После окончания еженедельного собрания Алекс попросил её остаться.
— Флора, угадай, что я сейчас тебе скажу? — Алекс никогда не был чересчур серьёзным, он даже подмигнул Шан Чжитао, с детским задором предлагая ей угадать.
— Э-э… — Шан Чжитао действительно призадумалась. В последнее время в её работе не было промахов, поэтому она покачала головой: — Алекс, я не знаю.
— Тогда взгляни на это. — Алекс достал из ящика несколько листов бумаги и положил перед ней.
Шан Чжитао взяла их и увидела крупные слова «Трудовой договор» на китайском и английском языках. Она широко раскрыла глаза и недоверчиво посмотрела на Алекса: — Я…
— Твоей первой остановкой в ротации был отдел маркетинга. Я поговорил с Луми, и мы оба хотим, чтобы ты осталась в отделе маркетинга. Ты согласна?
— Я согласна, — Шан Чжитао закивала, точно курица, клюющая зёрна. Она ещё не умела скрывать чувства и просто сияла от радости. В уголках её глаз стало горячо.
— Тогда возвращайся, подпиши этот официальный договор и отнеси его в отдел кадров. — Алекс поднял большой палец вверх: — Так держать, Флора. Ты же знаешь, Пекин — город жестокий, но справедливый. Если прикладывать усилия, то обязательно будет результат. Все видели твоё усердие и чувство ответственности на протяжении последних двух месяцев. Ты сама заслужила этот контракт.
Шан Чжитао казалось, что она видит сон.
Она помнила свой первый рабочий день, когда Луань Нянь советовал ей сменить работу. Как же она тогда была напугана, как дрожала от страха. Но сегодня она официально осталась здесь, и Алекс сказал, что она добилась этого собственным трудом.
Это было так трогательно. Ей даже захотелось немного поплакать.
До самого конца рабочего дня Шан Чжитао не покидало ощущение нереальности происходящего. Чувства переполняли её, ей отчаянно хотелось с кем-нибудь поговорить.
Она спросила Яо Бэй: — Старшая сестра, вы в Пекине?
— Я на аэрокосмической базе. Что случилось, Тао Тао?
— Меня приняли в штат.
— Правда!!! — Яо Бэй поставила сразу три восклицательных знака и тут же позвонила: — Моя младшая сестра такая молодец, правда же! Подумай, что ты хочешь съесть! Как только я вернусь, мы обязательно это отпразднуем!
Шан Чжитао прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться вслух: — Я хочу японскую кухню. Рядом с нашей компанией есть один ресторанчик, мне очень хотелось туда сходить.
— Тогда жди моего возвращения!
Шан Чжитао, будучи человеком заурядным, познала иного рода счастье.
Шан Чжитао разделила свою радость с другим человеком, но её собственное воодушевление не проходило. Ей хотелось вознаградить себя, она чувствовала, что сегодня действительно этого заслуживает. Может, сходить в тот японский ресторан? Пригласить Сунь Юй и остальных? Но уже слишком поздно, пока они доберутся, ресторан закроется. Пойду сама! Точно! А на выходных угощу соседей по квартире!
Шан Чжитао была так счастлива, что встала со своего места, всё ещё с улыбкой на лице, потянулась и снова села. Затем она тут же начала собирать вещи, не желая ждать ни минуты. С сумкой на плече она направилась к выходу и столкнулась с Луань Нянем, который тоже собирался уходить. Увернуться было поздно, поэтому Шан Чжитао оставалось только улыбнуться ему: — Лю Кэ, уходите с работы?
— Угу. — Больше он ничего не сказал.
Шан Чжитао тоже промолчала. Она зашла в лифт и встала в углу, но вдруг услышала вопрос Луань Няня: — Сегодня не хочешь съесть чего-нибудь вкусного?
— А?
— Тебя разве не приняли официально в штат?
— О… да. — Шан Чжитао не умела лгать, на её лице буквально было написано: «Я как раз собираюсь съесть что-нибудь вкусненькое». Заметив, что Луань Нянь наблюдает за ней в зеркале лифта, она немного неохотно спросила: — Вы… хотите пойти со мной?..
— Хорошо.
?
— Вам не стоит себя утруждать, если у вас на вечер назначена встреча, — добавила Шан Чжитао. Был ли у неё ещё шанс отыграть всё назад?
— Не утруждаю, встреч нет.
…
— О.
«Ну и жадина же ты», — усмехнулся про себя Луань Нянь. Он был таким человеком: просто подразнил её, но чем неохотнее она соглашалась, тем сильнее ему хотелось пойти. Когда ей становилось не по себе, он чувствовал удовлетворение. Проще говоря, Луань Нянь был из тех, кто получает выгоду, досаждая другим. Как говорил Тань Мянь: в глубине души он не был добрым человеком.
— Что будем есть? — спросил Луань Нянь.
Шан Чжитао лихорадочно соображала: что бы такое предложить, чтобы он отказался? Малатань? Рисовую лапшу? Лянпи?
— Рядом с офисом есть неплохой японский ресторан, придётся тебе потратиться, — безучастно произнёс Луань Нянь. — Возьмём сет за 398, иначе останемся без фуа-гра.
— О. Но это же рядом с компанией. Вдруг коллеги увидят? Не будет ли это выглядеть двусмысленно? Это может навредить вашей репутации.
— Ты слишком много беспокоишься. — Луань Нянь усмехнулся: — Веди.
Второй совместный ужин Шан Чжитао и Луань Няня прошёл в том самом японском ресторане.
Когда они вошли, было уже больше девяти вечера. Посетителей в ресторане было мало, их усадили в тихую отдельную комнату с видом на внутренний дворик. Там была включена ночная подсветка: мостики, журчащая вода — необычайное спокойствие. Луань Нянь, как и обещал, заказал сет за 398 юаней, ничуть не поскромничав. Шан Чжитао тоже выбрала этот вариант. Раз уж решила отпраздновать, нужно делать это с размахом, и даже если этот ужин обойдётся ей в десятую часть зарплаты, она считала, что оно того стоит.
Луань Нянь заказал сакэ, налил себе маленькую чашечку и спросил Шан Чжитао: — Ты уже получила водительские права?
— В следующие выходные сдаю второй этап экзамена, но, возможно, придётся отложить, потому что сегодня меня назначили сопровождать съёмки для «Чжишэн».
— В горы?
— Да… говорят, это на полмесяца.
Шан Чжитао тоже налила себе маленькую чашечку сакэ и отпила немного. Вполне сносно, не слишком крепко. Она широко улыбнулась, не в силах скрыть переполнявшую её радость.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
