— Голова кружится, в глазах рябит, в конечностях слабость, ни влечения, ни аппетита, — нёс всякую чепуху Луань Нянь, стараясь отвлечь внимание врача Лян.
— Почки, небось, сбоят? Сходи в больницу, обследуйся, — врач Лян знала, что Луань Нянь порет чушь, но не стала его разоблачать. У матери с сыном были хорошие отношения, и когда Луань Нянь начинал молоть чепуху, это означало, что свидания вслепую ему осточертели. Лян Му знала меру, дело-то было не ахти какое важное, так что она просто отшутилась, и на этом закончили.
Луань Нянь отложил телефон, но, вспомнив отрешённый вид Шан Чжитао, всё же набрал её номер:
— Ты уверена, что не хочешь ни о чём меня спросить? Или, может, ты уверена, что тебе нечего мне сказать?
— Нет, — Шан Чжитао ни словом не обмолвилась об Алексе, хотя странная фраза Луань Няня и намекала на то, что он уже догадался. Но пока Шан Чжитао молчит, у него нет доказательств, и Алекс не станет тем перебежчиком, что нарушил командный баланс.
Эту логику она уяснила. Она и сама не заметила, как встала на сторону Алекса. В момент такого важного выбора она не доверяла Луань Няню и не выбирала его. Ведь она знала: её уход или карьерный рост для него не важны. Он даже Алекса не пытался искренне удержать, так что значила она? Дешёвый и послушный сотрудник? Если «Линмэй» захочет, таких сотрудников кругом пруд пруди.
Её молчание красноречиво говорило о твёрдости решения, и Луань Нянь всё понял. Поразмыслив, он сказал:
— Если соберёшься уходить, скажи мне заранее. Я договорюсь с отделом кадров, чтобы тебя уволили по сокращению — так ты получишь компенсацию.
Шан Чжитао удивилась, что Луань Нянь проявил такое благодушие, и искренне поблагодарила его:
— Хорошо, спасибо, Лу Кэ. Если я решусь, обязательно предупрежу тебя заранее.
— И что же Алекс тебе наобещал? Двойной оклад? Повышение в течение года? Стоит пойти за ним, и всё пойдёт как по маслу? Шан Чжитао, у тебя мозги есть? — Голос Луань Няня внезапно сорвался на крик. Его гнев просочился сквозь телефонную трубку, обжигая слух Шан Чжитао, так что ей некуда было деться.
Шан Чжитао вдруг поняла, что попалась в ловушку Луань Няня. Он отступил, чтобы заманить её в свои сети, и она, сама того не заметив, выдала Алекса. Согласно правилам компании, увольняющимся руководителям запрещено уводить за собой сотрудников в течение полугода — это считается недобросовестной конкуренцией и карается соответствующими пунктами договора. Раньше на это закрывали глаза, потому что те люди не были Луань Нянем. Луань Нянь не знал жалости.
Шан Чжитао сжимала трубку, не смея вымолвить ни слова, её мысли замерли.
Люди куда сложнее, чем ей казалось. Отношения Алекса и Луань Няня вовсе не были такими гладкими, как выглядели со стороны. У Алекса тоже были шансы на повышение, он даже думал, что выберут его, но совет директоров предпочёл Луань Няня. Алекс содействовал Луань Няню в работе, но стал первым руководителем, покинувшим компанию после его назначения. Как бы хорошо ни соблюдались приличия на поверхности, поступки выдавали истинные мысли.
— Почему молчишь? — сдерживая ярость, произнёс Луань Нянь. — Знаешь, в чём твоя главная проблема, Шан Чжитао? Ты недостаточно тверда. Сколько тебе лет? Стоило столкнуться с малейшим соблазном, и ты уже заколебалась. Ты думала о своём будущем? Или тебе важна только сиюминутная выгода, и ты настолько близорука?
— Где деньги, там и будущее, — ответила Шан Чжитао. На самом деле она так не считала, но ей просто хотелось это сказать. — Своими делами я распоряжаюсь сама, не утруждайте себя заботой о них.
— Думаешь, мне хочется о тебе заботиться? Работай ты хоть немного головой, мне бы не пришлось тратить на тебя слова!
— А я и не просила со мной разговаривать! — Шан Чжитао и представить не могла, что когда-нибудь поссорится с Луань Нянем. Среди всех она всегда была самой послушной: он учил — она училась, он решал — она следовала. Но в гневе Луань Нянь не выбирал выражений. И когда она колебалась, его отношение окончательно оттолкнуло её. Заставив себя успокоиться, она сказала: — Тогда я сообщу вам о своём решении прямо сейчас. Я решила уйти с Алексом. И не ради чего-то особенного, а просто потому, что он раз за разом поддерживал меня, уважал и всегда разговаривал со мной по-человечески.
Разговаривать по-человечески, говорить добрые слова — каким же ничтожным было это желание Шан Чжитао. Хотя она знала, что Луань Нянь такой человек, он со всеми так общается. Но ведь он был и тем самым человеком, который нежно произнёс в трубку: «Тогда я приеду к тебе с цветами». Вот только на том конце провода была не она.
Шан Чжитао всё-таки приняла это близко к сердцу, приняла до глубины души.
Она повесила трубку, внезапно почувствовав обиду. Она надеялась, что Луань Нянь попытается её удержать, но не таким же образом.
Но когда она остыла, то осознала: хотя каждое слово Луань Няня было неприятным, она действительно проявила легкомыслие и действительно оказалась втянута в подковёрную борьбу верхов. Почему Алекс всё-таки уходит? Почему Луань Нянь не удерживает его? Что значит «думать только о сиюминутной выгоде и не заботиться о будущем»?
Шан Чжитао была упряма. Она начала бунтовать из-за строгости Луань Няня. Проблемы между ними существовали всегда, просто раньше она не желала смотреть им в лицо, а сейчас они просто вырвались наружу.
— Что ж, тогда удачи, — сказал ей Луань Нянь.
— Непременно.
Шан Чжитао проворочалась в постели всю ночь, а на следующий день на совещании отдела маркетинга под её глазами залегли тёмные круги. Они с Луми выбрали места в самом углу и сидели, поглядывая друг на друга, боясь даже вздохнуть.
Луань Нянь, однако, усмехнулся и поддразнил:
— Атмосфера такая гнетущая, что я грешным делом подумал, уж не распустили ли отдел маркетинга?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
