мобилизовав все силы своего разума!
Великий духовный взрыв Неба и Земли!
Не потребовалось ни гневных криков, ни громких возгласов — земля вдруг начала содрогаться. На девяти вершинах гор, где сосредоточились элитные силы демонов, вершины внезапно были сорваны, духовная энергия в одно мгновение вскипела, и девять ослепительных вспышек одновременно рванули на земле!
Их сияние было ярче, чем когда в древности вышли сразу десять солнц!
Их мощь сотрясла небо и землю, заставив бессмертных и богов трепетать от страха.
Ли Чаншоу использовал почти всех своих бумажных даосов уровня Золотого Бессмертного в качестве запалов, задействовал все накопления за эти двенадцать лет и не жалея разлил сок деревьев из гигантского леса пика Сяоцюн, вложив внутрь почти всю бессмертную силу, которую копил двенадцать лет.
Когда шторм духовной энергии утих, боевые порядки демонов внизу превратились в хаос, великие демоны едва могли позаботиться о себе, а девять горных пиков превратились в огромные воронки…
Возможно, этот сокрушительный удар Ли Чаншоу не смог уничтожить и пятой части демонического войска — враги стояли слишком разобщенно, к тому же во время духовного взрыва многие мастера-демоны успели сбежать.
Но в этот момент скорбный гнев демонов рассеялся как дым, и даже те древние великие демоны наконец пришли в себя…
Ли Чаншоу наконец опустил высоко поднятый меч и открыл глаза, в которых не было ничего, кроме холодного льда.
— Сегодня я вершу кару и полностью истреблю род демонов в этом месте. Убивайте.
Небесные воины в воздухе хором ответили согласием, загрохотали барабаны, поднялись ветра, и небесные полководцы начали применять божественные способности, подавляя демонов!
В вышине фигура Ли Чаншоу устремилась вниз!
В этот миг у горизонта вновь разлился водно-голубой свет, и навстречу шагнул Шангу Яошуай Байцзэ. С его спины сорвалась молния, которая посреди многотысячного войска точно поразила Ли Чаншоу в грудь.
В мгновение ока Ли Чаншоу убрал бумажного даоса, и его истинное тело вступило в битву.
С Пагодой Сюаньхуан над головой, Мечом Божественной Власти в левой руке и Линейкой Вселенной в правой, он ворвался в самую гущу древних великих демонов.
Равновесие Всего Сущего!
Небесный меч расцвел сиянием!
…
На колеснице высоко в небе Нефритовый император в золотых доспехах опирался на большой меч, с невозмутимым видом… наблюдая за великой битвой внизу.
Любезный мой Чангэн…
Он просто бесподобен.
Бесподобен в обличении врагов, бесподобен в расчетах, бесподобен в разрушении вражеских строев, да и в поединках оказался столь отважен.
Беда лишь в том, что нынешние полководцы Небесного двора ни на что не годны, и приходится посылать Чангэна в самую гущу сражения. Вот когда закончится Великое возведение в ранг богов, у Небесного двора должны появиться способные военачальники, и тогда Чангэн сможет хоть немного отдохнуть.
Слова Владыки Дао о том, что «можно во всем доверять Чангэну и не иметь сомнений», должно быть, касались и его мастерства в бою.
Вот только…
Эх, каково это — быть Нефритовым императором, чье присутствие совсем не замечают.
И чего эти великие демоны бегут? Неужели не понимают, что нужно сначала ловить главаря, а чтобы убить бессмертных, нужно напасть на него, главу всех бессмертных?
Право слово…
Будни Небесного императора поистине скучны, стеснены и однообразны.
Лучше подумать о делах Юньхуа и этого парня Ян Тянью.
Хм, хоть этот Ян Тянью и в ладах со Мной, но если бы он раньше хоть кивнул и сказал в лицо Юньхуа, что хочет взять другую жену, Я бы обрушил на него гром Небесного двора.
Эта девчушка Хуа Юнь вполне подходит Чангэну… Впрочем, Чангэн старается избегать всех этих Чанъэ, да и с Сяо Лунцзи за столько времени их отношения стали больше походить на общение учителя и ученика.
Цыц, неужели Юньсяо-шицзе и впрямь так крепко прибрала к рукам Чангэна?
Нефритовый император посмотрел вниз, его драгоценный меч слегка задрожал, и новые потоки золотого света устремились к небесным воинам.
Пора бы уже планировать следующее воплощение.
- Ну-хо-гун-синь (怒火攻心, nù huǒ gōng xīn) — когда гнев овладевает сердцем (букв. «пламя ярости атакует сердце»). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
