Луань Нянь смотрел на Шан Чжитао, которая то плакала, то смеялась, глядя на чужое предложение руки и сердца, как настоящая глупышка.
Когда церемония предложения закончилась, Шан Чжитао повернулась к столу и сказала Луань Няню:
— Это было так трогательно.
Луань Нянь вскинул бровь:
— Ты так этого ждала, что подумала, будто я собираюсь сделать тебе предложение? Неужели так сильно хочешь за меня замуж? — спросил Луань Нянь, отрезая кусочек стейка.
Шан Чжитао вскинула бровь, подражая ему:
— Луань-сяньшэн слишком в себе уверен.
Закончив ужинать, они отправились в соседний бар.
В баре было тихо, все сидели, откинувшись на спинки диванов, и слушали певца. Луань Нянь выбрал место у окна, заказал два бокала и устроился на диване; Шан Чжитао прижалась к нему, и они в тишине слушали музыку.
Иногда она чувствовала усталость.
Руководить собственной компанией — совсем не то же самое, что работать в офисе. Каждый день она обдумывала бизнес-стратегии, ведь от этого зависела жизнь более чем пятидесяти человек в компании. Если она захочет стать агентом других производителей, то ей придётся нанимать вдвое больше людей.
Голова была забита разными делами, и такие идеальные дни выпадали редко: почти не приходилось думать о работе, даже не нужно было решать, что делать дальше — Луань Нянь уже всё продумал.
Луань Нянь вышел на небольшую сцену и перебросился парой слов с певцом. Тот передал ему гитару. Луань Нянь сел, обняв инструмент, и спросил в микрофон:
— Шан Чжитао, не хочешь спеть?
Все присутствующие посмотрели на Шан Чжитао. Девушка держалась естественно и непринуждённо, а её лицо светилось чистотой, напоминая весну в Ледяном городе.
— Мне?
— Нам. — Луань Нянь пригласил её спеть вместе. Он не слишком любил привлекать к себе внимание в подобных местах, но весенняя ночь была так прекрасна, а атмосфера в баре — столь подходящей, что это желание возникло внезапно.
— Тогда я хочу спеть «Way Back Into Love». Справишься? — В голосе Шан Чжитао слышался вызов.
— Я-то?
Луань Нянь ударил по струнам:
— Начинайте, Шан-нюйши. — Он смотрел на Шан Чжитао; в полумраке бара свет в его глазах сиял ярко, открыто выражая любовь к девушке перед ним. Все смотрели на них, кто-то достал телефон.
За долгие годы знакомства они впервые пели дуэтом.
Шан Чжитао смотрела на Луань Няня: он по-прежнему был дерзок, но теперь в нём что-то изменилось. Поскольку он любил её, его взгляд, обращённый к ней, был полон нежности. Сердце Шан Чжитао бешено заколотилось. Она протянула телефон певцу:
— Не могли бы вы помочь с записью?
Первый совместный дуэт определённо стоил того, чтобы его запечатлеть.
Луань Нянь играл вступление, глядя то на струны, то на Шан Чжитао.
Их голоса идеально сочетались, мелодия была красивой, и стоило им взглянуть друг на друга — и они словно весенние ласточки, несущие в клювах комочки земли, чтобы свить гнёзда прямо в глазах друг друга.
Когда песня закончилась, они оба встали, слегка поклонились зрителям и вернулись к окну. Шан Чжитао открыла видео: когда их взгляды пересекались, между ними всегда летели искры. Ей безумно понравилось. Она отправила ролик Сунь Юй, Луми, Хэ Юнь, а также в их маленькую группу с Чуньэр и Сяо Мэй. Луань Нянь, в свою очередь, скинул его в свой чат.
В мужском чате поднялся переполох. Чэнь Куаньнянь не удержался от колкостей:
— Скорее бегите смотреть, как крутят любовь люди средних лет! Ну и приторно же!
— До заветного финала остался лишь тот романтический план, ради которого Луань Нянь забыл про сон и еду, — сказал Тань Мянь.
— И на какой всё стадии? — спросил Сун Цюхань.
— Подготовка идёт полным ходом, — ответил Луань Нянь.
Он и подумать не мог, что самую продуманную работу в своей жизни он применит не в деле, а в этот раз. Он вложил почти всё, чему научился за жизнь, и всё равно ему казалось, что этого недостаточно. Он даже сам не осознавал, что в этих отношениях он отдаёт всего себя, не оставляя пути к отступлению.
Мужчина, которому почти сорок, ради любви выворачивает душу наизнанку. Скажи кому — многие не поверят, да ещё и поднимут на смех, но да и плевать! Я сам так хочу.
Сунь Юй, увидев видео, написала ей: «Вам уже пора подумать о свадьбе. В нашей компании теперь открыта служба консультаций по вопросам брака. Ха-ха-ха-ха».
Луми же заявила: «Обалдеть! Мой упрямый осёл сегодня перестал упрямиться! Но почему он стал ещё сексуальнее, а?»
Шан Чжитао напомнила ей следить за выражениями и добавила: «Всему, чему ты меня учила, я нашла применение. Последствия мне не разгрести».
«Ц-ц. Мужчина в самом расцвете сил. У меня в запасе есть ещё приёмы, будешь учиться?»
«Можно и поучиться. Век живи — век учись», — отшутилась Шан Чжитао.
Линь Чуньэр, глядя, как они поют, подумала, что они — идеальная пара.
Свет, чистота и нежность Шан Чжитао окружали Луань Няня, смягчая его острые углы. Не стирая их — они всё ещё были на месте — а словно укрывая их чем-то мягким, и это было так уместно.
Она написала: «Любящим не нужны слова, любовь — в их глазах, в уголках губ и даже в кончиках волос».
— Ну вот, проснулся поэт, — подколола её Сяо Мэй.
Шан Чжитао очень понравился этот день.
Она знала, что сейчас действительно трудно выкроить целый день, чтобы полностью отвлечься от всего и просто пойти на свидание с Луань Нянем. Завтра Луань Нянь улетит обратно в Пекин, и они снова разойдутся по своим «фронтам». Шан Чжитао не жалела об этом, ей нравилось то, как они живут.
Однако она понимала, что, хотя они могут быть вместе всего два дня в неделю, она начала полагаться на Луань Няня. Раньше Луань Нянь был её наставником в работе, и, сталкиваясь с трудностями, она искала у него ответов; тогда, хоть она и любила его, она не полагалась на него по-настоящему. А теперь — полагалась.
Если у неё случались неприятности, она рассказывала ему, если нужна была помощь — обращалась к нему, а стоило выдаться свободной минутке — сразу связывалась с ним. В разлуке каждый из них усердно трудился, но когда они были вместе, друг для друга они становились важнее всего на свете.
Между ними постепенно установилось подлинное равновесие.
В тот вечер Луань Нянь стоял перед книжной стеной в гостиной Шан Чжитао и сказал ей:
— Я полностью понимаю те чувства, что связывали тебя с ним в прошлом. И понимаю, что значат для тебя эти книги. Я буду беречь их вместе с тобой, как буду беречь вашу искренность и годы вашей юности.
Шан Чжитао кивнула и бросилась к нему в объятия:
— Луань Нянь, мне безумно понравился этот день.
Этот день был прекрасен.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
