Глава 75. Боль
Тот день для «Линьмэй» начался как обычно. Все были заняты на своих рабочих местах: кто-то вполголоса переговаривался, но большинство молча стучали по клавишам компьютеров.
Луань Нянь проводил административное совещание. Дони как раз говорил о необходимости доработки новой стратегии, но присутствующие молчали. Луань Нянь тоже ничего не говорил — он лишь поднял голову и равнодушно взглянул на Дони. В этом взгляде нельзя было прочесть никаких эмоций.
Трейси тоже подняла глаза на Дони, а затем, опустив голову, отправила Луань Няню сообщение:
— Сегодня я специально нанесла макияж.
— Так и должно быть, торжественно, — ответил ей Луань Нянь.
Совещание было нудным и затянутым, но Луань Нянь, вопреки своему обыкновению, не прерывал его. Он даже откинулся на спинку кресла, наблюдая за тем, как отделы препираются друг с другом.
Спустя некоторое время Луань Нянь заметил, как Трейси, привыкшая к любым жизненным бурям, переменилась в лице. Она перебила Дони:
— Извини, Дони, пожалуйста, прервись. Лу Кэ, выйди, пожалуйста, на пару слов.
Луань Нянь вышел вслед за Трейси из конференц-зала и заметил, что в офисе что-то не так. Сотрудники перешёптывались, но при их появлении внезапно замолкли.
Луань Нянь взял ноутбук Трейси и увидел электронное письмо с заголовком: «Я — Флора Шан, и я официально заявляю о том, что руководитель отдела планирования Дони подвергал меня систематическим сексуальным домогательствам».
Кровь бросилась Луань Няню в голову, в его сердце словно что-то рухнуло, причиняя острую боль. Он посмотрел на рабочее место Шан Чжитао: она сидела там, выпрямив спину, под прицелом странных взглядов и пересудов. Она была так спокойна и открыта, губы слегка сжаты — словно воин перед решающей схваткой. Луань Нянь никогда не забудет тот день и Шан Чжитао в той позе — такой смелости и решительности он в ней ещё не видел.
— Дочитай до конца, Лу Кэ, — Трейси не замечала, что её голос дрожит. Она подумала, что если бы с ней случилось подобное, то сколько бы ночей кошмары не давали ей уснуть.
— Впервые я официально встретилась с Дони в его кабинете. После того как я объяснила ему процесс управления бюджетом, он внезапно спросил, есть ли у меня парень. Я поинтересовалась, имеет ли это отношение к работе, на что он ответил, что нет, но сам он холост. Интуиция подсказала мне, что что-то не так. Всё произошло слишком внезапно, и у меня не было доказательств.
— Я купила диктофон и включала его каждый раз, когда оставалась с Дони наедине.
— Второй раз Дони приставал ко мне в офисной столовой. В то время коллеги работали, а я наливала кофе. Он подошёл, оглядел меня с ног до головы и сказал: «Флора, ты сегодня очень красивая. Может, поужинаем вместе?». Я ответила: «Простите, у меня на вечер планы». Тогда я, хоть и почувствовала неладное, всё же подумала, что это лишь обычное офисное общение.
— В третий раз это случилось на тропинке у отеля во время поездки «108 километров Дуньхуана». Он предложил поужинать на следующий день, я отказалась. Вечером он внезапно прислал полуобнажённое фото и написал: «Я всегда считал, что мужчина должен быть дисциплинированным. Флора, хочешь потренироваться вместе со мной?». Я отказала ему и указала на то, что его фото слишком откровенное, посоветовав больше такое не присылать.
— С тех пор я часто получала от него сообщения посреди ночи. Иногда это были приглашения на ужин, иногда фотографии. Однажды он прислал фотографию своих гениталий и спросил, не хочу ли я попробовать. Тогда я сорвалась и заблокировала его. Но внутри мне было очень страшно, я не знала, как вести себя в такой ситуации, и мне стали сниться кошмары.
— Но он не оставил меня в покое. В корпоративном мессенджере он написал мне: «Флора, ты ведёшь себя крайне непрофессионально. Если возникнет рабочий вопрос, я не смогу тебя найти. Если дело в том фото, прошу прощения, я перебрал с алкоголем, впредь буду соблюдать границы».
— Дони домогался меня снова и снова, каждый раз всё наглее. Пока в тот день в Чэнду, когда я пошла в уборную, он не затащил меня в пустую комнату.
— Я не хотела оставаться в Чэнду, мне было безумно страшно. Все 1520 километров полёта от Чэнду до Пекина меня не переставало трясти.
— Я также связалась с женщинами, которые ранее подвергались домогательствам со стороны Дони, их свидетельства приведены ниже. Убедительно прошу компанию начать расследование.
«Все 1520 километров полёта от Чэнду до Пекина меня не переставало трясти».
В тот вечер Луань Нянь слышал, как Лу Кэ резвится внизу. Он закрыл ноутбук, собираясь спуститься и посмотреть, но увидел, как Шан Чжитао вошла в его комнату, разделась и нырнула к нему в объятия. Её всё время трясло, словно от сильного испуга.
Он спросил её, что случилось?
Она ответила, что всё в порядке.
Луань Нянь закрыл ноутбук Трейси, вернулся в свой кабинет и запер дверь. В его душе словно разгорелся огромный пожар, и этот огонь обжигал сердце невыносимой болью.
Снаружи было тихо. Через некоторое время Луми услышала, как Китти на своём рабочем месте произнесла:
— Не договорились, что ли?..
Всего одна фраза, полная злобы. Кто-то из коллег кивнул:
— Со мной Дони был очень вежлив.
Луми взглянула на Шан Чжитао — та сидела, не проронив ни слова. Людская злоба обрушилась на неё, словно ураган. С самого начала она знала, что люди будут говорить: «невозможно», «этого не может быть», «почему именно она?», «не сошлись в цене?». Лишь немногие верят, что девушку могут обидеть просто так, без всякой причины.
Луми встала, вышла в проход, подошла к рабочему столу Китти и вдруг схватила её за волосы, с силой дёрнув назад:
— Я тебя сегодня на месте прибью! И не думай, что никто не знает о твоих делишках! Веришь или нет, я всё это наружу вытащу?!
Китти начала вырываться, Луми отклонила голову назад, но руку, вцепившуюся в волосы, не разжала.
Луми хорошенько поколотила Китти, и никто не подошёл их разнимать. Сегодня в «Линьмэй» воцарилась странная атмосфера. Заявление Шан Чжитао разрушило фасад процветания компании, выставив напоказ её внутреннюю гниль и разложение.
Внезапно одна девушка произнесла:
— Мне Дони тоже присылал сообщения, я думала, я ему нравлюсь…
Голос был тихим, робким, но она наконец-то это высказала.
Луань Нянь слышал шум снаружи, но не пошевелился. Он слушал записи из письма Шан Чжитао.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
