Глава 66. Паршивец
Луань Нянь никогда не ждал подвоха от Шан Чжитао. Если бы кто-то в Линмэй и мог его уничтожить, то только она. Шан Чжитао достаточно было просто показать компании их переписку, чтобы поставить его карьеру под удар.
Шан Чжитао была его ахиллесовой пятой и единственным человеком, которому он доверял. Он хотел, чтобы она прошла через стандартную процедуру отбора и попала в отдел планирования, но не сейчас.
Сейчас был неподходящий момент.
Дони прислали из совета директоров, и в компании шла борьба между двумя группировками. Луань Нянь не искал себе покровителей, он поднялся благодаря собственным способностям. Одна часть совета директоров считала, что важны таланты, а другая — хотела расставить своих людей. Луань Нянь не подавал виду, но в одном он был твёрд: он мог сам оставить эту работу, но не позволял никому себя «убрать». В глубине души он был человеком азартным и боевым. И он не хотел, чтобы Шан Чжитао оказалась во всё это втянута.
Шан Чжитао поднесла бутылку воды, на которой было написано «Единое сердце», к губам, но в итоге отставила её.
Луань Нянь смотрел на неё.
Она уже не была той выпускницей, какой была два года назад. Она видела изнанку офисной жизни и знала, насколько коварной она бывает. Она всегда слушалась Луань Няня, делала то, что он говорил, потому что знала: он никогда не причинит ей вреда.
— Я не хочу пить. Я не пойду в отдел планирования, по крайней мере, пока ты не победишь в этой схватке. И не переживай, что я тебя предам — я этого не сделаю. — Шан Чжитао открутила крышку, достала дорожную миску Лукэ и налила ему воды: — Лукэ, ко мне!
Лукэ мучился от жажды, подбежал и начал жадно пить. Шан Чжитао взяла бутылку, из которой пил Луань Нянь, допила оставшуюся половину и сказала ему:
— Вот это и значит — быть заодно.
Уголки губ Луань Няня дрогнули в улыбке. Он посмотрел на горы, накрыв ладонью руку Шан Чжитао. Она перевернула руку ладонью вверх, отвечая на его жест, и переплела свои пальцы с его. Оба молчали. Легко дул горный ветер, белый Лукэ носился вокруг, то пропадая в густой зелёной траве, то вновь мелькая белым пятнышком и выпрыгивая наружу. Они не могли дать определение своим отношениям: в шутку называли друг друга «партнёрами по сексу», но в глубине души чувствовали огромную близость и доверие.
Субботу Шан Чжитао обычно проводила так: гуляла с собакой у дома Луань Няня, затем он отвозил её и пса домой, она шла на языковые курсы, обедала с Сунь Юаньчжу, Сунь Юй или Яо Бэй, снова гуляла с собакой и училась. Воскресенье проходило за прогулками, учёбой, едой и дневным сном. Иногда она выбиралась с Сунь Юаньчжу и остальными в короткие поездки: на Башан, озеро Байяндянь или водохранилище Яньсиху — всё это было неподалёку. Она привыкла к таким выходным.
Но эти выходные выдались иными. В каком-то помутнении рассудка она согласилась поехать с Луань Нянем в горы. И вот они сидели здесь, подставляя лица горному ветру, пока Лукэ в своё удовольствие носился по склонам. Они нашли узкую тропинку, вдоль которой Шан Чжитао набрала букет безымянных полевых цветов. Такие выходные ей очень нравились.
Они пробыли на горе до самых сумерек, а потом вместе с Лукэ поехали есть рыбу. Увидев пруд, Лукэ пришёл в неописуемый восторг и с разбегу сиганул в воду. Шан Чжитао перепугалась до смерти:
— Лукэ! — закричала она, решив, что он сейчас утонет.
Но Лукэ, загребая лапами по-собачьи, азартно рыскал в воде. Увидев рыбу, он пришёл в ещё большее возбуждение и попытался её поймать.
— Сегодня платишь ты, — Луань Нянь посмотрел на этого глупого пса, гадая, не выудит ли тот и впрямь пару рыбёшек. И правда — выудил одну.
— Выплюни сейчас же! — пригрозила Шан Чжитао, стоя у кромки воды. — Быстро!
Лукэ жалобно ухнул, подплыл к берегу и выплюнул рыбу. Та отчаянно забилась на земле. Хозяин заведения развёл руками:
— Эту уже обратно не выпустишь…
Не успел он договорить, как Лукэ снова прыгнул в воду.
Луань Нянь указал на Шан Чжитао и сказал хозяину:
— Она заплатит.
Лукэ вытащил из пруда четыре рыбины. Луань Нянь действительно не стал расплачиваться, да ещё и подтрунивал над Шан Чжитао:
— Рыба, которую поймала собственная собака, должна быть вкуснее любой другой.
Шан Чжитао обнимала большое ведро, в котором плескались три рыбины. Четвёртую хозяин уже отправил тушиться. Рыбины были немаленькие, и Лукэ крутился вокруг ведра, радостно поскуливая, будто хвастался добычей. Шан Чжитао выпросила у хозяина полотенце и в очередной раз вытирала шерсть пса, ворча на него:
— Разве можно вот так прыгать в пруд? Ты хоть плавать-то умеешь? А если бы утонул?
— Другие собаки воды боятся, а ты почему с ходу прыгаешь?
— Прыгнул и прыгнул, но рыбу-то зачем ловить? У тебя с головой всё в порядке?
Луань Нянь вставил своё слово:
— Наконец-то ты заметила, что у твоего пса не все дома.
Лукэ отличался от других собак. Как бы это сказать… он был немного простоват. Стоило в доме Луань Няня раздаться звонку, он радовался больше всех: как только дверь открывалась, он нёсся встречать гостя. Надеяться на то, что он будет охранять дом, не приходилось.
— У Лукэ всё в порядке!
— Ты же сама только что это сказала.
Шан Чжитао посмотрела на своего непутёвого пса, и у неё разболелась голова. Содержать собаку — сплошное разорение. Если бы не привезла его в это рыбное хозяйство, сэкономила бы кучу денег. Дома Лукэ тут же завалился спать — сегодня гулять с ним уже не нужно было, он вымотался до предела.
Луань Нянь достал из винного шкафа бутылку и налил себе немного. Посмотрев на Шан Чжитао, он сказал:
— Тебе стоит попрактиковаться в вождении. Пока я ел рыбу, мне хотелось выпить, но некому было сесть за руль вместо меня.
— Я вожу вполне прилично.
— Ты садилась за руль после того, как в прошлый раз врезалась в мою машину?
— Нет.
…
Шан Чжитао с улыбкой подошла к нему, выпрашивая глоток:
— Нальёшь мне бокальчик?
— Нет.
— Я теперь хорошо держу хмель.
Луань Нянь бросил на неё взгляд и плеснул ей на донышко. Шан Чжитао с недовольством осушила бокал одним глотком:
— Давай ещё.
Луань Нянь подлил ей вина и, дождавшись, пока она сделает глоток, спросил:
— Ты специально тренировалась пить?
— Угу…
— Зачем?
— Ну, надо же хоть немного уметь. А то попаду в ситуацию, где нужно выпить, а я не могу — это же так неловко, всем праздник испорчу.
— В какой такой ситуации «нужно» пить? — спросил Луань Нянь.
— Например, с клиентами? Или с боссом? — Шан Чжитао подразнила его. Она бы никогда не стала пить с клиентами, ведь девушке алкоголь в таких делах только во вред. Ей просто хотелось выпивать с Сунь Юй, Луми или Яо Бэй — собраться девчонками, пригубить вина, потравить истории… Как же это уютно.
Лицо Луань Няня помрачнело, атмосфера в комнате мгновенно стала тяжёлой. Он спросил:
— Ты помнишь, что я сказал тебе после того банкета в Гуанчжоу?
— Помню. Ты сказал: если не умеешь пить — не пей никогда.
— Сможешь это выполнить?
Луань Нянь контролировал Шан Чжитао не из прихоти — он не хотел, чтобы она опустилась и плыла по течению. Шан Чжитао кивнула:
— Смогу. Значит, и с боссом мне пить нельзя! — Она пододвинула пустой бокал обратно Луань Няню.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
