— Моё предложение: первому осведомителю — акции на сумму, эквивалентную 200 тысячам юаней, остальным четверым сотрудникам — по 100 тысяч. — Закончив, он добавил: — Особое вознаграждение, огласке не подлежит. — Если бы об этом объявили во всеуслышание, наверняка нашлись бы те, кто сказал бы: «Смотрите-ка, всё не так просто, здесь явно не обошлось без каких-то подковёрных игр». Луань Нянь не хотел, чтобы девушки снова оказались в водовороте сплетен.
— Хорошо.
Когда они достигли согласия, американец спросил:
— Когда вернётесь к работе?
— Завтра сначала разберусь с извинениями сотрудников. Как только всё уладится, выйду на работу. — Он замолчал на пару секунд и, опасаясь, что американские акционеры не до конца его поняли, добавил: — Я имею в виду, что должен увидеть подписанные сотрудниками согласия на наделение акциями, а также видео с извинениями этого подонка.
Такова была позиция, которую занял Луань Нянь.
Он встал, провожая гостей.
Он давно всё просчитал: акции будут падать ещё день, девушки получат их в самой низкой точке, и меньше чем через полгода после реализации права они снова вырастут. Он надеялся, что теперь они смогут спать спокойно.
Луань Нянь раньше и не замечал за собой, что порой может быть таким добросердечным. Он всегда считал себя хладнокровным человеком.
На следующий день, когда Шан Чжитао сидела в кабинете Трейси и увидела, как та достаёт толстую пачку документов, она немного растерялась:
— Компания хочет меня уволить?
Трейси рассмешило её глуповатое выражение лица:
— Посмотри сама.
Шан Чжитао принялась внимательно читать. «Согласие на наделение акциями»? Что это?
Трейси, заметив её замешательство, пояснила:
— Ты же знаешь, что компания каждый год награждает акциями небольшое число сотрудников?
Шан Чжитао кивнула, она знала. Но это касалось только сотрудников уровня эксперта.
— Это особые акции, которыми компания награждает тебя. За твою смелость и бесстрашие, за то, что ты в одиночку боролась за создание безопасной рабочей среды для коллег-женщин.
— А? — Первой реакцией Шан Чжитао было желание отказаться: если она примет их, другие скажут, что она сделала всё это ради денег.
Однако Трейси пододвинула к ней ручку:
— Награждение акциями — это секрет, тебе не нужно беспокоиться, что кто-то узнает. Об этом знаем только ты и я. Ах да, ещё Лу Кэ. Это было одним из условий его возвращения на должность.
Луань Нянь?
Луань Нянь никогда не говорил ей об этом. Шан Чжитао посмотрела на документ: сумма была немалой, целых 200 тысяч юаней. В 2012 году 200 тысяч юаней для многих обычных офисных работников были огромным состоянием.
— Принимай, — сказала Трейси. — Считай это вознаграждением за то, что ты постаралась на благо всех коллег. Если ты не примешь, Лу Кэ не вернётся, акции продолжат падать, и годовые премии у всех в этом году накроются медным тазом.
Рука Шан Чжитао, державшая ручку, слегка задрожала. Трейси прижала её руку, подшучивая:
— Уже дрожишь? А что будет через пару лет, когда пройдёшь конкурс на эксперта и получишь миллионные опционы? Тогда вообще в обморок упадёшь?
Шан Чжитао улыбнулась и аккуратно вывела своё имя.
Подписав ещё и соглашение о конфиденциальности, она спросила Трейси:
— Теперь всё?
Трейси кивнула:
— С тобой свяжутся, чтобы открыть брокерский счёт. Срок реализации этих акций — три дня. Да, не три года, а три дня. Через три дня они полностью станут твоими. И напоследок: позаботься о сохранности своих активов.
— Спасибо.
— Не за что, — ответила Трейси. — Отличная работа, Флора.
Выйдя из кабинета Трейси, Шан Чжитао увидела, что на всех телевизорах в компании включили одну и ту же картинку: Дони в кадре произносил:
— Я прошу прощения у женщин, которые подверглись домогательствам с моей стороны. Простите меня.
Он даже встал и поклонился.
В офисе воцарилась тишина. Сотрудники переглядывались, и вдруг кто-то первым начал аплодировать. Пожалуй, в этот момент компания была максимально близка к тому идеалу, который каждый хранил в своём сердце.
Трейси выключила громкую связь на телефоне и спросила Луань Няня:
— Слышал?
— Слышал.
— Гнев сменил на милость?
— Пойдёт.
— Выходишь на работу?
— В следующий понедельник.
Луань Нянь повесил трубку. У него было довольно хорошее настроение, и он свистнул Лу Кэ. Лу Кэ навострил уши: мясо дадут? гулять пойдём? — только это на уме и было.
Луань Нянь потрепал пса по голове:
— Посмотри на свои мозги — точь-в-точь как у твоей хозяйки.
Стоило ему это сказать, как эта самая «безмозглая» хозяйка позвонила. Голос её звучал немного приглушённо:
— Трейси сказала…
— Растрогалась до слёз?
— …Нет… То есть да, я хотела сказать тебе спасибо.
— Не за что.
Луань Нянь не любил, когда Шан Чжитао благодарила его. Это не было чем-то, за что стоило благодарить, — просто услуга, которую он мог оказать. И хотя эта услуга была реализована через весьма рискованную игру, Луань Нянь считал, что оно того стоило.
Денег у него и так хватало, а без этой паршивой работы он вполне мог бы обойтись.
А раз выиграл — тем лучше.
В конце концов, он любил азарт борьбы.
— Лу Кэ сегодня послушный?
Луань Нянь посмотрел на Лу Кэ, который уплетал мясо, и ответил:
— Вполне.
— Тогда можно я угощу тебя ужином сегодня вечером?
— Я не люблю ресторанную еду.
— Я сама приготовлю!
Луань Нянь промолчал. Еду, которую готовила Шан Чжитао, есть было решительно невозможно:
— Лучше поедим где-нибудь в городе.
— Я выучила несколько коронных блюд… — настаивала Шан Чжитао.
— В прошлый раз ты говорила то же самое, — напомнил ей Луань Нянь.
Они так и не договорились и повесили трубки.
Спустя какое-то время от Луань Няня пришло сообщение: «Как идёт подготовка материалов для конкурса на должность?»
— Всё ещё готовлю, постоянно кажется, что недостаточно хорошо.
Луань Нянь подумал: «Ну и дурёха. Уже столько времени прошло, а она всё над бумажками корпит». В комиссии будут коллеги из компании — сейчас самое время налаживать связи, а она зарылась в файлы. И он написал ей прямо: «Кто лидеры в отделе планирования? У кого какой стиль? В каких ты с ними отношениях? Ключевой элемент внутреннего конкурса — это межличностные отношения. Если не будешь искать подходы к людям сейчас, то когда? Когда проиграешь?»
Шан Чжитао призадумалась и поняла, что Луань Нянь абсолютно прав. У каждого из боссов отдела планирования свой стиль и предпочтения, свои сильные стороны. Даже если подготовить документы идеально, стоит им задать вопрос, на который ты не сможешь ответить, — и всё прахом. Видимо, это тоже часть корпоративной культуры.
Шан Чжитао смиренно приняла критику Луань Няня и спросила:
— Тогда к кому мне обратиться? Кто принимает решение в этом вопросе? Есть предложения?
Спустя долгое время Луань Нянь ответил:
— Я.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
