Глава 84. Пусть всё будет так
Шан Чжитао понимала, что их отношения с Луань Нянем изменились. Когда она встречала его, то по-прежнему здоровалась и улыбалась, но знала — будущего у них нет.
В один из дождливых весенних дней она отправила Луань Няню сообщение:
— Лу Кэ, я подумала и решила, что нам стоит прекратить наши отношения.
Ответ от Луань Няня пришёл быстро:
— Хорошо.
Она казалась самой себе очень странной. Она думала, что будет горько рыдать, мучиться от невыносимой боли и заливать горе вином, что будет бесконечно преследовать его, но ничего этого не случилось. Она спрашивала у Сунь Юй:
— Разве я не странная? Неужели я бесчувственное существо? Почему после его отказа я не сгораю от стыда? Почему я ни капли не ненавижу его? Что я вообще за человек?
Вопросов было много, но всё это были обычные житейские дела, и её опыт был таким же, как у тысяч других девушек. Они не совершили ничего дурного, просто полюбили не того человека. И тот человек, казалось, тоже не был виноват — он лишь следовал велению своего сердца. Если бы каждое признание в любви находило отклик, то почему в мире было бы столько несчастных людей?
Сунь Юй не знала, как утешить Шан Чжитао, поэтому лишь слегка приобняла её и сказала:
— Возможно, ты любила не так уж сильно, а может, истинная печаль всегда беззвучна.
Больше всего Шан Чжитао не понимала в себе того, что всё ещё иногда думала о нём, просто он перестал быть для неё важным. Ей казалось, что в её организме включился защитный механизм, который заставил её заново расставить приоритеты среди окружающих людей и событий, и Луань Нянь оказался в самом конце списка.
Ей нравилась эта перемена.
Всё шло своим чередом, настолько размеренно, что она почти забыла о том, что оказалась втянута в коррупционный скандал.
Шан Чжитао только что закончила совещание, когда получила уведомление о встрече.
Сотрудник отдела внутреннего аудита позвонил ей на мобильный и сказал:
— Флора, будьте добры, придите в пятьсот вторую переговорную.
— Хорошо.
С этими словами она, прижимая к себе ноутбук, отправилась в переговорную. Там она увидела Трейси, Луань Няня и коллег из аудита — человек семь-восемь сидели в ряд. Она никогда не попадала в такие ситуации, поэтому нервничала, но в то же время сохраняла спокойствие. Она ровно села на стул.
Хотя она догадывалась, о чём пойдёт речь, она не ожидала, что всё будет настолько серьёзно.
Трейси переглянулась с Луань Нянем и пояснила:
— Поскольку Лу Кэ сейчас временно исполняет обязанности руководителя отдела планирования, согласно правилам компании, при беседе с внутренним аудитом должен присутствовать глава департамента, поэтому…
— Начинайте, — Луань Нянь, не отрывая взгляда от телефона, обратился к Трейси. — Сразу к делу, у меня следом ещё две встречи.
— Хорошо.
— Начинайте аудит.
Её спрашивали об основных доходах, о наличии подработок, о том, любит ли она предметы роскоши. Вопросы были самыми разными, но все они сводились к одному: есть ли у неё крупные неучтённые доходы.
Шан Чжитао отвечала на всё по порядку. Когда коллега из аудита спросил её, есть ли у неё привычка покупать люксовые вещи, она покачала головой:
— Нет, я не люблю предметы роскоши.
Это была правда, они ей не нравились. Хотя Луань Нянь часто дарил ей подобные вещи, она даже не распечатывала их. Не нравится — значит, не нравится. Когда она сказала это, Луань Нянь оторвался от телефона и бросил на неё холодный взгляд.
Затем аудиторы спросили об отношениях с поставщиками, о том, как проходят процессы тендеров и оплат. Шан Чжитао ответила и на это.
Луань Нянь наконец отложил телефон и заговорил привычным официально-деловым тоном:
— Не нужно притворяться столь вежливыми, давайте ближе к делу. Флора, на тебя поступила жалоба от поставщика, которого ты в своё время внесла в базу. Тебя обвиняют в получении взяток наличными на общую сумму более четырёхсот тысяч. Компания продолжит расследование, а пока, до оглашения результатов, прошу тебя передать текущие проекты и временно прекратить работу.
Он не хотел ходить вокруг да около; можно сказать сотни мягких слов, но итог останется прежним. Чем тратить время на любезности, лучше подумать о решении проблемы.
Трейси показалось, что Луань Нянь был слишком резок, и она добавила:
— Мы обязательно во всём разберёмся и не станем обвинять невиновного.
— Но и виновного не отпустим, — отрезал Луань Нянь.
Слушая их разговор, Шан Чжитао чувствовала, как их голоса сливаются в неприятный шум. Четыреста тысяч наличными — для неё тогда это была огромная сумма. Проблема была в том, что она не брала ничего, ни единого юаня.
— Хорошо. Спасибо.
Шан Чжитао вышла из переговорной, вернулась на рабочее место и забрала сумку.
— Ты куда? Уходишь посреди дня? — спросила её Лу Ми.
Чувство того, что тебя несправедливо обвинили, было ужасным, особенно после холодных, лишённых всяких эмоций слов Луань Няня. Шан Чжитао не могла ответить Лу Ми — она знала, что стоит ей открыть рот, и она расплачется. Поэтому она достала телефон и написала Лу Ми сообщение:
«Ван Ян донёс на меня, обвинив в получении взятки в четыреста тысяч. Компания отправила меня домой ждать результатов расследования».
— Вот же гадство! — разозлилась Лу Ми. Она вскочила и пошла вместе с Шан Чжитао к выходу. У лифта они столкнулись с Луань Нянем, который спускался в кафе на первом этаже на встречу. Шан Чжитао отступила на шаг, прячась за спину Лу Ми. В лифте все молчали. Луань Нянь через зеркало видел, как Шан Чжитао упрямо поджала губы — так она всегда делала, когда её обижали.
Войдя в кафе, он через окно увидел, как Шан Чжитао о чём-то говорит с Лу Ми. Лу Ми выглядела крайне возмущённой, а Шан Чжитао держала её за руку, стараясь успокоить. Через некоторое время Шан Чжитао ушла. Когда она вернулась домой, Сунь Юаньчжу был там. Он собирал маленького робота и, увидев её, произнёс через преобразователь голоса:
— Привет.
— Почему ты такая грустная?
Шан Чжитао рассказала ему о случившемся. Сунь Юаньчжу кивнул:
— Знаешь? Есть такие приёмы, которые срабатывают безотказно.
— Что?
— Не бери в голову. В любом случае, тебе нужно спасать себя самой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
